Цвет
Шрифт:
Станция на Иолите отличалась от других, подобных ей, в лучшую сторону. Новые высокие строения в стиле техно-модерн, центральное расположение среди других служб. Радиально расходящиеся монорельсовые дороги. Богато! Даже люди казались довольными и радостными.
С чего бы это им такое счастье? Выводы напрашивались сами собой: здесь торгуют чем-то дорогим или запрещенным. А раз так, то есть надежда, что и в покупке животного особых препятствий не будет. Торгуют, конечно, не многие. Но таких субъектов видно издали,
Зель не стала садиться на монорельс, а решила прогуляться пешком: всё же почва под ногами совсем не то, что корабельный настил. Работники станции, проходящие мимо нее, заинтересованно смотрели на незнакомую девушку, но никто не лез с назойливыми вопросами и предложениями. Шандар отличалась и от туристов, и от работников, и ее необычное поведение наверняка привлекло тех, с кем зель хотела встретиться.
Однако никаких предосудительных предложений по дороге Шандар не получила. Она спокойно дошла до биостанции, прошла через роскошный вход внутрь и обратилась к первому попавшемуся человеку, сидевшему так, что его сразу было видно. Табличка на столе сообщала, что он дежурный по станции.
Он вежливо выслушал Шандар и, на просьбу посмотреть местных животных, отправил ее в магазин.
— В какой еще магазин? — изумилась зель.
— В обычный, — объяснил дежурный в белом комбинезоне. — Местных лицензионных товаров.
— И чем же там торгуют?
— Увидите, — кратко ответил дежурный и занялся своими делами.
Шандар удивилась, но пошла, куда ее послали.
Действительно, над одним из входов в биостанцию, не видных со стороны космодрома, висел небольшой плакат с надписью «Магазин местных товаров». В дверь входили и выходили люди, и зель спокойно прошла вслед за ними.
После удушающей жары на улице здесь казалось прохладно — даже в помещении дежурного было жарче. Самого магазина как такового зель не обнаружила: лишь несколько стеклянных полок с товаром рядом с тамбуром и проходом внутрь станции.
За невысоким прилавком сидел человек в стандартном сером комбинезоне без знаков служб и квалификационных меток и равнодушно взирал на проходящих мимо людей в униформе. Они тоже им не интересовались. Но едва зель посмотрела на торговца, как тот оживился. Подозвал ее и начал демонстрировать свой товар.
Товар выглядел однотипно: скульптурные изображения ящериц различных видов и размеров из разнообразных материалов. Красные, лиловые, темно-зеленые, ярко- и темно-синие, черно-блестящие, желто-прозрачные, оранжево-гладкие, пестрые ящерицы в различных позах. Неподвижные, но словно готовые сорваться с места и бежать, прыгать или что там они делали в тот момент, когда их запечатлела рука художника.
Шандар засмотрелась на фигурки, не обращая внимания на продавца,
— Это что?
— Каменная ящерица, — ответил торговец.
— Из какого камня? — хмыкнула Шандар. — По виду — из бирюзы, я не ошибаюсь?
— Ошибаетесь, госпожа, — продавец учтиво склонил голову, извиняясь за допущенную им бестактность. — «Каменная» — это видовое название. А так она живая. Просто, когда ящерицы впадают в спячку, единственный способ защиты от хищников — притвориться камнем. Как видите, успешно. Видимо, где-то недалеко есть открытый выход месторождения.
— Вы не занимаетесь их разработкой?
— Нет, — продавец улыбнулся. — Мы предпочитаем торговать ящерицами различной окраски — это выгоднее.
— С кем же вы торгуете? Земля не допускает инопланетных зооформ.
— Мало ли в Галактике разумных рас, — туманно намекнул продавец.
Шандар решила немного сменить тему. Об инопланетных расах она могла поговорить и потом. Сейчас ее интересовал практический вопрос.
— Ящерица долго находится в спячке? Каковы условия пробуждения?
— До того момента, как температура не поднимется выше сорока градусов по Цельсию, она будет спать.
Зель раздумывала недолго. Сорок градусов в обычных корабельных условиях быть не может — некомфортно. Ящерица будет спать и выглядеть, как каменная фигурка. А на Дельте ее легко можно будет оживить — там пустыня, жарко.
— Какова цена?
— Этой? Бирюзовой? Пятьсот галактов.
Это пробивало существенную брешь в средствах зель.
— А нет ли чего-нибудь попроще? Скажем, гранитной?
Продавец разочарованно скривил губы и сказал:
— Самые дешевые — яшмовые. Берите. Сто галактов, и она — ваша.
Он водрузил на прилавок каменную пестро-зеленоватую фигурку в метр длиной и сложил на груди руки.
— Беру. Да, еще. Если она случайно проснется — чем ее кормить?
— Она ест всё. В том числе и небелковую пищу. Так что с пробуждением — осторожнее. И обязательно уложите ее в термостат. А пока я заверну ее в отражающую фольгу — она не успеет нагреться до того, как вы дойдете до терминала.
Продавец ловко обернул ящерицу широкой фольгой, подвязал дурацкой ленточкой и торжественно вручил Шандар, словно даря на день рождения. Взял у зель карту оплаты, сунул куда-то под прилавок, дзинькнул выдаваемым чеком и обеспокоено сообщил:
— Госпожа! У вас на счету не так уж много денег. Вы собираетесь улететь с этого мира?
— У меня есть билет, не беспокойтесь.
— Тогда вам повезло. Надеюсь, ваша покупка принесет вам радость и удовольствие.
— Да уж конечно, — отозвалась Шандар через плечо, покидая странный магазин.