Conmagice
Шрифт:
— Это всегда так? — массирую висок, спросила я у Натана, уже ушедшего на балкон.
— Радуйся, — хмыкнул он. — У тебя учитель есть. Я сначала языки пробовал изучать. Так вот, шум в голове это так себе по сравнению с высшим проявлением мигрени в течении трех суток. Когда ты заснуть не можешь, да еще и кажется что тараканы не бегают, а бьют в барабаны. А так, ты завтра с утра проснешься бодрая и будешь постоянно таковой оставаться Натан потянулся Кстати, тебе еще нужно одну вещь сделать. Пометь знание всех языков на барабане значком «хранить вечно». Если ими не пользоваться постоянно, то иначе ты их очень
— Учитель… — протянула я, упав спиной на кровать. — Гордишься, наверное… — еще тише сказала я, начиная засыпать. Однако я успела поставить «вечный значок». — А как я смогу говорить на испанском?… — тихо спросила я, переворачиваясь на бок.
Ответа я не услышала.
Посмотрев на моментально уснувшую девушку, я решил присоединиться к ней. Тоже устал как собака. Не только из-за магических трат, еще и поскольку требовалось постоянно держать себя в руках… а это было сложно. И так один раз не удержался… и получил неплохой индикатор ее отношения к себе. Или я слишком мнителен?
Я лег рядом с Кирой и сразу же уснул.
Утром я проснулся первым, и возблагодарил самого себя за идею взять номер с одной кроватью.
Кира все еще спала, но в процессе сна она умудрилась меня обнять, да еще и забросить на меня одну ногу. Я запустил руку в ее волосы, погладил по голове. Милая…
Она проснулась. Спросонья улыбнулась и даже пробормотала что-то нежным тоном. Идиллия продолжалась доли секунды…
— Натан! — хриплым ото сна голосом воскликнула девушка и оттолкнула меня в сторону, отвернувшись к окну.
— И вот теперь черта с два я докажу, что она сама так легла, — тихо обратился я к небесам.
Девушка невнятно возмутилась, пихнув меня ногой.
— Кира, а ты меня хорошо понимаешь? — поинтересовался я. — Разнообразия ради ответь нормально, а не языком тела.
Девушка повернулась ко мне и удивленно посмотрела.
— Что ты хочешь услышать-то? — спросила она, слегка улыбнувшись.
— Вообще-то я хотел услышать положительный ответ. Потому что начиная с твоего пробуждения говорю на испанском, — я кувыркнулся и спрыгнул с кровати. — Я в душ. Закажи пока завтрак, милая.
Ответом мне была брошенная в спину подушка. Метко бьет…
Когда я вышел из душа, споткнувшись об подушку на полу, Киры на кровати не было. Я посмотрел по сторонам и успокоился. Девушка сидела за столом около входа на балкон с кружкой кофе и что-то читала на экране ноутбука.
— С легким паром, — не отрывая взгляда от компьютера, произнесла она.
— И вам того же, — я кинул подушку обратно на кровать. — Как общее состояние?
— Прекрасно, прекрасно… — протянула она, похоже, не особо уловив смысл моего вопроса. — Знаешь, тут такая интересная штука…посмотри-ка, — девушка, наконец, оторвалась от монитора и протянула мне две фотографии. — Что видишь?
— На обеих фотографиях Вселенная. В профиль. Под углом в тридцать семь градусов, — я вернул ей карточки. — Кира, тебе не кажется что вопрос слегка немного идиотский? Что я могу увидеть на каменной стене? Путь к внутреннему совершенству? И скажи мне, наконец, как ты себя чувствуешь.
— Я? Нормально…хотя уже не знаю. Понимаешь тут такое дело… — девушка сделала глоток из кружки. — Там не стена. Ну, не в том виде, в котором ты ее видишь…там рисунок был.
— Но
— Например? — спросила Кира, теребя пуговицу накинутой поверх майки рубашки. Кстати, очень знакомой.
— Магию я вижу, милая, магию. Я о том уже говорил, — я выровнял простыню и притянул к себе телекинезом остатки своей одежды, тем же способом выудил из багажа новую рубашку. — Кира, а тебе идет моя одежда…
Еще один всплеск телекинеза, и ее камера с моих руках. Я сфотографировал ее, после чего вернул камеру на место.
Девушка, похоже, и не заметила моих манипуляций.
— Одно дело магия, — задумчиво глядя на снимки, сказала она. — А другое осязаемые рисунки. Не спроста это… тем более в соборе. Тем более сложенном из камней от разрушенных храмов… — девушка вздохнула.
— Так какие проблемы? Сходим туда, после музея антропологии, посмотрим на рисунок подробнее. Если он магический, я тебе об этом скажу с абсолютной точностью.
— Да это… это не важно. Он был, не сошла же я с ума. Тут дело в том, что на рисунке была змея и птичка маленькая, — девушка на мгновение задумалась, — канарейка. Я посмотрела тут кое-что…но меня это еще больше запутало…
Змея и канарейка. Никаких ассоциаций.
— И что же ты нашла?
— Вот послушай… — девушка помолчала, находя, видимо, нужное место в тексте. — «Уицилопочтли, Вицлипуцли — „колибри юга“, „колибри левой стороны“. Первоначально был племенным богом ацтеков (колибри часто выступает как олицетворитель солнца у многих индейских племён Центральной Америки). Он становится богом голубого ясного неба, молодого солнца, войны и охоты, специальным покровителем, народившейся ацтекской знати. В некоторых вариантах мифа, Уитцилопочтли связывается со старыми божествами плодородия. В других мифах Уицилопочтли у ацтеков — бог войны, которому приносили самые зверские, кровавые человеческие жертвы.» — Кира замолчала, посмотрев на меня.
— С колибри ясно. А змея?
— Не знаю… — девушка пожала плечами. — Быть может вот это: «Ещё его изображали в виде колибри, либо с перьями колибри на голове и на левой ноге, и с чёрным лицом, держа в руках змею и зеркало. Он — сын Коатликуэ…», ну дальше там не важно, — девушка взмахнула рукой. — Может змея здесь для такого, чтоб понять о какой птичке колибри именно идет речь?
— Возможно, — я развел руками. — Я плохо знаком с мифологией ацтеков. Но рассуждаешь ты логично.
— В любом случае, рисунок спрятан с помощью магии. Это неспроста. А еще я смутно помню легенду со змеей, указывающей путь куда-то из книги Ромы.
— Надо будет пойти и посмотреть на него. Но мы утром собирались в музей. Пойдем?
— Да… — девушка встала со стула. — Да, конечно. Завтрак на столе. Ты пока ешь, а я в душ.
Быстро поев, я уселся за ноутбук. Мне нужен максимум информации, чтобы не разводить руками всякий раз, когда Кира что-нибудь спрашивает. Ацтеки и все что с ними связано… поиск!
Читать все времени не было, так что я просто запоминал все, что хоть отдаленно напоминало нужную информацию. К тому времени, как Кира вернулась из душа, я отрешенно перерывал собственную память, разделяя информацию по полезности.