Чужой
Шрифт:
Действительно, лесок вывел нас на кэмпграунд — большую, сейчас пустую территорию кемперной стоянки с одиноким бревенчатым домом у въезда. Выглядело все уже довольно заброшенным — мусора намело, что немаловажно — под самые двери, из чего я сделал вывод, что сюда давно никто не заходил.
До мотеля отсюда было метров восемьсот по прямой, но можно было подойти и лесом, который огибал перекресток плавной дугой и подходил практически вплотную. Приложился к прицелу, насколько позволяли сумерки, осмотрел двухэтажное бревенчатое здание мотеля и те бунгало, что были видны за ним.
— Пошли? — спросил Джо. — Не хочется в темноте снаружи сидеть.
— Не хочется, — согласился я.
Темнота — враг, темнота приводит Тьму, это уже рефлекс. У местных, как я погляжу, он тоже прорезался.
— Сейчас, момент, — я отсоединил оптический прицел от своего «ремингтона» и поставил на его место голографический «Эотех». Для оптики и свет уже не тот, и тактика у нас меняется. — Пошли.
Стараясь не мельтешить на опушке, углубились обратно в лесок, пошли дальше, часто останавливаясь и подолгу осматриваясь и прислушиваясь. Нет, все тихо, разве что птица какая-то разоралась неподалеку от нас, заставив Джо поморщиться:
— Если кто-то за местом следит, то может насторожиться.
Расстояние до мотеля прошли за полчаса, примерно. Когда вышли к скоплению бунгало, уже почти совсем стемнело. Присутствия Тьмы я не чувствовал, но это и понятно, она идет туда, где люди бывают, а тут и до эпидемии глухомань была.
Один большой бревенчатый дом, за окнами которого удалось разглядеть бассейн без воды. Небольшие домики, какие на одну семью, какие на две, бревенчатые, под зеленой покатой крышей. К ним дорожки гравийные, на которых никаких следов не разглядишь, даже если кто-то недавно здесь ходил.
— Займем домик? — шепотом спросил Джо.
— Еды бы поискать, — ответил я. — Ресторан или бар здесь был?
— В мотеле, — ткнул он стволом «ругера» в сторону главного здания.
— Давай сходим.
От мысли подстрелить оленя мы отказались, потому что вставать на привал планировали ночью, а для оленины нужен костер. Побоялись. Но голод не тетка, а запас еды у меня в рюкзаке на двоих уставших мужиков просто никак не распределялся. При этом каждый понимал, что какие-то продукты здесь вполне могли уцелеть, так что попытка разведать территорию вполне может окупиться.
Прикрывая друг друга, добрались до стены главного здания, опять присели, прислушиваясь.
— Вход с обратной стороны, — прошептал Джо.
— А нам вход не нужен, через вход каждый дурак войти может, — так же шепотом ответил я, оглядывая окно первого этажа. — А мы вот отсюда…
Простенькая сдвижная рама, деревянная даже. Так, где в ней замок? Обычно снизу или сверху. Снизу, пожалуй. Нож, забитый между ней и фрамугой и использованный как рычаг, легко сорвал совершенно игрушечный замочек с креплений. Щелкнуло, не так чтобы и громко, что-то с металлическим звоном упало за окном, рама сдвинулась. Откинув винтовку за спину, я вытащил из кобуры пистолет, а из подсумка фонарик, посветил в номер.
— Гадство, — сказал я по-русски, но Джо меня понял.
— А я все думал, что ты пытаешься сделать? — тихо засмеялся он.
Первый этаж состоял из отдельных комнат, каждая со свой дверью
Пришлось все же идти в обход, до угла, до высокого крыльца, снизу которого оказался вход в сувенирный магазин, живо напомнивший мне заброшенный отель в горах Колорадо, а на второй этаж вела наружная лестница. Поднялись поочередно, пригибаясь за перилами, уперлись в закрытую дверь. Помог опять нож, которым я достаточно легко отжал язычок замка, который был, наверное, больше защитой от проникновения внутрь енотов, чем от людей. Приоткрыл дверь, уже привычно принюхался, ожидая встретить трупный запах, но не было даже затхлости. Похоже, что помещение хорошо проветривалось.
Простенькие столы, складные стулья с металлическими ножками — апофеоз простоты. Барная стойка, дверь на кухню. Луч фонаря пробежал по стенам, потом я заглянул под столы — нет, никаких сюрпризов, никаких ловушек. Просто пустой «ресторан», который так без кавычек и язык назвать не поворачивается. Хоть бы мебель под стиль бревенчатых стен подобрали, что ли.
Джо остался приглядывать за входом, а я направился на кухню. Туда дверь заперта не была, просто прикрыта. Открылась с негромким скрипом, пропустив меня.
— Опа! — сказал я, когда луч фонаря упал на целый штабель коробок, сложенных у стены.
— Что там? — спросил из зала Джо.
— Похоже, что тут кто-то или забыл много полезного, или устроил себе базу.
Послышались быстрые шаги по деревянному полу, Джо подошел ко мне. Хмыкнул, осмотрев мою находку. Ящики с сухими пайками и просто консервами, большие бутыли с водой и даже несколько ящиков патронов были аккуратно уложены у стены и прикрыты полиэтиленом.
— Кто бы это мог быть? — спросил я у спутника.
— Здесь? — он снял шляпу, которую, в отличие от меня, умудрился не потерять, и почесал в затылке. — Здесь никого нормального не бывает. Кто-то с индейской территории, наверное. Будем надеяться, что сегодня они сюда не заявятся.
— Не должны, — подумав, согласился с ним я. — Похоже, что лежит давно, сложили на всякий случай. Для них это может быть удобной оперативной базой — и трупов нет, и трупоедов, и место для ночлега хорошее. Ладно, давай прихватим то, что нравится, и уходим.
Взяли аккуратно, навытаскивав консервных банок из тех ящиков, что лежали внизу. Воду тоже взяли сзади, две больших бутыли объемом в галлон каждая. Так вроде и незаметно даже получилось на первый взгляд. И вообще, если обнаружат, то могут подумать, что кто-то из своих скрысил, потому что чужой взял бы все или брал бы с краю. Хотя, скорее всего, именно что все взял. И увез бы на машине, потому что пешком, как мы, здесь точно никто не ходит.