Conmagice
Шрифт:
Открывшая мне женщина была похожа на Киру… или, если соблюдать хронологию, Кира была похожа на нее.
Невысокая, худая, с рыжеватыми волосами и молодыми, насыщенного цвета голубыми глазами. Очень загорелая — а судя по тому что загар ровный, они отнюдь не с дачи приехали.
— Добрый день. Кира дома? — я мягко улыбнулся ей. Внутренне посмеялся над своим желанием понравиться кириной маме. Точно, я влюбился…
— Нет. Мы сами ее ждем. Может ей что-то передать? Кто Вы? — засыпала меня вопросами хозяйка квартиры.
— Простите.
— Ну, так подождите в квартире. Проходите, зачем ступеньки вытирать… — вежливо удивилась женщина, пошире открывая дверь.
О… а я уже подумал, что Кирино гостеприимство (попытаться сразу же вышвырнуть гостя за дверь) ей родителями привито. Но, раз уж это не так… зайдем. Я прошел на кухню, и с неудовольствием посмотрел на обшарпанную бетонную стену и гору плитки рядом с ней. Уверен, родители Киры не в курсе что она маг, а значит мне нельзя демонстрировать возможности. Как бы не сорваться, на меня беспорядок действует как беспорядочное шевеление бумажной игрушки на котенка. На кухне, узурпировав мой любимый стул, сидел папа Киры.
— Здравствуйте, — я поздоровался с ним. Интересно, стоит протягивать ему руку для рукопожатия?
— Здравствуйте, — протянул мужчина.
— Вот видишь, к дочери пришли, — лукаво прищурившись, произнесла мама Киры. — А она где-то бродит…
Я аккуратно присел на табурет, и с тоской уставился на стенку и гору плитки под ней… не люблю бардак…
— У нас тут небольшой ремонт. Решились-таки сделать. Не обращай внимания…Натан. Чай будешь? — спросила женщина, уже, впрочем, наливая кипяток в кружку.
— Буду, — я оторвал взгляд от бетонной стены. — Я предлагал Кире уже помочь с этим… но она отказалась.
— Да как бы ты помог? — изумилась женщина, ставя на стол передо мной кружку с чаем. — Тут мы вдвоем работаем уже месяц…и вроде бы и комнатка маленькая, а все равно долго.
— Да ла-а-адно, — протянул папа Киры, — если б ты не ленилась, давно б все сделали.
— Я?! Видишь какой паразит… — обратилась ко мне женщина, шутливо замахнувшись полотенцем на мужа.
— Я чудотворец. Все-все могу, — я улыбнулся. — Плитку могу положить за часок… если позволите, конечно.
— Чудотворец, — с толикой неприязни произнесла Кирина мама. — Даже если б и так, то не доверила бы тебе. Лучше все своими руками.
Резко негативная реакция. Похоже, к чудесам она относиться весьма скептически.
— Ну, что не доверили бы и так понятно, — я вновь улыбнулся. — Хоть я и не шучу. Но вы имеете что-то против чудес?
— Нельзя что-то иметь против того, чего не бывает, — отрезала женщина, скрестив руки на груди.
— Вы сторонница того факта, что любое чудо имеет логичное объяснение, или просто считаете что все это досужий вымысел? — я постарался сделать свой тон максимально вежливым.
— Второе. Тут даже спорить не о чем.
— М-м-м… — покажу ей что-нибудь из хорошо известных фокусов. Если что, можно будет оправдаться перед Кирой. — Тогда это что?
Я поднялся на цыпочки и вывинтил из плафона лампочку. Положил ее на пол и заставил загореться. Надо было дневного света в руках зажечь, и назваться Натаном Городецким…
— Ох, да ты фокусник, — с неприязнью проговорила женщина.
— Фокус? Не чудо? зная, что лампочка была зажжена при помощи магии, я улыбался.
— Чудо? — мама Киры засмеялась. — Не-е-ет. Это всего лишь обман зрения.
— Глазам не верите? — я усмехнулся и передал ей погасшую лампочку А рукам? Она ведь горячая.
— Естественно, горячая. Она ж была в люстре, — подняв палец, женщина указала вверх.
— Но люстра не была включена. Лампочка горела лишь у меня в руках. Но раз вы настаиваете, — я, по-прежнему улыбаясь, выкрутил еще одну лампочку и передал ее кириной маме. — Холодная?
— Смотря что считать холодным.
— Ладно, — она пытается втянуть меня в философский спор. Я зажег лампочку прямо у нее в руках. — А теперь?
— Да фокусы это все. Никаких чудес, магии и прочей белиберды тут и в помине нет, — женщина положила лампочку на стол.
— Да ну? Чем тогда вы объясните способность католического священника во время молитвы? Способность индийских йогов растапливать снег в радиусе нескольких метров от себя? Сход огней во время Пасхи? Мироточение икон? — последнее, кстати, я и сам объяснить не мог. Однако все остальное — легко.
— А я их видела сама? Своими глазами, чтобы их объяснять и тем более в них верить?
— Дешевый фокус, — женщина передернула плечами.
— Даже дешевый? Но вы ведь не сможете его повторить. Ладно, а что вы сочтете чудом?
— Чудом? Не бывает чудес. А если нечто подобное и происходит, то это больше похоже на отклонения. Есть труд. Чудес не бы-ва-ет! — твердо продолжая стоять на своем, ответила женщина.
— Есть труд. Но человеку, для того чтобы трудиться, нужно нечто большее чем необходимость удовлетворять свои минимальные потребности. Ему нужна вера, вера во что-то большее, нежели он может приобрести. В светлое будущее, в Бога, в чудо! А для того чтобы эта вера крепла, для этого нужны чудеса. И чудотворцы!
— Ты еще мало знаешь! И лишь доказываешь то, чего сам не видел. Я поверю в чудеса, если ты у меня на глазах взлетишь! — усмехнувшись, сказала она.
Я сделал два шага к углу комнаты. Резко развернулся к собеседнице и присел в позу лотоса. Сделал вид, что страшно сосредоточен, и вообще собираю энергию дао. Взлетать надо медленно, не как я обычно… так, процесс пошел! Два сантиметра, полет нормальный… три… четыре…
— Опять твой фокус? — громко раздалось слева.
Все дружно повернули головы.