Цирк мертвецов
Шрифт:
Джин отвернулся от взгляда воспалённых глаз, подозрительно смотрящих на него из бара, и переглянулся с Элис, отметив совершенство линий её лица, а мысли его перенеслись в июнь 1964 года, года, когда Хаулин Вулф выступал в живом эфире в телешоу «Хуллабалу» вместе с Роллинг Стоунз. Джин был в студии той ночью и неделю спустя на концерте в «Аш Гроув», клубе на Мелроуз, в котором игрались фолк и блюз, когда Хаулин Вулф вышел на сцену и отыграл концерт с такой потрясающей энергией, что Джин вспоминал
— Я не полечу с ним завтра, — сказала Элис Джину, крепко держась за его локоть двумя руками, пока они шли вверх по улице. — Я только что так решила. Я позвоню свому начальнику, как приду в отель. Они найдут кого-нибудь на замену.
Джин почувствовал, как рука Элис скользнула по его бицепсу.
— И я собираюсь уйти из моего номера и провести ночь с тобой.
— У нас есть свои секреты, — позднее поведала Элис Джину, когда они лежали вместе в постели. Она сказала это с улыбкой, просто и игриво, что, словно бы случайно, лишь подтвердило их близость. — Большие и маленькие, и, может, даже одни и те же.
— Ну и какие?
— Ты и в самом деле хочешь это знать? — тихо спросила Элис, её голос теперь звучал серьёзнее.
— Да. — И в его голосе тоже зазвучала торжественность. — Расскажи.
— Мы оба несчастны в этой жизни.
Они лежали рядом, глядя в лицо друг другу. Лицо Элис было невозмутимо, на нём застыла маска безразличия, её белокурые волосы свободно разметались по подушке. Не глядя ей в глаза, Джин немного вызывающе сказал:
— Но ты совсем не знаешь меня.
— Думаю, ты так же одинок. Секс — это только начало. Мы оба хотим пробиться.
Элис улыбнулась, их губы, а потом и языки коснулись друг друга. Джин произнёс, касаясь губами её губ:
— До этого у меня были совсем не те женщины.
— И мужчины тоже.
— Но теперь это не так, Элис.
— Ты первый раз произнёс моё имя вслух.
— Я знаю, — ответил Джин.
— Вот так ты и вышел из заточения, — сказала она, её взгляд блуждал по всей комнате, и она улыбнулась, когда Джин оказался над ней. — Ты просто произнёс моё имя.
На следующий день Джин и Элис проснулись поздно и занялись любовью, а потом заказали в номер завтрак, состоящий из бельгийских вафель и французских сосисок. Они ещё завтракали, когда Джин позвонил Хьюго Портеру и подтвердил, что встреча состоится сегодня вечером. Портер ещё не приехал, так что Джин оставил у дежурного короткую записку, в которой говорилось, что он будет ждать внизу в баре около семи.
— Если возникнут какие-нибудь проблемы, попросите его позвонить мне, — попросил Джин служащего.
Около четырёх дня, когда Джин и Элис вышли из отеля, воздух на улице был тёплым и неподвижным. Хотя они и намеревались
— Зачем ходить в бары, если всё равно не можешь пить? — спросила Элис у Джина, её глаза блестели от выпитого алкоголя. — Ни один из нас никогда не придёт в подобное место, если отправление рейса где-нибудь задерживается. Кроме Теда, конечно.
По меньшей мере дважды Элис видела его сгорбленную спину возле стойки бара, когда проходила мимо стеклянных окон «Клифтона», возвращаясь с обеда вместе с другими членами экипажа.
— Мы все видели его, — сказала она, повышая голос, чтобы её слова можно было расслышать за пьяным смехом, доносящимся из бара. — Но никто ни разу не сказал ни слова.
— Спроси его, когда вернёшься, — сказал Джин и, когда она не ответила, произнёс: — Это надо сделать.
— Нужны доказательства. Нельзя обвинять кого-то в подобных вещах.
— Но…
— Нет, Джин. Я не хочу говорить об этом, — сказала Элис и посмотрела на него так пристально, что он опустил глаза. — Давай просто веселиться.
Когда ровно в семь Джин и Элис вошли в «Гротто», за фортепьяно с безразлично спокойным видом сидел маленький чернокожий человек. На нём был безупречный серый шёлковый костюм, а пальцы, на которых сверкали толстые золотые кольца, скользили по клавишам. Элис узнала песенку, которую он играл, она была из какого-то бродвейского мюзикла, но она не помнила названия.
— Должно быть, это и есть Портер, — сказал Джин, кивая в сторону крупного розовощёкого человека, который сидел за столиком у дальней стены. Напротив него стояла маленькая серебряная вазочка, наполненная разными орешками, и бутылка шампанского. Когда они шли по залу, Элис спросила:
— Как ты думаешь, сколько времени это займёт?
— Не знаю. По-разному. Коллекционеры похожи на торговцев наркотиками. Они знают, что вы хотите получить то, что у их есть, и поэтому стремятся выдоить вас по полной программе.
Они почти дошли до столика Портера, когда он встал и улыбнулся. На нём были белые сапоги из оленьей кожи и помятая бело-голубая полосатая рубашка. Высвободив свою руку из руки Джина, Элис протянула руку и первой представилась.
— Привет, — сказала она, мило улыбнувшись. — Меня зовут Элис Ларсон.
— Очень рад, — сказал Портер, поцеловал её руку и посмотрел на Джина: — Вот мы и встретились, мистер Бёрк.
После того как церемония представления была завершена, на мгновение воцарилась абсолютная тишина, пока Портер откупоривал бутылку и разливал шампанское.