CyberDolls
Шрифт:
– Мать мы не собираемся заменять. А вот все остальное – легко.
Когда они вернулись в офис, Алекс сразу же прошел в кабинет начальника.
– Какое впечатление? – спросил Мик Стоун.
– Производство – отличное. Только вы продаете то, что можете сделать, а нужно делать только то, что можете продать.
– Ну, вас и прислали, чтобы найти то, что можно продать, – заметил Мик. – У нас на фабрике целый отдел маркетинга трудится над этим. Весьма дорогое программное обеспечение куплено.
– Я понимаю
– Дай-то Бог, – вздохнул Мик.
– Обойдемся без Бога.
Алекс вышел в приемную, глянул на старомодные большие часы на стенке и сказал Джуди:
– О, конец дня. Вы свободны после него?
– Собираетесь продлить мой рабочий день или это приглашение на свидание? – улыбнулась Джуди.
– Думайте, как хотите. – Алекс сменил деловой костюм на клубный – вельветовый, кирпичного цвета. – У меня тут есть на примете одно уютное заведение в стиле прошлого века. Я приглашаю.
– Вот не думала, что в вас осталось что-то от прошлого века, – сказала Джуди, поправляя прическу, – ради того, чтобы на это посмотреть, я согласна.
Заведение, в которое Алекс привел Джуди, называлось «Mossy Rock»[2] – дизайн под каменные стены, обросшие мхом, приглушенный свет, музыка в стиле 80-х прошлого века.
– Вы копались в моем профиле! – воскликнула Джуди, присаживаясь.
– Ну да, – сознался Алекс, – но есть и другая причина: мои деды – выходцы из России и очень любили старый рок. «The Beatles», «Rolling Stones», «Dire Straits» были моими колыбельными.
– Странный выбор, – заметила Джуди.
– Да. Что тогда доходило до России, то они и слушали.
– Я имею ввиду другое. Странно, что любитель старого рока следует моде «люди-андроиды» и даже носит их значок, – она показала на лацкан пиджака Алекса, где был прикреплен значок с девизом «The only man is God».[3]
– Мне «андроидная» мода нравится своей рациональностью. В чем проблема быть всегда исключительно опрятным и носить функциональные вещи? И потом, этот девиз я читаю по-другому. – Алекс закрыл пальцем первое слово на значке.[4]
Девушка вытащила из сумочки пачку сигарет, прикурила и ответила:
– Проблема в эмоциях. Люди-андроиды отказываются от них.
Алекс взял у официанта два меню, одно подал Джуди, другое раскрыл сам.
– Смотря какие. Если человек подавляет свои желания, а потом выплескивает их в странных поступках, то не вижу необходимости придерживаться таких «эмоций». В остальном ничто человеческое нам не чуждо.
Официант принес заказанные напитки – вино для женщины и пиво для мужчины. Джуди потушила сигарету и отпила из бокала.
– Ну, может быть, – сказал она. – Во всяком случае, к своим рабочим обязанностям вы относитесь вполне… эмоционально. А что еще вас волнует
– Красивые девушки, конечно. – Алекс улыбнулся и задержал такой долгий взгляд на Джуди, что та немного покраснела.
– Я рада, что вы относите меня к их числу, а то мне сначала показалось, что мы будем здесь обсуждать ваши планы по модернизации фабрики. – Она улыбнулась и покачала туфлей на кончике ноги.
– А хотите?
– Да ну, что вы. Когда меня нанимали, у нас в офисе было человек тридцать. Сейчас – одни компьютеры. Кого обсуждать? А всякий хард/софт мне неинтересен. – Девушка дождалась, пока официант принесет горячее и заметила: – А вы, смотрю, всего-то закуску к пиву заказали? – Она показала на небольшое блюдо с орехами, сухариками и прочими снеками, которое официант поставил перед ее спутником.
– Да не хочется особо есть. Мы, андроиды, – ответил Алекс, засмеявшись, – питаемся от сети. – Кстати, о роботах: что делает живой человек на полностью автоматической фабрике?
– Вы обо мне? – откликнулась Джуди. – Сама не знаю. Мой шеф, Мик Стоун, мне дальний родственник, вот и устроил по знакомству. А вообще, я промышленный дизайнер, могла устроиться по профессии. Только люди не нужны сейчас нигде.
– Ну, вы сказали – «нигде»! – воскликнул Алекс. – Как будто автоматические производства не для людей товары выпускают.
– Иногда я думаю, – не для людей. – Джуди вздохнула, разрезая отбивную на аккуратные кусочки. – Фабрика старая, лет сто назад была полностью ручная. И приносила доход. Еще лет двадцать назад была прибыль. Потом началась полная автоматизация, и начались убытки, хотя цена товара упала во много раз. Ну вот, опять о фабрике. – Девушка подняла бокал с вином на уровень глаз и посмотрела сквозь стекло на собеседника.
– Детей меньше не стало, играют они также много, – ответил Алекс, – значит, фабрика просто выпускает не тот товар.
– Возможно. – Джуди пожала плечами. – Как вы думаете, официант, что обслужил нас, живой?
– Конечно. Это же дорогой ресторан.
– А, дорогой… А вон в той рок-команде, – добавила девушка, кивнув в сторону сцены напротив них, – андроиды. Насчет всех не уверена, но гитарист – точно.
Алекс мельком взглянул на сцену и добавил:
– Все трое – андроиды, и бас-гитарист, и ударник. Но в мою одежду встроен сканер, а вы как догадались? Он однообразно двигается?
– Да нет, наоборот – очень разнообразно. Кто-то ввел в его программу манеру игры многих знаменитых в прошлом музыкантов. Он всех их очень хорошо имитирует, но бездушно. – Джуди доела горячее и продолжила: – Знаешь, почему я поклонница старой музыки? Они тогда играли неидеально, но в их ритмах были чувства. А теперь этого нет.
– Конечно. Задача воспроизведения свободного человеческого поведения оказалась слишком сложна, проще ее эмулировать перебором готовых решений. Когда таких «реплик» достаточно много, уловить различия между андроидом и человеком очень сложно.