Цитадель
Шрифт:
Потом ты устроил смертоносцам бойню. Отец сказал, что нужно найти оружие. Тогда Смертоносец-Повелитель заключит мир, а ты станешь правителем. Но ты папу взорвал.
— Я не взрывал его!
Теперь уже поздно искать виноватых. А тогда — Смертоносец-Повелитель решил тебя уничтожить. А нас всех отправили в дом для «породистых» женщин. Но ты все-таки стал правителем, и нам разрешили разойтись. К счастью, многие знали, что я принцесса, но почти никто — что меня выгнали на улицу. Я сделала вид, будто выбираю новый дом… Знаешь, сколько осталось в живых обитателей Диры? Шесть человек. Шестеро!
Принцесса отобрала у Найла бутылку, вскинула к губам. Потрясла, раздраженно кинула в сторону и уткнулась лбом в колени.
— Вокруг Диры совсем нет дров, — внезапно проговорил правитель. — Пусто. Обычно смертоносцы кремируют погибших, но на этот раз не могли набрать сухих дров. Они похоронили Рягью и паука в одной могиле. Смертоносцы пытались возражать, но Дравиг приказал похоронить вместе.
— Дравиг пытался смягчить твою боль, — сказала Мерлью.
— Наверно. А я тогда подумал… представил себе… Вот разроет их лет через тысячу археолог и решит, что хоронили господина и слугу положили рядом. Чтобы прислуживал на том свете. Вот только кого сочтут слугой, а кого хозяином?
— Все зависит от количества ног, — сообщила Принцесса.
— Как это?
— Если археолог будет двуногим, то слугой сочтут паука, а если восьмилапым — то даже не поймут, чей это скелет рядом со смертоносцем.
— Почему ты так думаешь?
— Потому, что человеческий род может закончиться на нас. Найл, нам обоим пришлось много пережить. Неужели мы допустим, чтобы все так и закончилось? Чтобы люди тихо и незаметно вымерли. Ведь сегодня все зависит только от нас. Даже от тебя. Одного. Я понимаю, тебе больно. Но ты не имеешь права раскисать!
— Что ты предлагаешь?
— Ты должен пойти к Смертоносцу-Повелителю и попросить направить еще одну экспедицию в Диру.
— Третью? Он не согласится.
— А хочешь, я пойду к Смертоносцу-Повелителю с тобой?
Найл вспомнил их единственный совместный визит во дворец повелителя пауков и улыбнулся:
— Зачем? На этот раз меня не собираются казнить.
— Значит, ты пойдешь?
— Только окунусь в реке. А то чувствую себя каким-то… заплесневелым.
— Ай-я-яй, — вставая, покачала головой принцесса, — не иметь во дворце ванны! А еще Посланец Богини!
— Предпочитаю проточную воду. Она чище.
Правитель забрался в реку рядом с домом принцессы. Мерлью в воду не пошла, предпочтя посидеть в теньке на берегу. Когда Найл вышел, она дождалась, пока он оденется, вынула из прически короткий гребень с редкими зубьями — волосы девушки мгновенно рассыпались, блеснув на солнце, и старательно причесала правителя.
— Вот так хорошо. — Она наклонилась и игриво куснула его за мочку уха.
Найла резануло по сердцу давнее, щемящее воспоминание, он резко вскинулся, но принцесса успела отступить, предупреждающе выставив руку:
— Осторожно! Ты испортишь всю укладку.
— Укладку? — Найл коснулся своей головы, но подумал не о прическе, а о том, что Мерлью уже успела околдовать его снова. И решил взять себя в руки.
— Пожалуй, к Смертоносцу-Повелителю я могу сходить один. Зачем тебе ноги стаптывать?
— Прекрасно, — неожиданно легко
— Да, — поддался Найл исходящему от Мерлью почти гипнотическому влечению, — конечно, приду.
Сделав над собой усилие, он отвернулся и решительно зашагал по дороге.
У дворца Смертоносца-Повелителя Найла ждал почетный караул — шесть охранниц во главе с Сидонией и Дравигом. Начальник охраны лично повел правителя в главный зал, а женщины сделали вид, будто следуют позади. Возможно, они надеялись, что в полумраке отсутствие караула Найл не заметит. Дравиг, «освещая» дорогу, старательно «показывал», что встречные смертоносцы опускаются в приветствии, а охранницы на постах вытягиваются в струнку. Такого демонстративного уважения правитель не видел никогда и даже стал испытывать некоторое подозрение. Как выяснилось, не зря — едва поздоровавшись с гостем, Смертоносец-Повелитель перешел к укорам:
— Ты говорил, что хищники, получая хитиновые панцири с нашей кухни, не будут нападать на пауков. Почему же в пустыне опять погиб наш собрат?
Мысль Смертоносца-Повелителя содержала не обвинение, а грустный вопрос. Правитель пауков приглашал Найла к разговору, надеясь найти выход из этого положения.
— Это были не хищники, — ответил правитель.
— Но кто еще, кроме них, мог осмелиться поднять руку на смертоносца?
— Посмотри сюда, Смертоносец-Повелитель. — Найл обнажил меч. — Видишь, как изящно выкованы на эфесе тополиные листья, как отделан камень в рукояти, как инкрустированы ножны перламутровыми пластинами? У хищников нет сознания, нет чувства прекрасного. Их вещи просты и утилитарны. Они никогда не станут тратить силы на подобную отделку. Теперь взгляни на это. — Правитель положил середину клинка на ладонь, отпустил рукоять. Эфес перевесил. Найл подхватил меч, не дав упасть, опустил лезвием вниз, а затем снова положил на ладонь. На этот раз перевесил кончик меча. — Ну как, понятно?
Смертоносец-Повелитель выразил недоумение.
— Внутри клинка имеется полость, — объяснил Найл, — залитая жидким и тяжелым веществом. Скорее всего, ртутью. Когда меч держишь лезвием вверх, центр тяжести смещен к рукояти — оружие становится более вертким, им легче двигать, управлять, защищаться. А при размашистом ударе центр тяжести смещается вперед, к кончику, увеличивая силу удара. Такое лезвие не способен сделать ни один мастер нашего города. У нас вообще нет хороших мастеров: слишком долго людям запрещали держать в руках инструменты.
— Ты хочешь сказать, это были люди Мага?
— Нет. — Найл, не удержавшись, сделал широкий взмах мечом и вложил клинок в ножны. — Это очень сложное, трудное в изготовлении и наверняка дорогое оружие, предназначенное для открытого боя. Люди Мага ни разу не вступали в схватки. Маг предпочитает подсылать лазутчиков, действовать исподтишка и полагаться на колдовство. Нет, он тут явно ни при чем. В нашем мире появились гости из другого места.
— Откуда?
— Я думаю, нам нужно задать этот вопрос Асмаку.