Чужой
Шрифт:
– Удивлены?
– спросила она игривым тоном.
– Самую малость, - сознался я.
– Я даже не знаю вашего имени.
– Надежда, - просто сказала она, и мне это понравилось.
Я проводил ее домой и простился у подъезда довольно холодно, давая понять, что не собираюсь продолжать знакомство.
Она сказала:
– И вы даже не попросите у меня телефон?
– Даже не попрошу.
– Тогда я вам его сама оставлю.
Спустя, наверное, месяц, где-то перед Новым годом, мы задерживали группу вооруженных парней,
Еще несколько дней в больнице я с трудом различал только силуэты. Я не мог видеть, не мог читать, мне оставалось только думать.
А если бы это было боевое оружие? Я бы, конечно, погиб. Но ведь когда я шел в милицию, меня не пугало, что такое может произойти. Вот только геройскую смерть от бандитской пули я воспринял несколько отстраненно, словно меня убьют, но я буду жить. Буду? Но как? Кто-то верит в бессмертие души. Кто-то ищет продолжения жизни в детях. А я? Если бы меня убили, не осталось бы никого. Ни детей, ни жены... Даже девушки у меня нет...
Мне стало так тоскливо и одиноко, что я заплакал, как ребенок.
Я попросил медсестру набрать номер телефона. Голос у Надежды был тревожный:
– В больнице? Конечно, приду. Завтра же и приду.
Она не обманула. Она принесла с собой запах снега и мандаринов. Протягивая пакетик с фруктами, Надежда сказала:
– Это тебе от Деда Мороза.
Кажется, именно тогда мы перешли на "ты".
– Ты знаешь, а мои предки талоны отоварили, мясо получили!
– поделилась она своей радостью.
– Только я все равно с предками Новый год встречать не буду. С ними никакого праздника не получится.
– Что, такие скучные?
– Да нет, с ними не соскучишься. Они у меня старой закалки. Каждый вечер одно и то же: скандалы, нравоучения... Недавно у подруги переночевала, так визгу было с вагон и маленькую тележку. Хоть разворачивайся и уходи из дому. А куда? Подруга замужем...
– А друг?
– Друг - был да вышел вдруг. Но память о себе, кажется, оставил. А отец кричит: в подоле принесешь - из дома выгоню. Веселенький праздничек...
Мне стало жаль ее. Я подумал: вот человек, которому тоже плохо. Тоже одиноко. И у меня как-то само собой вырвалось:
– Как я тебя понимаю, Надежда. Выходи за меня замуж!
Она спокойно отнеслась к моему предложению, будто ждала его. И сразу заторопилась.
– Ой, чуть не забыла! Подруга звонила, просила зайти до обеда. Так я завтра приду и принесу тебе пальто.
– Пальто? Мы пойдем гулять?
– Конечно. Заодно и заявление в ЗАГС подадим. Или уже передумал?
Я не ожидал, что все произойдет так быстро, но отступать было поздно.
На следующий день в пальто с плеча ее отца (будущего тестя), еле
Вскоре я настоял на выписке из больницы и с головой ушел в работу. С Надеждой мы встречались очень редко. Без предварительного звонка сделать это было вообще невозможно. Я понятия не имел, где она пропадает по вечерам.
Приближался день нашего бракосочетания, и сомнения все больше одолевали меня. Я не любил Надежду, но я жалел ее и думал, что она нуждается в моей помощи. Первое время я наивно полагал, что она любит меня, по крайней мере, неравнодушна, раз не отказалась поддержать в трудную минуту.
День моего рождения совпадал с праздником Советской Армии, и я надеялся, что вечером мы встретимся. Мне удалось предупредить Надежду, и она согласилась. В этот день я ушел пораньше с работы и сразу направился к ней. Она встретила меня в вечернем платье, и я удивился такому вниманию ко мне.
– Привет! Ты чего так рано?
– Праздник все-таки... Меня отпустили.
– Вот и хорошо, что зашел. Я только собиралась тебе позвонить. Знакомься, это мои подруги.
Три пары накрашенных глаз, не мигая, уставились на меня. Через несколько мгновений одна из девушек жеманно произнесла:
– Так вы и есть тот таинственный жених? Очень приятно. Люся.
– А я Лена, - сказала другая.
– Очень жаль, но мы вынуждены украсть вашу невесту на сегодняшний вечер.
Я перевел непонимающий взгляд на Надежду.
– Понимаешь, Риф, я не могу отказать девочкам. Сегодня у нас на курсе вечер. Нельзя срывать мероприятие, к нему столько готовились. Да ты и сам знаешь, или студентом не был?
– Конечно, я понимаю, - попятился я к выходу.
– Кстати, именно сегодня у меня много дел.
Я действительно пошел на работу - а куда мне было еще идти?! В отделе обрадовались моему возвращению: на нашей службе по праздникам лишних людей не бывает, и никому без дела сидеть не приходится. Только утром я вернулся в общежитие и сразу завалился спать.
Вечером меня разбудила Надежда. С виноватым видом она попросила прощения за то, что забыла поздравить меня с днем рождения.
– Все было так скучно, - сказала она.
– Весь вечер я сидела одна и бренчала на гитаре. Как они мне надоели!
– Кто это - они?
– поинтересовался я.
– Ну, все. Вообще все.
Я чувствовал ее неискренность, но промолчал. Меня беспокоил вопрос, где взять денег на кольца к свадьбе, и я сказал ей об этом.
– Ты мужчина - ты и решай. Это твоя проблема. Кольца покупает жених, разве не так?
А что я мог возразить?
Этот день неумолимо приближался. Я не раз думал, что совершаю непоправимую ошибку, но кто в силах изменить свою судьбу. Ее колесо накатывало на меня, и увернуться было невозможно. И все-таки накануне свадьбы я сделал одну робкую попытку.