Чужак 3

Дравин Игорь

— Влад, — встрепенулся он. — Это только твоя теория.

— Она не подтверждена фактами? — осведомился я. — Волчиц и нашего знакомства мало?

Проф осекся и сел на стул.

— Продолжаю. Каждый год на меня сваливается все, что возможно. Я потерял дорогих мне людей в прошлом году. Это было десять месяцев назад. Номера, Вы помните, как мы познакомились?

Номера переглянулись и кивнули головой. Отлично.

— Это была самая небольшая неприятность для меня, — продолжил я. — Мастер-лич тоже из этого мешка благодеяний. Десять месяцев назад погибли дорогие мне люди. Они погибли из-за меня! — прокричал я.

Молчание.

—

Я не хочу, чтобы это повторилось. Мне осталось два месяца до следующей атаки одной суки, которая сидит на верху. Я уйду из замка. Я отправлюсь туда, где у меня нет друзей и знакомых. Пусть эта сволочь бьет по мне, но не задевает тех, кто мне дорог. Вы все мне дороги. Те, кто находится в этом замке, мне дороги, и я не хочу, чтобы все повторилось. Есть и другие дорогие мне люди, но они находятся в Белгоре. Там их трудно достать. Я с ними давно не общался и надеюсь, что верховая сволочь потеряла их из виду. Вам все понятно?

Молчание.

— И поэтому ты все это сделал? — спросил проф.

— Да, — ответил я. — Я построил с вашей помощью мощнейший замок. Я сбил с вашей помощью коалицию из вольных баронов на чести, крови и деньгах. Это самая надежная коалиция, которая может быть. Я настоял на участии в войне. Итог моих и ваших усилий. Колар, — обратился я к профу, — скажи, что случится, если кто-то попытается обидеть население замка эл Стока?

— Это просто, Влад, — горько усмехнулся он. — Если это будут закатники или кто-то еще, то им недолго жить. При нападении на замок им в спину ударят вольные бароны. При напад…

— Я перебью, — сказал Пятый. — К замку есть два пути. Из дальнего пограничья, непроходимого для крупного отряда, и из королевства Декара. Отряд, пробравшийся из пограничья, будет уничтожен нами самостоятельно или с помощью наших соседей, которые ударят в спину осаждающим. Все они примчатся немедленно из-за долга чести, долга крови и денег. Отряд, пробующий пробраться из Декары, сможет осадить замок. Но тоже ненадолго. Возможно, что он будет сильнее отряда, который смог бы пробраться из пограничья, но тогда ему в спину ударят еще и с десяток баронов востока и севера Декары. Они тоже повязаны долгом крови и чести. Они не будут ждать указаний Эрана Первого. Верные бароны востока и севера повязаны долгом денег, долгом владений, которые они получили на западе королевства. Влад, ты прав, нам ничего не угрожает. Люди находятся в замке в полной безопасности, а если враги, твои враги попробуют налет… — Пятый зло ощерился.

Понятно. Смертники. Налет против рысей? Ну-ну. Счастливого плавания. Пятый, ты еще кое-что не знаешь. Никто не знает, кроме меня и Валита. Валит, глава столь спешно восстанавливаемой тайной стражи, мне должен. Он это знает, и я это знаю. У охотников нет чести в привычном понимании этого слова. Они могут бить в спину. Они могут со слезами на глазах и мукой в душе оставлять своих друзей и любимых в погани. Нет смысла погибать десятерым, когда только шестеро обречены на смерть. Матвей, твои слова я понял печенкой. Они могут убивать спящих женщин. Могут. Я в этом убедился лично. Но есть одно, что охотники выполняют всегда. Охотник сказал — охотник сделал. Охотник должен жизнь — умри, но расплатись. Таких правил немного, но они есть. Это самый совершенный кодекс чести. Чести воина, постоянно находящегося на грани смерти. Чести воина, который привычен к бою с созданиями Проклятого.

Кодекс воина. Честь воина. Не больше и не меньше. Любой отряд, любые убийцы, направляющиеся в мой замок, будут перехвачены Валитом. Он это сделает или умрет. Так велит правило долга жизни охотника. А бывших охотников не бывает.

— Куда ты направишься? — тихо спросил проф.

— В дальнее пограничье, — был ответ. — Я заберусь в самый уголок и буду ждать атаки. Мне больше ничего не остается, — горько усмехнулся я. — Но обещаю, я даю слово охотника, что если выживу, то вернусь.

— Ты так мало знаешь, — произнес проф совершенно упавшим голосом.

— У тебя есть неделя, — ухмыльнулся я.

Эпилог

— Отец Карит, — начал я, — я бы хотел поговорить с Вами о силе Создателя, которой Вы владеете. Хотелось бы узнать о ней побольше.

— Барон, эти знания мирянам не нужны, — улыбнулся юный падре.

— Мне нужны, — я вернул ему улыбку. — Меня интересуют принципы работы с силой, которую Вы используете. Объяснить все, что могут делать некоторые клирики силой Создателя, Его милостью и Его благословением, невозможно. Мне нужны только принципы, а не подробности. Я думаю, что ничего опасного в этом не будет. Самый большой секрет матери-церкви я знаю и так. Кстати, я не думаю, что являюсь единственным мирянином, который это знает.

Так, а юный падре по мере моего монолога стал вставать в стойку. Проф, ты был прав. Все-таки это магия Духа или что-то вроде магии. И я был прав: бить в лоб — это лучший способ убедиться в своих подозрениях. Проф, можешь не подслушивать, я сам тебе все потом расскажу. Стоп, Карит насторожился слишком сильно. Проф, я тебя отключаю. Лед окутал мое тело.

— Отец Карит, не надо, — покачал я головой, — Вы не сможете меня убить магией Духа или как Вы ее называете.

— Ты в этом уверен? — зло сказал юный падре.

— Да, — я посмотрел ему в глаза. — Я в этом уверен. Я также уверен и в том, что я не являюсь слугой Проклятого. Я также уверен, что не воспользуюсь этими знаниями во зло. Кстати, мы перешли на "ты". Ты это заметил?

— Заметил, — Карит вернул себе прежнюю невозмутимость. — Ты не понимаешь того, что хочешь. Мирянам нельзя знать вообще такие вещи. То, что ты мне сейчас сказал, уже приведет тебя на костер, когда об этом узнают клирики Декары. Когда я им сообщу об этом.

Эх, совсем ты еще пацан. Кто ж тебя выпустит отсюда с таким настроением? Венир, Шедар и Четвертый уже на позиции. Это если я совершенно случайно сойду с ума и отпущу тебя. Хрен ты куда уйдешь! Вот станем мы друзьями, абсолютно по доброй воле, любви и согласию, тогда да. Да ты сам не захочешь уходить из моего замка. Ты мне еще и платить деньги будешь, чтобы остаться здесь. А то начал тут разговоры о церковной десятине с нищим мной!

— Карит, — усмехнулся я, — а за убийство клирика, владеющего магией Духа на высоком уровне, разве не сжигают на костре?

— Сжигают, — побледнел Карит, — сжигают всех, кто к этому причастен. Я уйду к Создателю легко, а ты ничего не узнаешь от меня.

Купол света окружил юного падре.

— Ай-яй-яй, — покачал я головой, — и кто же теперь готов уйти?

— Я, — ответил Карит, — но перед этим я проверю твое самонадеянное заявление, маг. А потом попытаюсь уйти из замка. Не получится, так умру.