Чувство полета
Шрифт:
– Нет, я точно не один из них. Мне нужно кое в чем разобраться. Но я с удовольствием посмотрю сами соревнования. Где этот, как вы сказали, «мототрек»?
– От выхода из гостиницы налево и езжайте вдоль парка, который напротив, видели парк вчера?
– Да-да, конечно.
– Вот, вдоль парка, до первого светофора, налево…
Она подробно объяснила, как мне найти трек. Находился он за городом и, с её слов, в самом живописном месте,
Во время обеда я думал, куда податься, жаль, что этой девушки нет, а этот клуб будет работать ночью. Ну хорошо, пока есть время, пойду, наверное, по парку пройдусь, было бы неплохо встретить этого деда. Мне кажется, он даст мне даже больше пользы, чем горничная Лиза. Лиза – красивое имя, как и его хозяйка. Её аппетитные формы оставили отпечаток в моем воображении. Даже немного жаль, что я не могу надеяться на большее в отношении нее.
Выйдя из гостиницы, первым делом я наткнулся на свой мотоцикл. Он одиноко покоился на парковке. Сегодня эта машина восхищала, как произведение инженерного искусства, воплощение мощи и скорости. Мне даже захотелось почувствовать его прыть на том треке, о котором мне говорила администратор.
Может я и правда гонщик. Я бы, наверное, хотел поучаствовать в соревнованиях. Но… куда уж мне. Я вспомнил, как байкеры вчера пронеслись мимо меня, а один из них легко, и в то же время стремительно, улетел от меня со скоростью выстрела. Я, наверное, так не смогу. У них так просто все это получается, а мне нужно преодолевать внутреннее сопротивление, страх. Нет, навряд-ли я гонщик.
Около часа моего скитания по парку не принесли никакого результата, кроме, соответственно, свежего воздуха и солнечных ванн. Но вот же не до них сейчас. В итоге я начал спрашивать прохожих, как мне найти администрацию парка. Определенных ответов было немного, но достаточно для того, чтобы вывести меня к огромному забору, ограждающему небольшое здание. И никакого движения. В щелях между заборными секциями виднелись какие-то трубы, кучи хлама, техника и никого… Ворота заперты. Я подергал ручку калитки в одной из воротин, наделав этими действиями уйму шума – ворота заходили ходуном и превратились в гигантский колокол, гремя недостаточно закрепленными листами металла.
На меня накатила волна паники и разочарования. Калитка тоже оказалась заперта, а грохот ворот не произвел никакого эффекта. За забором всё оставалось по-прежнему – тишина и ноль движения.
Что же делать? Ну почему так? Неужели нет никого
От отчаяния хотелось закричать что было мочи, но, сдержав крик, я не сдержал руку и с размаху врезал кулаком по воротам. Боль в руке привела меня в чувства.
Так, хватит паниковать. Видимо, свыше так указано, как сказал бы тот дед.
Где же его найти, он однозначно что-то знает? Даже имени его вчера не успел спросить.
Я повернулся спиной к воротам и, оперевшись на них спиной, медленно сполз на землю.
В голове было пусто и темно, как в колодце, из которого выглядывала моя истерзанная страхом перед неопределенностью и бессмысленностью существования душа.
Интересное сравнение пришло. А что там, вне колодца?
Синее небо, седые облака над высокими деревьями парка. Этому миру абсолютно наплевать на меня и на всех здесь. Или нет?
Может он кого-то бережет, а кого-то наоборот заставляет скитаться в поисках себя. И что если этот второй так и не обретет того, что ищет? Зачем это создателю? Почему создатель не указывает путь?
– Потому что этот путь внутри тебя, – раздался знакомый голос.
Я подскочил на ноги от радости и восторга, вертя головой, с твердой уверенностью увидеть владельца этой фразы.
Но… Увы! Вокруг никого.
Я заглянул в щель забора – тоже никого!
Тогда я закричал, – Ээээй! Ты издеваешься надо мной? Где ты?, – опять с размаху лупанул кулаком по забору, да так, что калитка спрыгнула с петель и рухнула во внутрь огороженного пространства с жутким грохотом.
– Эй! Парень! Что происходит? Ты чего тут вытворяешь?
Я обернулся на голос держа на взводе окровавленные кулаки.
Даже не успев осознать, что происходит, я был схвачен, скручен и закован в наручники тремя крепкими ребятами в форме.
– Я не… Подождите, – меня тащили куда-то со скрученными за спиной руками, – Вы меня неправильно по…
Белый свет погас, а уже следующей вспышкой сознания я ощутил себя на твердой лавке, свернутый в неестественную позу, уткнувшись щекой в затертое деревянное сиденье.
Видимо, для большей лояльности меня погладили чем-то твердым по затылку, но не рассчитали свою нежность, и я вырубился. Затылок ужасно болел, плечи ныли от непривычного положения рук за спиной, а щека, казалось, пытается войти вовнутрь черепной коробки.
– Ааа, – выдохнул я и взялся за свою пострадавшую макушку.
Конец ознакомительного фрагмента.