Cooldown
Шрифт:
Например, кто автор поджога и как Ксения умудрилась всего за полчаса ополчить против себя всех инженеров без исключения. В отсеке, с которого мы начали тушить пожар, столпились разгневанные игроки с подручными инструментами в руках, обступив невезучую девушку, и грозя ей физической расправой.
– Так, что за самоуправство?
Я скинул опустевший ранец и проверил, легко ли выходит топор из чехла на ремне. Пыл технарей сразу же поутих. После непродолжительных переглядываний друг с другом от их группы вышел вперёд уже знакомый мне гуманоид расы Ра, который в этот раз
Он не стал мне припоминать прошлое, да и на станции это было явно моветоном – тут все минимум пару раз друг друга убивали. Вместо этого ткнул в Ксению когтем и обвиняющее проскрипел:
– Она устраивала пожар!
– Брехня, – мотнул я головой. – Когда тут всё вспыхнуло, она вообще в допросной сидела.
– Она сожгла Рамиля.
– Это ещё кто?
Ящер показал на кучу горелого тряпья и костей в которой трудно было узнать гуманоида. Помниться, когда мы отсюда уходили, здесь ничего такого не валялось. Странно, ведь пламя в этом отсеке было нейтрализовано практически полностью, а пострадавший выглядел так, будто его хорошенько облили бензином. Я даже не мог сказать с уверенностью, к какой он расе принадлежал.
– Что произошло?
– Она… – начал было скрипеть рептиолид на два голоса, но я его тут же прервал.
– Не вы. Ксения?
– Он к-ко мне п-приставал, – нехотя ответила девушка. – Н-ну, я его из б-баллона разок... А он в-вдруг в-вспыхнул.
Её заикание было явно не последствием стресса, а скорее речевым деффектом. Мне уже попадались его счастливые обладатели – при попытке быстро изложить свою мысль они постоянно запинались, отчего смущались ещё больше. И так по-нарастающей.
– Ясно. Любомир?
Тот лишь пожал плечами, хотя именно он наполнял ёмкости, включая злополучный огнетушитель. Ну, не на того напал, ибо в следующую секунду я был уже рядом с ним, прижав даторийца к стене одной рукой. В другой будто сам собой оказался расчехлённый топор.
– Что ты туда залил?
– Реагент.
– Горючий?!
– Да. Но я просил её им не пользоваться.
– А что с огнетушителем, твою мать, ещё делать, фотографироваться на память?! – прорычал я.
– Не подумал, что она на этого чувака прыснет... Так получилось.
– Да хрен с ним, с техником, но о чём ты думал? А если бы она какой-нибудь тлеющий участок принялась бы дотушивать? Или повтороное возгорание возникло? Да её бы в такой минус засунули, что сразу после респа утаскивали на опыты, даже неодетой!
– Я же просил…
– На кой чёрт ты его вообще сюда притащил?! Встречный пал пускать?
– На всякий случай, – спокойно ответил он.
– Да уж, послал Бог напарничка…
– Я тоже рад, братиш!
Любомир показал мне отогнутый большой палец. Вот что с ним сделаешь?
– Ладно, похоже, что это несчастный случай, ничего не попишешь, – я повернулся к рептилоиду, не убирая руки с топора. – Вашему парню нужно было давно понять, что станция – не место для заигрываний.
– Я это не оставлю в покое, – прошипел ящер-иностранец, но всё же сделал знак рукой, чтобы его товарищи расступились.
– Ваше право, – не стал я спорить. – В любом
– Это невозможно, – выступил один из техников, тоже переводимый транслитом. – Все атмосферники погибли в огне. Там сейчас всё работает в автоматическом режиме.
Я бросил быстрый взгляд на многофункциональный датчик в виде браслета, крепившегося к внутренней части запястья. Кислорода – четвертушка процента, угарного газа – полтора, но цифры неуклонно уменьшаются. К сожалению, содержание других веществ он не показывал, а мне очень сильно захотелось узнать, что там с азотом и прочим.
– Ребята, а вас не смущает, что пригодный для дыхания воздух закончился? – поинтересовался я у техников.
– Так ведь пожар.
– Ага, всё выгорело, – поддакнул кто-то из толпы.
– Вообще-то нет. Огонь действительно задохнулся, но кто-то продолжает откачивать воздух.
У нескольких технарей оказались при себе аналогичные устройства, и они с возгласами изумления согласились с моими выводами. Так что сообщение, переданное по интеркому застало нашу пёструю компанию уже в пути к атмосферному отсеку.
– Внимание, критическое падение давления в техническом комплексе! Снижение концентрации воздуха на станции. Всему техническому персоналу – немедленно выяснить причины сбоя и наладить работу атмосферного оборудования. При возникновении экстренных ситуаций необходимо срочно оповестить службу безопасности.
– Это можно делать уже сейчас, – заметил я, набирая сообщение Ван Харту.
Он попросил нас по возможности уберечь техников, если там окажутся диверсанты, так как свободных бойцов не было совсем. Тварей оказалось несколько и ХОС мобилизовал всех, кого смог, включая даже дроидов и киборгов, наштампованных в кратчайшие сроки.
Я не горел желанием переть с оружием ближнего боя в гнездо ренегатов, но другого выбора у нас не было. Просьба могла в любой момент превратиться в приказ, и тогда о награде за риск можно будет забыть. А наша Ксения до сих пор бултыхалась в минусе, и её в любой момент тоже могли «мобилизовать». Пришлось двигаться за техниками следом, прихватив с собой заветный огнетушитель с горючим реагентом. Авось пригодится. В отсеках, оставшихся за спиной, толку от него было не много, но чем ближе мы подбирались к атмосферному, тем больше в воздухе оставалось кислорода.
За очередной переборкой начинался короткий но широкий коридор, в конце которого располагался вход в нужный отдел. Моё предложение осмотреться и пустить кого-нибудь на разведку игроки напрочь проигнорировали. вместо этого технари нестройной толпой ломанулись к заветным створкам, так как у многих запас кислорода в ошейнике подходил к концу, и лишь прошаренный ящер чуть поотстал, поравнявшись с нами.
Любомир так и вовсе – встал как вкопанный едва выбрался из переборки. Я не стал оставлять его позади и прихватил за локоть Ксению, едва не убежавшую вместе с остальными. Нам торопиться точно нет резона – воздуха в масках хватает на целый час.