Шрифт:
Глава 1
Я встал с постели, даже не бросив на девушку взгляда. Подхватил с пола джинсы, потянулся за футболкой с моими любимыми «моторхэдами». Она зацепилась за стопу обнаженной нимфы.
«Как ее зовут–то хоть?»
Забыл… Но это не важно, потому что возвращаться я не планирую.
Я дернул ткань чуть сильнее, и тут же подумал, что могу разбудить ее этим. Но она не проснулась, лишь лениво подобрала под себя край одеяла и согнула ногу, обнажив бедро.
Красивое тело. Но, наверное, именно в этом и проблема. Не в красоте, а в том, что я воспринимаю
Я усмехнулся собственным мыслям. Объект чего? Страсти на одну ночь? Не скажу, что это была страсть. Но девушка — красивая. И если открытье ее «профиль», оценить статы, то и неглупая. Поумнее тех, что попадаются мне обычно. Если посмотреть биографию, можно увидеть, что она окончила ВУЗ и сейчас работает в гостиничном бизнесе. Замужем не была, детей нет. В общем, приятная, симпатичная. Вот только есть одна проблема — возможно, она энписишка.
Поначалу, когда я очнулся в больнице, думал, что все вокруг ненастоящие, а сам я — застрял в какой–то нереально крутой симуляции. Потом пришло осознание, что удар мизинчиком о кровать доставляет столько же боли, сколько и должен, а прыжок из окна — может закончиться вполне реальной смертью, а не выходом из игры. Впрочем, проверять последнее я точно не собирался — мой порыв дать оценку пределу своих возможностей охладил вывих плеча.
Попытки выяснить, насколько реальны люди, я тоже оставил. Их охладил Юрка, заявивший, что Матрица давно поимела нас, и нужно просто расслабиться и получать удовольствие. Ну а что еще может сказать человек, который от компа почти не отходит? Сидит днями на одном месте, с людьми общается преимущественно в виртуале, а из дома выходит только в случае крайней необходимости. Но в том, что Юрка настоящий, у меня сомнений никогда не возникало. В его компании я даже порой забываю, что все изменилось. Мир кажется прежним, а я себе — нормальным.
Ну и рядом с детьми еще такое бывает. На днях мальчишка с детской площадки напомнил каково быть обычным. Залепил мне мячом прям в лицо (а я не ожидал такого подвоха, не успел увернуться) и потом спросил: «Вам не больно?»
Не извинился, не испугался, что сейчас я ему задам, а подошел, сел рядом и спросил еще раз: «Вам не больно? Вы как будто не здесь».
А я и был «не здесь». На меня иногда накатывает странное звенящее чувство, что я должен быть где–то еще. Или делать что–то, о чем не подозреваю. Но оно не удивительно — я ж ведь нифига не помню, что со мной случилось и почему я начал видеть мир иначе. С другой стороны, а так ли это важно, если теперь я могу делать, что захочу?
Девушка в постели зашевелилась, простонала что–то сладкое себе под нос и зарылась лицом в подушку.
Пусть спит. Я, наверное, даже не буду копаться в ее памяти и что–то подкручивать: блокировать воспоминания, стирать лишнее. Просто уйду. В конце концов, мы отлично провели время, чего бы ей жаловаться?
Я натянул футболку и бросил взгляд на привлекательное обнаженное бедро.
«Да-а, красивое тело».
Если бы край одеяла не прикрывал белые упругие ягодицы, я бы, возможно, вернулся в постель, протянул к ним руку. Погладил, провел по бедру. Вдохнул запах ее волос — какой–то очень девчачий, чуть более сладкий, чем мне нравится, но вполне ничего, — затем бы стащил с нее одеяло и прижал к себе. Она бы застонала,
Входная дверь ее квартиры негостеприимно скрипнула и холодно захлопнулась за моей спиной.
Двери лифта с дребезжанием распахнулись, а подрагивающий свет лампы, дышащей на ладан, намекнул, что в этом доме всем так же на все наплевать, как обычно и мне.
Выйдя в прохладную ночь, я поежился. Мог бы усилить себе нечувствительность к холоду, но не стал. Ночной воздух должен меня взбодрить и заставить соображать лучше. Надо как–то добраться до Юрки, а я даже не помню, что это за улица.
Я включил навигатор. Не в смартфоне, как это делают нормальные люди, а просто перед собой силой мысли. Впереди, на расстоянии метра возникла карта города, с красной точкой по центру.
А вот и я! Маленькая круглая хреновина возле набережной.
Я пошел вперед по направлению к другой точке, к кругляшку с белой буквой «М» — к метро. Карта пошла вместе со мной. Я уменьшил ее и сдвинул в левый верхний угол, чтобы обзор не загораживала, ускорил шаг. Так передвигаться было удобней всего. Я вообще многое под себя адаптировал. Не хочу хвастаться, но для человека без инструкций я довольно быстро во всем разобрался. Теперь я — бог этого интерфейса!
Мобильный в кармане вздрогнул, и я вздрогнул вместе с ним.
Кому это не спится в три часа ночи?
Я смахнул карту влево, чтобы убрать с «экрана», и пошел к гранитному парапету набережной. Рука потянулась к смартфону, нужно было проверить, кому понадобилась моя тушка в такой поздний час.
Облокотившись о парапет, я разблокировал экран.
«Хакнул ей память?» — нахально интересовался кто–то с неизвестного номера.
Я поежился не то от порывистого ветра, который, казалось, усилился в несколько раз с момента моего выхода из дома, не то от неприятного липкого ощущения, что с этим сообщением что–то не так.
Может, номером ошиблись?
Не успел я додумать эту мысль, как на экране появился следующий вопрос:
«Стер ей воспоминания о себе?»
Бред какой–то! Я почувствовал себя инженером, которого расспрашивают насчет его навыков. Вот только навыки мои были секретными, и я еще не встречал ни одного человека, который мог бы проделывать что–то подобное, или вообще подозревал, что такое возможно.
«Кто ты?» — задал я банальный вопрос. Вдруг это какой–нибудь студент спрашивает у своего друга насчет жесткого диска своей сестры, например. Ну или мало ли что там еще может быть. Скорее всего, это глупая ошибка и просто странное совпадение.
Но интуиция подсказывала, что все не так просто.
Я нахмурился, напряженно глядя в экран, который так и норовил погаснуть.
«У меня к тебе просьба», — пришло в ответ.
— Нормально… Не ответа, ни привета! — возмутился я. — Сразу просьба у…
С языка чуть не сорвалось «у нее».
Хм… И с чего я решил, что на другом конце женщина? По уровню наглости? Или просто чуйка включилась? Интересно… Попробую посмотреть.
Я крепче сжал смартфон не то из–за сосредоточенности, не то из–за подсознательного страха уронить его в воду.