Чужой
Шрифт:
— Боюсь, что этот кисель — черничный, — язвительно подметил Паркер.
— Почему черничный? Судя по анализу проницаемости, скорее… Бретт, не поняв, собрался прочесть лекцию по оптике и метеорологии.
Но Паркер, не обратив на него внимания, продолжил:
— Ну вот я и боюсь, что после посадки у нас у всех будет приличный запор.
— Ребята, вошли в атмосферу.
Из боковой стенки приборного щита выполз планетарный штурвал.
— Беру управление на себя.
Челнок
— Вот черт! — Паркер вцепился в подлокотники. — Ненавижу перегрузки!
— Как у вас дела? — спросил Эш.
Он был спокоен и, склонившись над экраном, наблюдал за мерцающей точкой, погружающейся в темноту плотной атмосферы планеты.
— Пока жить можно, — Даллас криво улыбнулся. — Даю коррекцию. Выходим в соседний квадрат к предполагаемому источнику сигнала.
— Мы движемся по очень странной траектории. До контакта с поверхностью тридцать шесть секунд. Все нормально, отрапортовала Рипли.
Челнок затрясло с невероятной силой, как будто корабль старался выбросить людей, находившихся в нем, чтобы облегчить свое падение. Казалось, что он дышит, как впавший в агонию зверь. Листы обшивки вибрировали, приборы и щиты управления бились в истерике, дергаясь из стороны в сторону и грозя вот-вот рассыпаться. Перегрузка наваливалась и душила, терзая экипаж, выворачивая наизнанку внутренности. Планета явно не была рада непрошенным гостям.
— Включаю тормозную систему, — Даллас изо всей силы вдавил клавишу в рукоять штурвала. — Держитесь, ребята!
Ухнули дюзы, голубое пламя рванулось наружу, остановив на мгновение челнок. Агония усилилась. Корабль дергался, как эпилептик.
— Дьявольская дыра, — хрипел Паркер, — всю душу вытрясет!
— До контакта десять секунд… девять…
На экране вспыхнули зубья горных пиков, передаваемые через полевой сканер. Скалы толпились плотным частоколом, не давая возможности посадить челнок на более-менее ровную поверхность.
— Малоприятная фифочка. Сейчас раскроим себе брюхо, как крокодил на колу, — рычал Кейн.
— Нашла местечко! — весело закричала Ламберт.
— До контакта четыре… три… две…
Трехпалые стойки опор выпали из чрева шлюпки. Гул и грохот тормозных двигателей перекрывал голоса.
— Включаю навигационные огни… Есть касание…
Стальные пальцы врезались в грунт. Двигатели смолкли. Шлюпку встряхнуло, наклоняя на правый борт. Лязгнула обшивка, повело и разнесло на части корпуса силовых щитов. Воздух наполнился едким дымом и треском горящей проводки.
Паркер и Бретт пулей вылетели из кресел, выхватывая на ходу огнетушители. Даллас, чертыхаясь, выключил питание.
— Ну, умница, нашла куда задницу усадить?! — не унимался Паркер, отшвыривая пустой баллон огнетушителя. — Тебе это место надо отбить за такую посадку!
— Степень повреждения установить не могу. Нет индикации. Но компьютер жив. — Рипли барабанила по клавишам, вызывая Эша.
Его голос доносился сквозь шум помех и звучал глухо:
— Что у вас случилось?
— Ерунда! Сели прямо на ежа голой задницей, — процедил сквозь зубы Даллас, освобождаясь от перегрузочных ремней.
— Что? — голос Эша почти тонул в зыбком море помех.
— У нас нет индикации. Посмотри, что у нас там.
Из-за дверцы появился Паркер, держа в руке обгоревший кусок кабеля:
— Мы круто застряли. Тут ремонта на сутки. Не меньше.
— С твоими темпами можно и неделю провозиться!
— Что же делать? — Ламберт принялась судорожно искать сигареты.
— Ни черта. Работать. Теперь уж придется попотеть. Будет все время темно и тепло. У нас нарушена терморегуляция.
— У вас проблема? — прорезался голос Эша. — По данным «мамочки», у вас есть восемь часов на ремонт.
— А как сама планета? — осведомился Даллас.
— Не из привлекательных милашек. — Шелест помех перекрывал голос. — Порода состоит из твердых кристаллов, и кругом полно тяжелых металлов. Странное место.
— Какой идиот, кроме нас, сюда полезет? — задумчиво изрекал Бретт, ковыряясь в платах. Только мы, сумасшедшие герои…
— Ладно. — Даллас встал. — Раз прилетели, пойдем посмотрим на эту экзотику. Эш проследит за нами. Со мной пойдут Кейн и Ламберт. Остальные, естественно, лечат малышку.
— О'кей, кэп. — Паркер улыбнулся. Подвигов уже не требовалось, и к нему возвращалось хорошее расположение духа.
8
Шлюзовой отсек выдохнул воздух и разошелся в стороны. Земная атмосфера с шумом покинула шлюз, уступая место тягучему туману планеты.
Даллас встал со скамьи и пошел к краю спускового лифта.
— Как у вас дела? — в наушниках голос Эша трещал и свистел.
— Пока все в норме, но пейзаж, как в аду, к тому же ветерок силой в хороший ураган.
Скалы, окружавшие шлюпку, были погружены в фиолетовый полумрак. Через внешнюю связь было слышно зловещее завывание ветра, перемешивающего плотные и липкие облака серого тумана.