Цитадели
Шрифт:
Артем попинал ногой окаменелость и скривился:
— А что, я должен это все убирать? За бесплатно?
У Андрея-старшего задергалась щека, а рука непроизвольно сжалась в кулак. Опережая возможный скандал и как можно миролюбивее, я ответил:
— Ну не только ты, а все мы будем убирать.
— Вы как хотите. А что я с этого буду иметь? Я не хочу за просто так корячиться. Мне стимул нужен.
— И что же вы, юноша, хотите? — стал закипать Гном. — И какой, простите, вам стимул нужен?
— Да хотя бы девку.
— Тебе от Насти мало перепало? — поинтересовался я, желая свести всё к шутке.
— Н-ну, я бы Викусю в кустиках завалил, а вы бы не мешали… — начал Артем, но досказать не успел — отлетел метра на два, ударился о кучу и красиво сполз вниз.
Андрей-старший ринулся добить, но был остановлен крепкими руками Гнома.
— Остынь. Стукнул разок и хватит, — успокоил я разбушевавшегося коллегу. — Антон, этот хмырь жив?
Антон подошел к лежавшему, посмотрел, потрогал тушку и доложил:
— Дышит!
— Ясно, за что тебя из милиции выгнали. Не за пьянку как таковую, а за рукоприкладство, — констатировал я. — Давайте-ка, парни, рубите жерди для носилок и будем мусор выносить. А этого на берег отнесите — пусть прочухается.
Андрей-старший подошел к лежащему Артему, взвалил его на плечо как мешок и вынес за дверь.
— Однако, — меланхолично изрек Андрей-младший. — А быдлик-то наш своего добился. Теперь-то он точно убирать не будет.
Молодежь ушла. Мы остались вдвоем с Гномом.
— Решай, начальник, — усмехнулся Гном. — Урода этого тут оставлять нельзя. Андрей не пришибёт, так я сам прибью. Такие, как этот слизняк… озабоченный, к нам редко попадают.
— Имели место прецеденты? — заинтересовался я.
— Брясло своего бывшего вертухая встретил, — пояснил Гном. — Тюрьмы-то тогда смешанные были, так он арестанток за кусок хлеба насиловал. Кусок хлеб в сугроб кинет, подождет, пока замерзнет, и девчонкам предложит — мол, пока грызешь, трахаю. С постоянной голодухи любая согласиться. А много ли от замороженного куска можно отгрызть? Так эта сволочь один кусок по нескольку раз использовал.
— Точно сволочь, — кивнул я. О том, что случилось с вертухаем, спрашивать не стал.
— Так что с недорослем-то решим?
— Значит, так, — принял я командирское решение. — Когда он оклемается — пусть работает. А потом… Решим вопрос.
— Ты командир, — дипломатично повторился Гном и ушел к ребятам.
Думал я недолго. Сходил к озерку, посмотрел на Артема, до сих пор бывшего в отключке, потрогал водичку…
Я пришел к ребятам, когда они уже разгребали «Авгиевы конюшни». Про эпизод с Артемом никто не заикался. Может, парни объяснили, что к чему, а может, девчонки и сами догадались. Как мне
Работа шла туго. У нас имелась пара саперных лопат и топор, которые отскакивали от содержимого башни (если называть вещи своими именами — от окаменевшего дерьма!). Молодежь начала скисать. Вика уже прикусила губёнку и приготовилась плакать. Самой упорной оказалась Настя — рубила и рубила топором слежавшуюся груду, сопровождая каждый удар нелестными эпитетами.
— Стоп, — пришла мне в голову инженерно-техническая мысль. — Тащите ветки! И побольше. Будем костер жечь!
— Зачем? — удивился бывший участковый.
— Запалить костер, а потом — водой? — догадался Василий и побежал за дровами.
Остальной народ, если не понял, то переспрашивать не стал, а пошел за топливом. Через несколько минут на куче «окаменелостей» полыхал огонь. Дождавшись, пока костер прогорит, я отправился за водой. Важно было самому показать пример!
У нас имелось два ведра, несколько котелков и фляжек, поэтому на озеро ходили несколько раз. После десятка ходок случилось то, что должно было случиться, — большая груда треснула на несколько маленьких.
— Сам придумал? — восхищенно уставился на меня участковый.
— Физика, — коротко резюмировал Андрей-младший. — При нагревании тела сжимаются, а при охлаждении — расширяются…
— Вообще-то, мультфильм один вспомнил, — признался я.
— Точно, — хлопнул себя по лбу Андрей-старший. — Я ведь тоже в детстве мультик смотрел. Там один мужик камень раскалывал — костер разжег и водой облил.
Эх, не надо было про мультфильм говорить. Пусть бы считали, что у них командир умный!
Расколоть мы глыбу раскололи. Но вытаскивать все равно нужно. А уж вонь поднялась такая, что… Парни ругались, девчонки поругивались.
Дело шло медленно, но верно. Загружали мелкие кучки на носилки и вытаскивали подальше. Груда, как нам казалось, не убывала. Народ стал посматривать — дескать, хорошо бы отдохнуть! Пришлось отправить девчонок мыться.
— В порядок себя приведете, начинайте ужин готовить, — напутствовал я.
— А мы? — грустно спросил Василий, загружая очередные носилки и наблюдая, как барышни скачут к озеру.
— Поработаем еще часок, — напустил я на себя суровый вид. Но потом, глядя на их кислые физиономии, решил порадовать: — Поработаем часок — и на сегодня все.
Но работа прекратилась минут через пять, потому что прибежала растрепанная Настя и прокричала:
— Артем пропал!
— Куда пропал? Он же только что на бережку лежал? — не поверил Андрей-младший.
— Надо бы посмотреть, Олег Васильевич? — обернулся ко мне Вася.
— Посмотрите, — пожал я плечами.