Clarity
Шрифт:
— Принц, — извиняющимся тоном начал мужчина, отвесив неуклюжий поклон, — простите, что потревожил ваш покой…
— Что? — сдержанно махнул рукой Фобос. — У тебя минута.
— Мне хватит и половины, — неизвестный неожиданно сбросил плащ, обнажив безобразный торс, покрытый зеленой чешуей.
— Вы обратили меня, мой Принц, — неохотно пояснил мужчина.
Фобос с каким-то остервенелым удивлением наклонился вперед.
— Я не один. Все, кого обратили… у всех стали появляться отметины.
— Когда? — совладав с собой, перебил Фобос. Он и так прекрасно знал, как будет проявляться обратное развитие.
— Около месяца назад, мой Принц.
— Иди, я разберусь с этим.
Подобрав накидку, слуга неуклюже поклонился и вышел.
Принц откинулся назад и стал лихорадочно думать. У всего есть свой срок, даже у заклинаний. Спустя столько лет стало казаться, что обращение было вечным, но природа всегда возьмет свое.
«И если обратный отсчет уже пошел, — с непривычным безразличием подумал Фобос, — то Седрик скоро об этом узнает».
****
Корнелия просочилась сквозь полуоткрытую дверь, как просачивается песок в песочных часах. От громкой музыки в висках стучало. Какой-то байкер угостил ее косяком, который она чудом сберегла в душной тесной толпе, спрятав щедрый подарок в бюстгальтер.
В голове вертелось всего одно слово. Ошибка.
Ошибкой было приходить на этот рейв.
Ошибкой было тащить на этот рейв Элион.
Ошибкой было приглашать на этот рейв парня Элион.
Парень Элион… Корнелия презрительно скривилась. Кто бы мог подумать, что Элион найдет себе парня раньше, чем она.
Облокотившись о стену, девушка небрежно покрутила косячок в руках, не зная, что с ним делать. Зажигалки у нее как назло не было.
— Огонька не желаешь? — тихий голос над ее ухом заставил вздрогнуть и интуитивно отпрянуть.
Перед ней, небрежно облокотившись на стену, стоял Седрик. Черная водолазка, синие джинсы. Потрясающий. Утонченный. И он выглядел так в любой одежде.
Парень Элион… — устало и с каким-то болезненным удовольствием отметила про себя девушка. Хотелось застонать от отчаяния.
Но вместо этого она несколько запоздало нацепила маску равнодушия.
— Как будто у такого хорошего мальчика он есть, — скучающе протянула Корнелия, беря себя в руки.
Блондин медленно коснулся ее щеки, заставляя поднять голову вверх. Второй рукой он мягко забрал из ее пальцев самокрутку, прикусил ее краем губ и прикурил, помаячив напоследок огоньком зажигалки перед ее носом.
— О черт, это было очень эффектно, — с трудом отводя взгляд пробормотала Корнелия. — На этом моменте я должна броситься тебе на шею и отдаться тебе на этих ступеньках?
В этот момент дверь
— Чудесная публика, не правда ли? — с брезгливостью отвела глаза в сторону Корнелия.
— Отдаться? — мягко переспросил Седрик с вежливым интересом.
То ли громкая музыка, то ли текила сделали ее необычайно смелой. Она саркастично изогнула бровь.
— Ну да. Секс. Половое сношение. Контакт гениталий…
— Ах, контакт гениталий, теперь понятно. Так сразу бы и сказала.
Корнелия не сдержала смешка, уж очень искренне у него это вышло.
Его восхитительные зеленые глаза с поволокой смотрели сейчас так нежно, что у Корнелии, казалось, сейчас разорвется сердце. И совсем не хотелось грубить и огрызаться.
Парень Элион, — напомнила она себе в очередной раз. Парень наклонился к ее шее.
— И это тебя остановит? — прошептал он ей на ухо.
Корни покрылась мурашками. Неужели она сказала это вслух?
Отлепившись от стены, Корнелия мрачно покачала головой.
— Не надо.
— Не надо — что? — улыбаясь краями губ, переспросил он. Бросив на него укоризненный взгляд и встретившись с ним глазами, Корнелия почувствовала, как ее сердце проваливается куда-то в пропасть.
«Один раз. Всего один раз. И больше никогда. Я достаточно пьяна, чтобы потом свалить все это на алкоголь».
Блондинка резко развернулась и, пристав на цыпочки, прикоснулась своими горячими губами к его щеке. Через секунду она уже была прижата к стене.
Седрик не целовал ее, даже не пытался. Это было что-то куда более интимное. Со стороны могло показаться, что им давно пора снять комнату. Но ничего подобного тоже не было. Он просто обнимал ее. Вдыхал запах с ее кожи. Касался ее шеи своим языком. И шептал ее имя, словно пробуя на вкус.
— Корнелия…
Ей казалось, что она просто умрет, если он ее поцелует. Просто, потому что счастливее быть невозможно.
Или если он ее не поцелует, и эта сладкая пытка продолжится еще минуту.
Его руки блуждали по ее спине, а язык чертил узоры на шее.
— Седрик… — захныкала она. — Пожалуйста…
Но он также резко отстранился. Корнелия с трудом сдержала разочарованный стон. Седрик сделал шаг назад, поправляя растрепанные волосы.
— Где Элион? — внезапно спросил тот.
— Что? — не веря своим ушам, переспросила Корнелия, подхватывая с пола кашемировую накидку.
— Элион. С кем ты ее оставила?
Корнелия приоткрыла рот, но не найдя, что сказать, просто махнула рукой и стала спускаться по лестнице.