Чудо
Шрифт:
Однако он знал, что долго спать ему не придется. Он поставит будильник на предрассветный час и затем вернется к гроту. Ему предстояло выяснить кое-что очень важное, причем чем скорее, тем лучше.
Они сидели на заднем сиденье такси. Голова Кена Клейтона лежала на плече Аманды Спенсер. Она в который уже раз посмотрела на его лицо. Бедняжка спал как убитый, отключившись сразу после того, как они сели в такси, уносившее их теперь от Лурда.
В полутьме Аманда попыталась
Она до сих пор лелеяла воспоминания, оставшиеся у нее от двух дней, проведенных в этом живописном и шикарном загородном отеле-курорте во время ее последнего визита во Францию. Она принимала лечебные ванны, играла в теннис, наслаждалась изумительной французской кухней, бродила по огромному — в тридцать пять акров — парку, окружавшему отель.
Здесь Кен обретет наконец столь необходимый ему отдых. В этой расслабляющей атмосфере он сможет отдохнуть от жуткой гостиницы Лурда, от глупых паломников, и, возможно, здесь ей удастся уговорить его как можно скорее вернуться в Чикаго. Если же перед отъездом Кен с присущим ему упрямством захочет снова вернуться к этому дурацкому гроту, она свозит его туда на такси. Разок-другой, но не больше.
Увезти его из Лурда для Аманды не составило труда. Она велела спустить их багаж в вестибюль, но выписываться из этого свинарника не стала — на тот случай, если они вдруг вновь окажутся здесь и Кену понадобится отдых. Затем она вызвала такси и стала ждать возвращения Кена.
Он вернулся вместе с остальными паломниками, спотыкающийся, с сонными глазами, бледный как мел — ни дать ни взять ходячий мертвец. Он шел, словно лунатик. Да, признался Кен, он прошел не меньше мили в составе процессии, и, наверное, с его стороны это был перебор. Теперь ему было нужно только одно — лечь и уснуть. Аманда уверила его в том, что он сможет поспать в такси, сказав, что она нашла более уютный отель. Но вряд ли Кен ее слышал. Он был в полном изнеможении, поэтому не только не пытался сопротивляться, но и вообще едва ли понимал, что происходит. Аманда велела гостиничной прислуге отнести их чемоданы к такси, а сама, бережно обняв Кена, отвела его к машине. Как только они устроились на заднем сиденье, он тут же уснул.
— «Ле-Пре-д-Южени», — объявил водитель.
Аманда посмотрела в окно и увидела величественное, освещенное сотнями огней здание.
Такси остановилось на асфальтовой дорожке, которая вела мимо целой череды фонтанов к открытой террасе, уставленной плетеной мебелью. Там же располагался и вход в отель. Аманда потрепала Кена по плечу. Он с трудом разлепил веки и заморгал.
— Где мы? — пробормотал он, когда Аманда вытаскивала его из такси.
Но она не ответила, понимая, что он все еще находится в ступоре и не нуждается в ответе.
Таксист вытащил из багажника чемоданы и передал их на попечение гостиничного служки. Аманда жестом подозвала водителя и попросила помочь ей довести
— Для вас забронирован чудесный номер в новом корпусе,— сообщила девушка-регистратор.— Уверена, он вам понравится.— Она подозвала коридорного: — Проводи мадам и месье Клейтон в апартаменты «Ильский лес» и отнеси туда же их багаж.
Аманда расплатилась с таксистом, полуобняла Кена и повела его следом за коридорным по направлению к кабине лифта. Их угловой номер располагался на третьем этаже, неподалеку от лифта.
Номер был просторным и полным воздуха. Обстановка гостиной представляла собой причудливую, но весьма элегантную и со вкусом подобранную мешанину антикварных и современных предметов: старинная мебель и часы, новенький телевизор, свежие цветы, вырезанные из дерева фигурки животных. Какой разительный контраст с гнусным свинарником, из которого они уехали!
Проведя Кена по номеру, Аманда попыталась обратить его внимание на красивую обстановку: белые диван и камин, плетеные стулья.
— Давай закажем в номер что-нибудь выпить, — сказала она.— Посидим, а потом, если захочешь, сходим поужинать.
— Я хочу спать,— промямлил Кен.— Позволь мне прилечь.
Он был настолько изможден, что Аманда пожалела его и не стала мучить, расписывая прелести их нового жилища. Она отвела его в спальню. Покрывала с большой двуспальной кровати уже были сняты. Аманда раздела Кена до трусов, но не стала распаковывать чемодан, чтобы найти его пижаму. Она подвела его к кровати и осторожно уложила, а когда Кен устроился поудобнее, свернувшись калачиком, накрыла его одеялом. Он заснул мгновенно.
Усталость Кена была вызвана, разумеется, не коротким переездом в это курортное местечко, а суровым испытанием, которым обернулось для него участие в вечерней процессии вместе с остальными фанатиками. Это сломило его. Это и, конечно, болезнь.
Аманда послонялась по спальне. Поначалу она хотела распаковать чемоданы, но вдруг осознала, до какой степени голодна. У нее во рту не было и маковой росинки с тех пор, как они перекусили в поезде. Взяв из сумочки косметичку, она зашла в устланную ковром ванную комнату, подкрасила губы, припудрила нос и щеки, несколько раз провела щеткой по волосам, а затем вышла из номера и спустилась вниз.
Сидя на бежевом диване в современном баре первого этажа, Аманда гордилась собой как никогда. Причиной этой гордости являлось то, что ей все же удалось привезти Кена в этот отель. Что касается воспоминаний о первом дне, проведенном в Лурде, то она всячески пыталась выкинуть их из головы. Теперь, когда Аманда перестала волноваться и почувствовала себя более уверенно, она была вынуждена признать: действительно, все эти святыни способны до определенной степени поднять дух малограмотных набожных паломников, вселить в них надежду на исцеление. Но затем она передернула плечами. Для Аманды с ее профессиональной подготовкой в области психологии это все равно оставалось бредом.