Cooldown
Шрифт:
А вот уже между самими секторами разрешалось перемещаться с помощью гиперпространственных врат, обычно охраняемых местными войсками. Потому как если кто захватит сей стратегический объект, контроль над сектором будет частично потерян. По умолчанию через врата без особых проблем пропускали нейтральные корабли, но вот вражеским звездолётам туда путь был заказан. Как, впрочем, и угнанным.
Смешно, но большинство пиратов-игроков держали за нейтралов, так как их кланам хватило ума не портить отношения с Союзом, и держать подчинённых в узде. Разбойничали они исключительно на своих вотчинах или на нейтральной территории,
Да и с кораблём всё не так уж радужно. Пока я не приведу «Мародёр» в какой-нибудь лояльный порт приписки, моей собственностью он не является и восстановлению в случае аварии не подлежит. Да и продать его нельзя. В этом-то и заключался подвох нового задания «Доставить приз и уцелеть».
Ключевое слово – уцелеть.
Я сидел верхом на миллионах, но они мне пока не принадлежали. Пока «Мародёр» просто лакомый кусок для жадных корсаров и просто вредных одиночек, а так же «хантеров» – охотников за головами, которых в случае моего устранения ждёт солидный денежный бонус. В общем, стоило опасаться любого, кто сумеет прочитать статус судна, числящийся сейчас как «захваченный».
Понятное дело, что мне лететь через врата – дело гиблое, но для таких вот изгоев существовала небольшая лазейка. При значительных тратах ресурсов имелась возможность достигнуть крайней звезды соседнего сектора, но при условии, что там нет специального блокиратора прыжков, которые предпочитали ставить на обитаемых или стратегически важных системах. Для армад вторжения такой способ не подходил сразу по двум причинам – дорого и долго. Про сбор ресурсов умолчу, но вдобавок ко всему большинство современных игроков не готовы были проводить в гиперпрыжке свыше нескольких часов. А там же счёт шёл на сутки.
Я прикинул по карте, что за три варп-прыжка достигну пустынного белого карлика в системе Косор-4, а оттуда уже нырну в сектор FТ7H2D, который был ближе всего к границе зоны влияния Союза. Таких переходов нужно будет совершить ещё шесть штук, но деваться некуда – другие пути были ещё длиннее. Угораздило же оказаться так далеко от границы…
И тут меня ждал очередной форменный облом – покинуть систему оранжевого гиганта, название которого я никак не мог запомнить, корабль не смог. И дело тут не в повреждениях – в варп-движке банально не хватало энергии. Выругавшись, я полез смотреть, чем же его там заряжают, раз бортовой реактор для этих целей не подходит. Как оказалось, энергия пополнялась специальными варп-ячейками, которые можно было купить, либо собрать самостоятельно, найдя необходимое количество исходного материала.
Высветившийся список оказался довольно обширным, включая в себя знакомые и не очень первичные элементы, изотопы и прочее химическое барахло. Причём, их количество исчислялось не в привычных килограммах/литрах, а в пресловутых u-юнитах, то бишь – в условных единицах, будь они неладны. У каждого из элементов эта самая величина была разная – у обычных, вроде чистых металлов, от пуда и выше, а у редких изотопов – сотые доли грамма.
Железо – 5 u.
Медь – 2 u.
Цинк – 2 u.
Кремний – 5 u.
Калий – 2 u.
Натрий – 1 u.
Магний – 1 u.
Хром – 3 u.
Цезий-137 – 1 u.
Уран-235 – 3 u.
Палладий-110 – 1 u.
Гелий-3 – 2 u.
Тут
Потратив на изучение вопроса двадцать минут, я выяснил, что на корабле имеется специальный расщепитель, занимающий не много ни мало – целый отсек. В нём любой материал распадался на атомарные составляющие, затем концентрировался и при желании владельца оседал в специальное хранилище про запас. А вот в соседнем отсеке – производственном, при наличии рецептов и необходимых материалов можно было соорудить какую-нибудь полезную в быту фигню. Пока я располагал лишь двумя начальными чертежами – листом внешней обшивки и собственно варп-ячейкой, но перспективы открывались вполне заманчивые. Ведь любая вещь, пусть самая обычная, стоила куда больше сырья, пошедшего на её производство.
А вот если раздобыть рецепт чего-нибудь необычного… Нет, это я что-то размечтался. Да и вообще – привыкать к кораблю не стоит, мне его в любом случае продавать, как найду порт приписки. Я не Диана, и кидать подельников не собираюсь.
Итак, технология восполнения запасов энергии для варп-двигателя прояснилась, теперь дело за малым – найти необходимые элементы. Пока разбирался что да как – автопилот успел увести корабль в красную зону, которую пометил как «условно безопасную». Ну, это для кого как – простеньким катерам типа «Собирателя» или «Фуражира» там грозила неминуемая смерть.
Сектор, в котором я оказался, был на удивление пуст – лишь на его окраинах величаво плыли несколько крупных астероидов в окружении роя собратьев поменьше и побыстрее. Скукота.
К гигантам не стал даже подплывать, решив не испытывать щит на прочность бомбардировкой сотнями камней, а направился дальше, в последнюю – чёрную область, за которой уже простирался открытый чистый космос. Эту зону бортовой компьютер нарёк как «умеренно опасную», но и добыча там просто обязана быть богаче. Я печенкой чувствовал – много времени у меня нет, на станции наверняка собирают отряд добровольцев в погоню.
Ну, а мне что поделать, если прочность корпуса просела до шестидесяти процентов, а большая часть грузового отсека просто разлетелась по ангару, пока я в приступе бешенства колотил кораблём механоида?
Всё нужно ремонтировать, восстанавливать и доводить до ума. Даже с вооружением не всё так радужно, как казалось поначалу. Если боевой лазер потреблял энергию прямо с реактора, то ракет у меня в запасе оказалось всего шесть обойм по четыре штуки. Отстрелю их и всё – покупать новые негде, а штамповать их самостоятельно пока нет возможности.
Стоило только кораблю пересечь невидимую границу между зонами, как я запустил сканирование, перераспределив на приборы большую часть энергии. Довольно опасный шаг, но время сейчас играло не на моей стороне. К счастью, никаких других звездолётов поблизости не оказалось, по крайней мере, в целом состоянии. А так, будто на свалку или кладбище какое попал – вокруг нашлось не менее десятка крупных обломков, не уступавших найденному мной в первом вылете, и бесчисленное множество поменьше.
Просто Клондайк какой-то!