Шрифт:
Старик шел медленно, размышляя вслух. Он не умел думать по-другому, неслышно для идущих следом, которые тоже громко доносили до всех свои мысли. Громко - для тех, кто умел слышать и понимать многоголосую думу-беседу в шуршании тяжелых ступней по песку. Настроение семьи сегодня было приподнятым. Даже недавно приставший Одинец бурчал в общем хоре что-то угрюмо-радостное. Хотя, может, просто бурчал, поскольку был глуп и неразговорчив. Ночной Пожиратель обошел семью стороной, найдя себе другую жертву. Но ведь эта ночь - не последняя! Раньше у семьи
В маленький служебный сафари-кар набились как сельди в бочку. У кое-кого возникли и другие аналогии. Черноволосый красавец Гишу, проводив взглядом слоновье стадо за ветровым стеклом, белозубо улыбнулся Эмме - своей соседке справа:
– А у нас тут прямо как в Ноевом ковчеге - каждой твари по паре!
Эмма лишь поморщилась. Она не собиралась себя, сотрудницу солидной информкомпании, ставить на одну доску со скандальным репортером. Промолчали и научные эксперты на задних сиденьях - пожилой желчный Франц, взирающий сквозь боковое окно на сожженную солнцем саванну, и молодой рыжий Алан, больше интересующийся маятником хвостика русых волос над загорелой шейкой Эммы.
Реплику журналиста поддержал инспектор Хэл, невзначай придавив его литым плечом.
– Неувязка у вас выходит, Гишу, - сказал он, выруливая на дорогу после объезда слонов.
– Я-то остался без пары!
– Ну так берите динозавра, ради которого мы здесь!
– Это не динозавр, - проскрипел Франц.
– Ему здесь просто спрятаться негде. Гладкая равнина, даже не пресловутый Лох-Несс...
Гишу тут же извернулся к пожилому эксперту:
– Зато, в отличие от Лох-Несса, здесь динозавру есть чем прокормиться.
– Насчет кормов сейчас плохо, - нахмурился Хэл.
– Засуха. Хотя плотоядным как раз раздолье. Будет какое-то время...
– Так мы и имеем дело с явным хищником, - подхватил Гишу.
– А найти убежище - не проблема. Говорят же, что раненый лев может забиться туда, где и заяц не поместится.
– Так-то лев, - хмыкнул инспектор.
– А это - громадина, которая через день закусывает слонами. В этом-то и загвоздка! В заповеднике, хотите знать, всё под полным контролем. Дроны делают облеты территории, ведут съемку, в том числе тепловизорами. Данные поступают в центральный компьютер. У него каждая скотина крупнее кошки на учете. И никаких следов такой здоровенной зверюги! Только утром находим останки тех, на кого он ночью напал. Одних слонов, не считая молодняка, сожрал уже голов двадцать...
– И всё-таки, - Эмма решилась наконец вступить в разговор, - почему разговоры именно о динозавре? Мало ли кто...
– Простая логика, - Алан придвинулся поближе и говорил журналистке почти в ухо.
– Охотиться на взрослых слонов из всех хищников, когда-либо живших на Земле, было бы по силам только крупным тероподам.
– Не только логика!
– возгласил Гишу, ревниво посматривая на молодого эксперта.
– О динозаврах в Африке уже давно известно. Причем, о самых разных. По рассказам местных
– Бегемотов, - улыбнулся Алан.
– Чипекве - это значит пожиратель бегемотов. Но туземцы также зовут его и эмела-нтука, то есть действительно убийца слонов.
– Всё это байки так называемых криптозоологов, которые делают сомнительные выводы из местных суеверий, - презрительно бросила Эмма.
– Погоня за дешевой сенсацией и ничего больше.
– Зря вы так!
– возразил Алан с мягкой укоризной.
– Криптозоологи - серьезные специалисты. Да, прямых доказательств существования в Африке живых динозавров пока нет, но легенды на пустом месте не возникают. Правда, сведения об огромных неизвестных животных типичны для лесной зоны. Про динозавров в саваннах я не слышал.
Инспектор Хэл тоже о таком ничего не слышал. Впрочем, здесь и рассказчиков особо не осталось. После гражданской войны местным не нужны истории о сказочных чудовищах. Они видели вещи и пострашнее.
Кар остановился перед зарослями высокой травы. Ломая сухие стебли, журналисты и ученые двинулись вслед за Хэлом по направлению к роще зонтичных акаций, на ветках которых было больше шипов, чем листвы. В эмалево-синем небе, распахнув крылья, парили черные грифы. Где-то рядом отвратительно пахло кровью.
– Это последний случай, - пояснил инспектор.
– Повезло, что обнаружили рано, до падальщиков. Я выставил охрану, чтоб отгонять птиц.
Эмма обогнула колючий кустарник, взглянула и тут же согнулась пополам, мучительно борясь со рвотой. Другие, пораженные увиденным, не обращали на нее внимания, только Алан сочувственно похлопал по спине и протянул гигиеничную салфетку.
В ободранной до ребер, грубо выеденной туше с трудом угадывался жираф. Большое красивое животное будто скрутили в нелепый узел изломанных ног, изжеванной пятнистой шеи.
– В принципе, мог завалить большой лев, - произнес Хэл, подзывая чернокожего охранника-егеря в такой же, как у него пятнистой куртке.
– По внешнему виду похоже на работу стаи крокодилов, - констатировал Алан.
– Ага, в ста милях от ближайшего водоёма, - язвительно отозвался Франц, оглядывая сухую красную землю под ногами.
– Жалко, слоны натоптали, после них не разобрать.
– Если только хищник не перемещался по воздуху, - усмехнулся молодой эксперт.
– Это уж совершенная фантастика, - не понял шутки Франц. Он натянул медицинскую маску и, сидя на корточках, колдовал над раскрытым чемоданчиком, полным инструментов.
– Дракон какой-то.
– Птица Рух, - произнес бледный Гишу, держа в руках пульт от порхающей вокруг телекамеры.
– Как раз в этих местах, согласно арабским географам, жила огромная птица, которая охотилась на слонов.
– Нет, хищник был наземный!
– Франц тем временем залез на тушу и что-то там измерял. Закончив осмотр, он спустился, бросил инструменты в чемодан, стянул маску и резиновые перчатки.
– Ну, ваши выводы, профессор?
– прервал затянувшееся молчание Алан.
– Выводы?
– Франц потер облупленный костистый нос.
– Выводы примерно такие. Судя по силе удара, атаковавшее жирафа хищное животное весит не менее четырех и не более пяти тонн, его высота по месту первого укуса где-то под два метра. Ширина челюстей около сорока сантиметров.