Цитадель
Шрифт:
– Медведем, – глухо проговорил Лотер. – И волком, и котом, и кем только вздумается. Главное – знать, как зверь выглядит. Ну и силы нужны.
Взгляд человека стал задумчивым. Он поправил кожаную лямку, всколыхнув клетку вместе с птицами, которых, похоже, уже ничто не вернет к трезвому уму, если он у них был.
Когда нетопыря в очередной раз тряхнуло, Теонард высоко подпрыгнул на крупе и снова чуть не слетел. Он тихо выругался, но тут же сделал вид, что рывок его нисколько не побеспокоил. Только плащ сильнее запахнул. Мол, это ерунда. Летать на нетопыре –
– Медведем – это хорошо, – проговорил он многозначительно, выплюнув клок нетопырьей шерсти. – Знавал я одного медведя. Огромный, как горный тролль. Я боролся с ним с утра и до глубокой ночи. Он был силен. Так силен, что ударом лапы ломал деревья. Приходилось бегать, пока зверь не измотался. Бегаю я не очень быстро, но долго. Уморил зверя. Когда он совсем выдохся, я прыгнул ему на спину и начал душить. Вот этими самыми руками.
Ворг даже обернулся и озадаченно уставился на человека. Тот, не замечая странного взгляда Лотера, продолжил:
– Да, эти руки на многое способны. Медведь хрипел и бил лапами воздух, но я отпустил, лишь когда хрустнули позвонки. Он был тяжелый. Когда грохнулся, земля задрожала. Сам не поверил, что зверь наконец издох.
Когда он закончил, Лотер и Каонэль смотрели на него, вывернув шеи с неподдельным изумлением. Ворг восхищенно присвистнул, зато эльфийка презрения скрывать не стала.
– Хочешь сказать, что в одиночку справился с пещерным медведем? – спросила она, подняв бровь.
– Хочу, – ответил Теонард с усмешкой, делая вид, что разглядывает завитушки облаков.
– Я бы посмотрела на это, – бросила она, отворачиваясь.
– Еще посмотришь, – многозначительно произнес Теонард, стянув края плаща у подбородка.
Уши эльфийки раздраженно дернулись, она тряхнула серебристой копной и повернула голову так, чтобы сидящие сзади могли видеть ее идеальный профиль.
– А вот мне кажется… – начала она, но не договорила.
Лотер легонько стукнул ее по плечу и схватился за внутренний карман лацерны. Эльфийка возмущенно выдохнула и открыла рот для гневной отповеди.
– Да погоди ты, – резко сказал ворг. – Вы это чувствуете?
Каонэль клацнула зубами и сомкнула челюсти, недовольная, что ее в который раз некрасиво прерывают. Лотер, пряча лицо от встречного ветра, нашарил пальцами осколок в кармане.
– Осколок нагрелся, – произнес полузверь. – И вибрирует, как в таверне, когда обнаружил эльфов.
Все замолчали, прислушиваясь к ощущениям. Эльфийка медленно прикоснулась пальцами к складке корсета, человек потрогал карман.
Внизу показалось широкое плато, разрисованное кривыми линиями. Ворг пригляделся и понял: это трещины в горной породе. Но чуть дальше поверхность ровная, вокруг редкий лес. Во всяком случае, отсюда он кажется редким. Дальше горизонт темный и блестящий, словно спинка майского жука. Лотер инстинктивно потянул воздух. Нос уловил капельки влаги, которые звериное обоняние способно различить даже на такой высоте.
– Там что-то есть, – проговорил ворг уверенно и
Глава VI
Каонэль наклонилась к лохматой голове и что-то прошептала в ухо зверю. Затем аккуратно прикоснулась к вибриссам на загривке. Нетопырь хрюкнул, правое крыло опустилось, и зверь пошел вниз по широкой дуге. Ветер загудел и снова ударил снизу, но наездники, наученные опытом, удержались.
Небо осталось за спиной, зато земля заполнила весь мир. Справа кудрявый ковер леса, с другой стороны – обширная вода, которой края не видно. Посередине плоский каменистый участок, изъеденный трещинами по краям.
– Садись ближе к лесу, – приказал ворг, высунув нос из нетопырьей шерсти.
Нетопыря тряхнуло, ветер сорвал слова и растворил, словно мед в кипятке. Теонард прекрасно расслышал, но эльфийка лишь выглянула из-под локтя и прокричала сквозь гул:
– Ты что-то сказал?
– В лес, говорю, давай! – заорал Лотер, мотая головой, потому что шерсть попала в глаз.
Она скривилась и крепче сжала коленями шею нетопыря. Тот, повинуясь приказу, взял левее, где лес превращался в реденькую рощу.
– Опять раскомандовался? – крикнула серая, натягивая волоски, словно поводья. – Вы мне осколки должны. Не забыл?
Лотер и Теонард промолчали. Когда нетопырь наклонил голову, напор воздуха усилился, все распластались по спине твари, чтобы легче держаться.
За время полета каждый по-своему приноровился к неудобствам, но Теонарду клетка на спине откровенно мешает – норовит сцепиться с ветром и выбросить человека в небо.
Он недовольно проворчал что-то под нос. Ворг посмотрел на Теонарда через плечо, показывая взглядом: скинь груз, живее будешь. Но человек только сильнее притянул лямки и вжался в лохматую спину.
– Ворг прав, – крикнул человек. – На открытое место опасно садиться.
Уши серой нервно дернулись, она сердито покосилась на Теонарда. От ветра ее волосы стали похожи на серебряные щупальца, зажившие собственной жизнью. Плащ скатался в бесформенную трубу, открывая затянутую корсетом спину.
– Пушок не приземлится среди деревьев, – произнесла она значительно. – Сядем где сядем.
– Пушок?! – неверяще зарычал ворг, но в этот момент Каонэль резко подалась вперед, пригибая волоски в ту же сторону.
Нетопырь воинственно завизжал и стрелой понесся вниз, ветер совсем освирепел в попытке оторвать наездников от спины. Им пришлось сильнее вжаться в шерсть, прячась от ледяных струй, которые устремились в самую душу.
Теонард окончательно посинел от холода. Плащ уже не натягивал на плечи, все равно толку никакого. Вместо этого, кривясь от запаха, пытался глубже закопаться в густую шерсть нетопыря.
Человек чуть приподнял голову и зыркнул на серую. Из груди вырвался разочарованный выдох, словно пожалел, что не прибил ее на чародейской поляне. Затем взгляд стал задумчивым: стрелу в сердце и в лоб. Но эльфийка слишком быстрая, хотя стрелок он хороший.