Чужаки
Шрифт:
Он пытался определить, кто и куда его везет, но, запутавшись в клубке времен, который представляла эта реальность, отказался от этой попытки и покорно ждал, что будет дальше. Его спутник время от времени пытался освободиться, явно не считая пленивших их божественными сущностями. Сайлас медленно покачал головой и китаец на время успокоился. Вскоре всадники замедлили бег коней. «Приближаемся к цели», — понял лорд и попытался собраться и сосредоточиться.
Послышался скрип открывающихся тяжелых ворот. Краем глаза Сайлас разглядел мощные крепостные стены и огромные деревянные ворота, обитые железом. Всадников приветствовали радостные крики,
— Поднимите их, — послышалась вполне членораздельная и понятная человеческая речь.
Грубые руки рывком подняли пленников на ноги. Их взглядам предстала удивительная пара. Он — тяжелый, крупный, но не жирный мужик на кривоватых ногах, сплошь поросший рыжеватым волосом, одетый с роскошью, как ее себе представляют дикари и восточные базарные торговки. Она — тонкая, гибкая, высокая, черноволосая, одетая в элегантное струящее платье из серебряного материала. Они прекратили разговор и теперь внимательно рассматривали висящих на руках стражников пленников.
Девушка наклонилась к своему орангутангу, что-то прошептала ему на ухо и, плавно покачивая бедрами, удалилась. Он согласно кивнул и сделал знак стражникам.
— Оттащите их в главную залу, — приказал он. — Я буду с ними разговаривать.
Повернувшись, хозяин замка (как вычислил Сайлас) взмахнул золотым плащом, отороченным мехом, сверкнул голыми ляжками под ядовито-зеленой туникой и стукнул каблуками ярко-синих сапог до колена. Еще хозяин был сплошь увешан золотыми цепями, кулонами, висюльками и прочей дребеденью, около сильно накрашенного лица болтались пластмассовые красные клипсы кольцами. «Все это особенно хорошо сочетается с небритым пьяным рылом», — отметил про себя Сайлас, но потом сразу отвлекся на стражников, которые крайне бесцеремонно куда-то их потащили.
— Добро пожаловать, гости дорогие, — сказал хозяин, проходя в полутемный холл.
К величайшему удивлению Сайласа, их втолкнули в огромный допотопный, заплеванный грузовой лифт! Этот агрегат, скрипя и подрагивая, доставил их на высоту примерно четвертого этажа. Выйдя из лифта, путешественники, гостеприимный хозяин и стражники оказались в просторной зале с каменными стенами и огромными застекленными витражами, стрельчатыми окнами. По стенам висели гобелены и какие-то рваные и обугленные знамена. То тут, то там стояла изящная мебель, по виду деревянная, но впоследствии оказавшаяся изготовленной из вечного пластика. Конечно, тут был и огромный золоченый трон.
«Конечно, куда же без него», — ехидно подумал Сайлас, хотя его положение не располагало к иронии. Но «Пока живу, надеюсь» было одним из девизов Бонсайтов.
— Что ж, развяжите их, — весело прощебетал мужик в золотом плаще.
Стража повиновалась, после чего заняла свое место по обе стороны от дверей лифта.
— Ну-с, — потирая огромные ручищи, продолжил хозяин замка. — Присаживайтесь и давайте знакомиться! Я, как вы, наверно, уже поняли, — владетель
Сквозь легкомысленные манеры и притворное веселье Сайлас безошибочно почуял опасность и угрозу, исходящие от этого человека. Поэтому начал он осторожно:
— Я — лорд Сайлас Бонсайт, а это мой слуга Чао Тай, он почти не говорит на нормальном языке. Я, к сожалению, более ничем не могу удовлетворить твое любопытство, поскольку вчера лег спать в своей кровати, а сегодня проснулся в поле и понятия не имею, где я нахожусь!
Тут Сайлас вежливо, но с достоинством поклонился и занял одно из кресел, приказав Таю остаться стоять рядом.
— Чудно, чудно, — еще больше обрадовался Сигоньяк. — Значит, ничего не помним, чудно!
Он хлопнул в ладоши, двери лифта с трудом открылись и двое всадников втащили в зал поклажу путешественников.
— Значит, сегодня утром, — продолжал веселиться хозяин. — А это, позвольте узнать, что такое?
Он достал из вещей шкуру убитого зверя, которую хозяйственный Чао Тай так и не согласился оставить.
— Недавно содранная! — торжествующе заключил барон. — А такие водятся только в моих землях!
— Так кто вы и что вам надо?! — уже грозно спросил он.
Сайлас немедленно понял свою ошибку, но отступать было поздно. Его учитель стратегии всегда говорил, что если уж начал битву, то не меняй план действий.
— Я могу повторить только то, что уже сказал. Я очутился в ваших краях только сегодня утром. Я не только никогда не бывал здесь ранее, но даже и предположить не мог ничего похожего, в моем мире все по-другому. А этого зверя убил мой слуга вчера на охоте. Они водятся в наших лесах в изобилии! Ты можешь не верить мне, но я говорю чистую правду.
Хозяин с сомнением поглядел на лорда. Было видно, что слова Сайласа смутили его.
— Может быть, может быть, — почти пропел он. — Ну что ж, давайте завтракать, а потом вы мне расскажете поподробнее о своем мире!
— Только если ваша светлость соблаговолит рассказать мне подробнее о своем! — со всей учтивостью и поклоном ответствовал Сайлас.
Барон опять хлопнул в ладоши, сработал некий древний механизм, и из ниши в стене выдвинулся уже накрытый стол с ароматно пахнущими кастрюльками, горшочками и мисочками. Сайлас испугался было, как отреагирует китаец, но тот стоял с каменным лицом и ничем не выказал никакого удивления. «Бог ты мой, какой я идиот, — вспомнил Сайлас, — в Древнем Китае были и не такие штучки. А я-то еще решил, что он от страха лифта просто не заметил!» Хотелось бы сказать, что тут он проникся уважением к Чао Таю, но уж чего не было, того не было. Правда, китаец отказался сесть за большой стол и довольствовался трапезничаньем за маленьким столиком в углу. Ел он палочками, которые достал из-за пояса.
Приступили к завтраку. Сайлас опять поразился смешению времен, знаки чего присутствовали повсюду. Электрические подносы с подогревом, автоматические консервные ножи, миксеры и миниатюрные микроволновые печи соседствовали с коваными вилками (ножей им по понятным соображениям не дали), домоткаными салфетками и деревянными плошками. Правда, сам хозяин ел то ли с настоящего, то ли с искусственного фарфора, но это, судя по всему, было редкостью и особой привилегией.
В ходе трапезы хозяин приступил к подробным расспросам гостя. Сайлас врал, как мог. Барон же не то верил, не то просто не показывал виду, что не верит.