Cooldown
Шрифт:
Это ж всего лишь игра.
Глава 5
Наконец, после всех мытарств меня выпустили наружу. Нет, не в открытый космос без скафандра подышать вакуумом, а всего лишь в общую зону. За следующей переборкой, которую пришлось открывать самостоятельно выданным ключом безопасности, обнаружился огромный многоярусный холл станции.
Зрелище захватывало дух.
Повсюду сновало просто дохрена самого разного народа – люди, киборги, инопланетяне, и даже какие-то безумные роботы, походящие на металлических скорпионов, вместо клешней у которых имелись внушительные
– Сам мудак!
Робот молча скрылся за углом.
Станция изнутри представляла собой гигантский бублик, в центре которого под толстым стеклом пульсировало ярко-жёлтое сияние. Так и не разобрался что это – термоядерный реактор, система освещения? Побродив немного, я оказался у внешней стены, и заворожено уставился на непривычно яркие звёзды и газовые туманности, сиявшие в широком иллюминаторе. Красиво до оцепенения, и одновременно горько, что такие величественные картины в ближайшее время человечеству суждено наблюдать лишь в виртуале.
Здесь же мне во вкладку Задания упал первый квест – зарегистрировать точку возрождения, или по-местному – респауна. А чтобы новичок не потерялся в хитросплетениях ярусов и коридоров, здесь имелась интерактивная "Нить Ариадны", представленная видной только для меня стрелкой на стене.
Вообще вся эта поясняющая хренотень перед глазами называлась "нейроинтерфейсом", мне её в обязательном порядке пришили, как коню пятую ногу, и теперь постепенно учили пользоваться.
По легенде я оказался выловленным кораблекрушенцем из древнего звездолёта землян, посланным на авось для покорения космоса. Ветхая посудина спустя долгие годы пути не пережила столкновения с очередным астероидом и рассеяла по сектору кучу спасательных капсул, которые продолжают вылавливать в космосе даже спустя две тысячи лет. В общем, как и в реальной жизни, меня нашли и разморозили, ничего нового. Впору Вареником каким называться или Пельменем.
Система респауна была проста как гвоздь, забитый в крышку гроба ќ– если древний астронавт откинет где свои копыта, то по имеющемуся цифровому слепку его без проблем распечатают на ближайшей станции. Именно распечатают, как ксерокопию, я три раза перечитал, ни о каком клонировании речи не шло. По сути – все игроки, это искусственные создания, путешествующие от звезды к звезде, периодически обновляя физическую оболочку.
Увы, но с собой у воскрешённого не окажется ничего, кроме встроенных имплантатов и личного счёта, так что держать ценные вещи рекомендовалось либо в личном подпространственном инвентаре, либо в специальном хранилище дружественной станции.
Но с подпространством всё тоже было непросто. Заглянуть туда кроме владельца не мог никто, но с его смертью имелась некоторая вероятность выпадения отуда нескольких вещей. И чем они, зараза, были дороже, тем она становилась выше. Так что умирать, имея в загашнике какую-нибудь особо ценную штуковину, категорически не рекомендовалось.
Кстати о деньгах. Здесь они были представлены некими кредитами, изображёнными в виде серебряной прямоугольной пиктограммы. Без них даже банальной воды себе в желудок не нальёшь. А вот сто тысяч этих самых кредитов уже
Однако, дорогое удовольствие – эта виртуальность, особенно если вспомнить, что за базовый доступ к игре с меня списали как раз тридцать пять таких золотистых пиктограмм. На счету при этом остались жалкие полторы тысячи кредитов, которые немедленно ушли на оплату постоянной точки возрождения. В карманах явственно начал гулять хоть и виртуальный, но ветер.
В зале репликации, напоминающей заставленный разнокалиберными банками бабушкин погреб, я получил долгожданный первый уровень и встретил первого своего неиграбильного персонажа, управляемого искусственным интеллектом. На игровом языке звались они неписями или персонажами, как кому больше нравилось.
В принципе, пожилую женщину в голубой униформе я поначалу записал в игроки, но даже пояснялка, выскочившая сбоку от неё, оказалась другого цвета, чего уж говорить о содержимом.
Крис О-Гора.
Уровень: скрыто.
Работник отдела репликации станции "Глория-14".
Отношение: нейтральное.
– Здрастье, – оскалися я почти дружелюбно. – Вы мне не поможете?
– Да? – женщина оторвалась от трёхмерной проекции чего-то, похожего на заполненный семенами... Хм, ну пусть будет огурец, который она крутила и так, и эдак.
По крайней мере, мне хотелось верить, что это какой-то овощ, а не летательный аппарат. На таком покорять межзвёздное пространство я точно бы не решился.
– Подскажите, а чего нельзя сделать в открытом космосе?
– Повеситься! – раздражённо рубанула работница станции. – А ещё задавать дебильные вопросы там тяжело! Тебе что, астронавт, мозги забыли разморозить?! Может тогда свистнуть охранным дроидам – они тебя, дефектного, быстро оформят. Заодно и капсулу протестируешь...
Я предпочёл ретироваться, полностью удовлетворенный результатами тестирования на нестандартное мышление. Нормальный такой искусственный интеллект. Тьюринг бы вообще в штаны наложил.
Но всё же взглянуть на капсулу репликации перед уходом стоило. Я набил в поисковике запрос и получил новый маршрут, куда короче предыдущего, приведшего меня сюда. Стрелка теперь стелилась по полу, отчётливо мерцая по мере приближения к цели.
Капсула, естественно пустая, почти не отличалась от той, из которой меня вытащили накануне, разве что стояла она вертикально, и имела голографическую подпись с моим именем. Большинство аппаратов вокруг были стандартного размера, но имелись и гигантские колбы, к сожалению, все пустые.
Движимый любопытством, я прошёлся немного вдоль длинного ряда и нашёл парочку свежевозродившихся игроков плавающих в зеленоватой жидкости – парня и девушку. Последнюю ещё продолжали допечатывать шесть гибких серебристых стержней, быстро снующих под водой туда-сюда, будто перо сейсмографа. Только оставалось после них не изображение на бумаге, а живая человеческая плоть, в неприглядном поперечном разрезе. А в капсуле парня жидкость уже стремительно пошла на убыль, при этом индикационные вспышки на небольшой приборной панели сбоку от крышки замигали изумрудно-зелёными огнями.