Чулан под лестницей

КиберЪ Рассвет

— Ясно. И кого же Вы бы хотели обвинить, мистер Поттер? Хранителя ключей, заместителя директора или же самого директора? — сарказм в голосе Эгертона появился с начала фразы, а уж на слове «директор» его можно было резать ножом.

— Нет, что Вы. Я никого не собираюсь персонально обвинять — благо у меня нет достаточного знания законов и обязанностей данных лиц.

— Персонально?

— Да, смотрите мистер Эгертон — я не могу никого обвинить, но неприятности доставлены. И виновный — школа Чародейства и Волшебства Хогвартс. У нее есть директор, заместитель, подозреваю, что и другие руководители. Определить наличие и степень вины я не смогу — но пусть этим

займутся те, кто получает за это зарплату, руководство данной школы. Мои родные же получат компенсацию, а руководство после подобного инцидента станет лучше контролировать подчиненных.

В ответ раздался хохот.

— А вы хитрый жук, мистер Поттер. Признаюсь, когда вы заговорили о претензиях, я думал придется вас урезонивать, но то, как вы подали вопрос… Хм, с Хагридом вопрос отдельный, да и Статут там… А вот обратиться с жалобой на организацию — выход, при этом вы никого не заденете, но и вправду достигнете своих целей.

После чего, с помощью аврора, была составлена жалоба и претензия на компенсацию, с копиями как протокола, так и моих писем, в двух экземплярах, главам Аврората и ДМП. На вопрос, не будет ли у него неприятностей Эгертон ответил отрицательно, впрочем, и мне в моем положении было плевать на них, но роль обязывала побеспокоиться.

— Что ж, — произнес аврор поднимаясь и собирая бумаги, — проследуйте за мной, мистер Поттер, еще одна Ваша подпись и мы распрощаемся.

На поляне к тому моменту стоял навес, под ним раскладной столик, заставленный бумагами. Перед ним на земле сидел Хагрид, все так же в наручниках с выражением неизбывной тоски на своем страхолюдном рыле.

— Эгертон, что–то ты долго, — произнес один из авроров.

— Возникли особые обстоятельства.

— У нас, кхм, тоже возникли, взгляни — передавая Эгертону пару пакетов и протокольного вида листы.

Кажется я знаю что там — пара ключиков от сейфов Гринготтсе, ни один из которых не принадлежит Хагриду. Впрочем, надеюсь, вопрос с этим решится в банке.

— Мистер Поттер, подойдите, будьте любезны, тут образовался странный момент.

— Да аврор Эгертон?

— Видите ли, в процессе обыска у напавшего было изъято некое имущество. Дальнейший допрос показал, что это имущество Ваше.

— Так выходит он не только вандал, но и вор? Что он украл, кстати?

— Ну, насчет украл вопрос спорный и требует дальнейшего расследования. А вот вещь, определенно, ваша — сказал аврор, доставая из пакета ключ с вычурной монограммой.

— Я не эксперт в древнейших родах, но монограмма явно рода Поттер, да и напавший утверждает, что это ключ от Вашего ученического сейфа.

— Простите аврор Эгертон, сэр — но мне ни о каком сейфе неизвестно, да и ключ я вижу впервые.

— Полагаю, это возможно, хотя чертовски странно. Впрочем, это не отменяет факта, что ключ принадлежит Вам, а учитывая продемонстрированные Вами письма — пригодится Вам буквально на днях. Так что отойдем немного от полного протокола — я передам его Вам, как владельцу, Вы же подпишете документ о принятии. Поверьте, это сэкономит Вам массу времени, а возможно — денег и нервов.

— Я верю Вам, аврор, позволите ознакомиться с документом?

