Conmagice

Соловьев Данила Олегович

— К нему так и не вернулось магическое зрение? — внутри все сжалось в тугой комок.

— Нет, и возможно что и не вернется, — ответил маг. — Но, надеюсь, тебе не придет в голову себя в этом винить? У Натана куча принципов, и он не нарушает ни один из них. Позволить кому-то умереть, когда у него есть возможность спасти? Нет, совершенно невозможно. Так что не парься, это был его выбор.

— У меня в голове сумбур…я о его принципах наслышана. Он меня полчаса назад чуть не убил. Если он умирает — это не повод всех вокруг тащить

с собой. Там в храме…это были чернокнижники? Я думала, маги…в общем, ты о проклятии ничего не знаешь…жук-жук…это все к Роме…ладно. Спасибо…если вдруг узнаете что-нибудь о недостающем куске, то сообщите, хорошо?

— Чуть не убил?! — поразился Костя. — Это в его принципы не входит точно. Даже в дикой ярости он использует не боевые, а болевые заклятия. Но ты можешь поздравить саму себя.

Маг рассмеялся, вспоминая что-то, а потом пояснил:

— Доселе его до белого каления смог довести только Андрей. Его-то он и исхлестал болевым кнутом. Безо всякой пользы, правда, на Андрея магия не действует… но тебе повезло, что сумела защититься.

— Я совершенно случайно разозлилась и телепортировалась на йоту раньше, чем молния достигла моего месторасположения… — хмуро посмотрев на пол, ответила я.

— Точно, болевой кнут, — улыбнулся Костя. — Ну теперь жди его с извинениями. Только не раззадорь снова.

— Нет…не думаю. Хоть бы жив остался… — рассеянно прикидывая, как бы разведать обстановку дома у Ромы, ответила я. — Кстати, — собираясь уже телепортироваться, мелькнула мысль. — Когда используется Rewind, и не ты его используешь…ты же потом ничего не помнишь, верно?

— Ничего, если только маг использовавший Rewind, не держал тебя. Впрочем, тебе это уже должно быть известно. Помнишь тот эпизод с Александром? Натан держал тебя за руку, и снимал все на видеокамеру.

— Не забуду, уж точно, — я кивнула. — Спасибо за магическую консультацию. Пока…

— К Роме, не так ли? — поинтересовался вдруг Костя. — Кира, может быть ты это уже заметила, но Натан чувства показывает редко. Он человек того сорта, который предпочитает поступки, а не сладкие речи.

Маг замолчал, кусая губу.

— Конечно, он бы не обрадовался, если бы узнал что я это скажу. Однако, Кира, он очень переживает твое сближение с Ромой. А насчет ваших уже ставших постоянными ссор… впрочем, не мне это говорить.

Я помолчала.

— Тогда зачем он постоянно во всем всех винит? Пока, Кость…спасибо за все.

Я, не медля больше, телепортировалась обратно в Железногорск. Для конфиденциальной разведки мне пришлось перемещаться не к подъезду и уж точно не к квартире, а за два дома до Роминого жилища. Осторожно подбираясь к нужному месту, я, то и дело, боязливо озиралась по сторонам…будто Натан или Рома прятались на детских площадках.

Тихо взбираясь по ступенькам, я настороженно прислушивалась к звукам. Дойдя до двери квартиры и осторожно потрогав ее пальцем (вдруг заколдовано?), я прижалась ухом к обивке.

Дверь у колдуна была не металлическая, поэтому вероятность того, что я смогу хоть что-то расслышать, была велика.

Но план с треском провалился, когда дверь неторопливо распахнулась и застыла, ожидая.

— Звонок там… — указав ладонью на стертую зеленую кнопочку, сказал Рома.

— Да ну? Мистика какая-то… здесь? — подразумевая Натана, я заглянула в коридор.

— Оклемался, ушел, так что бить не будут, заходи… — односложно отрапортовал колдун.

— Ром, что ты можешь мне сказать о смерти магически наделенных существ от проклятий?

— Ты не сможешь меня убить, пожалеешь, — улыбаясь, ответил колдун.

Я молча продолжала на него смотреть, дожидаясь ответа.

— Что?

— Кто, — поправила я. — Кто у нас проклят, м?

— Кто-кто…да много кто. В институте, например, четыре преподавателя и с десяток студентов…а если по городу, то…

— Ром, что нужно было Натану в твоей голове? — не став дослушивать бред, спросила я.

— Вот всем вам все расскажи…все рассекреть. А, может, я не имею на это права! Может, завтра по мою разговорчивую душу прилетит консилиум кровожадных чернокнижников…

— Зови — отгоним, — старое кресло приветливо скрипнуло, когда я на него села.

— Нужен был тот, кто снимет проклятье, — тяжело повздыхав, признался Рома.

— Ты с ним знаком, я полагаю?

— О, логика верна. Знаком.

— Ну, давай, рассказывай! Я клещей не прихватила сегодня!

— Он — мой учитель. Проклятье это снять может, скорее всего. Но где он, я не знаю. И Натан отправился искать его сам, вооружившись портретом из моих мозгов. Каким я его помню, по крайней мере…

— Не знаешь, где бродит твой учитель? — с сомнением переспросила я.

— Понятия не имею ни малейшего, — колдун пожал плечами. — Я его год не видел. Он улетел, и не обещал вернуться.

Пристально посмотрев на чернокнижника с минуту с видом «я все равно все знаю, так что признавайся!», я сдалась.

— Почему никого с собой не взял… — больше полу, чем Роме пожаловалась я.

— Да боялся, что мы умирать почем зря начнем, а у него глаз мало…

Я вскинула глаза на чернокнижника, но прикусила язык. Стало быть ушел один, раз Костя дома и Рома тут. Где его, идиота, черти носят теперь? Незнамо куда ушел, незнамо за кем, неизвестно насколько.

— Сколько у него времени?

— Неделя… — не думая ни секунды, ответил Рома.

— Всего? — я схватилась за голову. — И он ушел один?.. Ну, а если не найдет никого? Гордость опять взыграла…

— Все в клубке с проклятьем и эмоциями. Гордый — это да. Вот ацтеки, не к ночи будь помянуты, такие ж были… — задумчиво и малопонятно начал рассуждать парень.

— Что ты мелишь?

— Историю, ацтекскую…малость подправленную. Помнишь храм? Ну, я думаю помнишь…там про богов было, украшения на стенах, рисунки…помнишь?