Чужой

Круз Андрей

— Нет, мне уже не надо, — ответила она и перехватив мой взгляд, пояснила: — Могу просто свалиться после вот… ну ты понял. Мне лучше воды… нет, достань колу оттуда… снизу.

Вместо бокала вина я поставил перед ней высокий стакан кока-колы.

— Яблоки были консервированными, — пояснила она, показав на пирог. — Но вроде бы нормально получился.

— Просто отлично, — сказал я вполне искренне. — Но ты мне расскажи все же, что на самом деле случилось.

— Ты все видел, — пожала она плечами. — Чуть не у половины выживших обнаружился Дабл-Ар-Эс. Все признаки бешенства как у собак, или там лисиц, даже водобоязнь,

просто никто не умирает… из носителей. Даже когда я вот этого большерога разделывала, — она показала на опустевшую тарелку из-под стейка, — тебе лучше было бы держаться подальше, хоть из-за животных такого не случается обычно. Ну и еще… это накапливается.

— В смысле?

— В том, что если я сейчас порежусь, то ничего не случится. Через неделю могу сильно разозлиться. Через месяц будет как сейчас.

— А если никого рядом не будет? — уточнил я.

— Если никого не будет, то… не знаю, буду кричать, злиться, могу как-то себе навредить. Но просто так ничего не случается, всегда нужен триггер, вот как это, — она показала заклеенный пластырем палец.

— А что не так с людьми из Сентрал Сити? — вспомнил я недавний разговор.

— Есть еще способ избегать припадков, — сказала она, подумав. — Например, можно кого-то убить. Чем больше крови, тем лучше. Ты… ты фокусируешь свое бешенство на жертве, ты не опасен больше никому, в том числе и себе. Но если ты уже пошел по этому пути, то… сам понимаешь. Ты меняешься. Совсем меняешься.

— И там именно такие?

— Именно такие, да, — кивнула она. — Хотя между собой они тоже плохо уживаются, всякое случается.

— Ты там была?

— Нет, я не была, но Уилл Мастерс, который сейчас живет возле Эвергрин, пожил у них с месяц. Он и рассказал. Ну и слухи даже у нас расходятся.

Я кивнул, примерно представив, как это может все выглядеть. И что из такого может получиться.

— А вот эти, — я провел себе пальцем по скуле и лбу, — пятна, они только у людей с синдромом?

— Не только, у некоторых выживших они тоже есть. Обычно с утра, если ты выспался, их вообще не видно, к вечеру проявляются. Нет у совсем иммунных, и у Чужих, таких как ты, — усмехнулась она. — Слушай, для тебя ведь это все должно выглядеть как плохое кино. Почему ты такой спокойный?

— Потому что уже не в первый мир провалился. Всякое бывает. Бывают вещи более странные чем здесь, и даже твари мерзее этих ваших трупоедов.

Она посмотрела на меня странно, но как-то не удивилась. Хотя, чем ее еще удивить можно? Лора Джин лишь схватила с вилки еще кусок пирога, запила его кока-колой, после чего спросила:

— Расскажешь?

— Да без проблем, в общем-то, — пожал я плечами. — Только сразу договоримся, что ты мне веришь. По рукам?

— Ага.

8

С утра пораньше я так никуда и не уехал. Сначала проговорили, сидя за столом, почти до четырех, потом проспал до полудня, к тому же без похмелья не обошлось. Холодина в гостиничном номере была изрядная, никакого отопления в нем не было, но под тремя одеялами выспался даже очень хорошо, разве что вылезать с утра на холод было проблематично.

— Блинчики, — сообщила Лора Джин, когда я спустился в бар. — С кленовым сиропом, или ты их как-то по-другому ешь?

Я кленовый сироп в жизни не пробовал, — сознался я, явно повергнув

ее в шок. — Но думаю, что все будет хорошо.

— Есть джем там в шкафу, разный, — показала она лопаткой, которой переворачивала блинчики на сковороде. — Я его отовсюду тащу. Выбери какой нравится. Кстати, как я выгляжу? — повернулась она ко мне.

Лучше она не выглядела, точно, синяк налился еще гуще и заметно потемнел.

— Ну… недельку я бы в свет не выходил, — прокомментировал я зрелище. — Могу даже повторно извиниться.

— Это поможет, разумеется, — усмехнулась она. — Ты не передумал насчет Денвера?

— Я осторожно, посмотрю с окраин и попытаюсь свалить.

Такая моя осторожность стала следствием ночного разговора, из которого я о многом узнал. В частности о том, что некоторые из больших городов превратились ели не в рассадники Тьмы, чего ожидал я, то как минимум в рассадники вот такой мерзкой твари, как та, что я вчера подстрелил. «Там воздух как над костром колеблется» — объясняла мне Лора Джин: «Если видишь такое место, даже близко старайся не подходить. А люди говорят, что Денвер весь такой».

Странно… хотя что тут странного-то, в том, что как раз это мой мозг усвоил легко. В «концепцию Тьмы» это все вполне укладывалось. Даже какая-то закономерность уже наблюдается: вместо адаптантов люди с синдромом, вместо Тьмы — воздух колеблется, понимаешь, вместо тварей Тьмы — эти самые трупоеды. В общем, у меня перед местными и пришлыми одно большое преимущество — я это все уже видел и меня ничем таким не удивишь.

А в остальном… она много рассказывала. Как началось, как появились карантины, как солдаты в защитном снаряжении организовывали кордоны, а потом оказывалось, что вся их защита уже ни на что не годна. Тогда началась насильственная мобилизация всех иммунных, на них надевали форму, наскоро учили и ставили на посты. В общем, за счет этой мобилизации подобие государства и сохранилось, произошло что-то вроде насильственного отбора выживших. А потом, после того, как стало ясно, что все, кто должен был умереть, умер, оставшиеся двинулись к югу, где образовывалось новое государство. Сохранить за собой всю территорию они уже не могли.

— А всякие атомные станции и прочее?

— Не знаю, не думала об этом. А что?

— Ну, их так просто не выключишь, насколько я знаю, надо их и дальше контролировать.

— Значит, как-то контролируют, — пожала она плечами. — В Колорадо раньше была одна станция, в Плэттвилле, но ее закрыли лет пятнадцать назад из-за каких-то проблем.

— Понятно. А снег где закончится?

— После Эвергрина его будет все меньше, к Айдлдейлу закончится совсем. Ищи машину, там их будет много.

Тоже ведь проблема. Может оказаться так, что снег начнет заканчиваться там, где на машине еще не проедешь. Квадроцикл бы какой-нибудь найти, из тяжелых.

— Квад где можно найти?

— Если только в гаражах искать, — удивилась Лора Джин вопросу. — Их прокат в Айдахо Спрингс, но ты оттуда не проедешь, сам видишь. Не знаю, здесь ничем помочь не смогу. Садись, — указала она на стул возле стойки. — Дальше есть гора с трассами, очень людное было место, самые дешевые билеты, тридцать девять долларов за день в разгар сезона, называется «Эхо Маунтин», там никого, но у них летом я точно видела квады… нет, ты все равно не проедешь, до самого Эвергрина дорога завалена.