Эгертон передал мне документ, и одобрительно хмыкнул, когда я вчитался — это был акт передачи мистеру Гарри Джеймсу Поттеру ключа с монограммой рода Поттер, ни названия ячейки, ни слова о банке в нем не было, что успокоило мою паранойю — расписавшись за ключ от ячейки в Гринготтсе, я бы мог бы себя подставить, так как не знал, как он выглядит. Так что со спокойной совестью поставив подпись, я получил

ключ от своего сейфа. Удачно вышло.

После чего бегло ознакомившись с протоколом допроса Хагрида — из внятного сознание выцепило «поганые магглы», «надо припугнуть» и «великий человек Дамблдор» — дал добро на присоединение копии протокола допроса к жалобам. Тепло попрощавшись с Эгертоном (полезное и приятное знакомство) и его коллегами, я, наконец, оказался дома.

На удивление Дурсли меня ждали, а судя по кружкам на столе — ждали долго.

Приветливое «где ты шлялся дурной мальчишка?!» сменилось топотом Вернона в направлении санузла и удаляющимся криком: «Ты наказан! Чтоб до… кхм, утра носу не высовывал из чулана!!!». Внутренне посмеявшись и пожелав Петунье доброй ночи, я отошел ко сну.

Глава 6. Польза диалектики или отложенное знакомство

Утро началось прекрасно — в чулане было темно. За завтраком последовала беседа с Дурслями, ожидаемая впрочем. Оскорбления меня и моих родителей заняли не более пятнадцати процентов беседы, прям гордость берет от сдержанности родственников. Результатом беседы стало согласие на обучение меня магии, проживание до совершеннолетия в доме Дурслей, помощь в доставке моей бренной тушки в Лондон не чаще двух раз в месяц — взамен на содействие в домашних делах. От меня же потребовали не применять магию в доме, что меня вполне устраивало. В целом беседа прошла на удивление приятно — да, меня не любили, но относились по–родственному. Да, магия пугала и была неприятна для Дурслей, но не вводила в состояние неконтролируемой ярости. Дурсли после вчерашней встряски и снятия с них заклятий (в протоколе Эгертона на Хагрида записали и долговременный Конфундус и несколько других, не менее неприятных чар) оказались… обычными. Не самыми приятными людьми, с табунами тараканов, привольно рассекающими прерии их разума, но вполне обычными людьми. Способными на диалог — пусть и с магической дубиной, фигурально занесенной над их головами.

Звонок в дверь оказался финальной точкой в нашей беседе. Жестом отмахнувшись от моей попытки встать, Вернон протопал ко входу. Негромкий разговор был неслышен, кроме отдельных фраз главы семейства «ненормальные», «опять порушите дом», «проходите, черт с вами», — в общем, дядюшка своими действиями подтверждал, что личность он небезынтересная. Вернувшись, старший Дурсль цапнул из–за стола супругу, воззвал к Дадли, и собрав семейство обратился, ко мне:

— С днем рождения, мальчишка! — прорычал он, кладя ключ на кухонный стол, — Будешь выходить — закрой дверь!!!

И суля мне за незакрытую дверь все муки ада, а за разрушение дома — быстрые похороны, удалился вместе с тётушкой и кузеном в неизвестном направлении.

Мое же внимание было сосредоточено на приготовлении чая и медитации вне тела — я приглядывал за посетителями, расположившимися в гостиной, и обдумывал, везет ли мне или нет. Дело в том, что после очевидного великаньего фиаско добрый дедушка зашел с козырей, хотя я опасался, что он прибудет лично — это бы было крайне неприятно для меня. В роли козыря выступала ни кто иная, как госпожа заместитель директора, декан факультета Гриффиндор Минерва МакГонагалл. Выбор был неожиданный, но в чем–то вполне оправданный — старая кошка могла бы, как пример, изначально позиционировать себя как мой уже СОСТОЯВШИЙСЯ декан, и юный я, на фоне знакомства с удивительным и волшебным миром, просто бы принял это как факт. Да и других вариантов — от освещения магмира с нужной стороны, до составления психопрофиля героя — была масса.