CyberDolls

Палёк Олег

Прошла неделя. В пятницу родители Кэтрин вернулись с работы пораньше.

– Милая, я все понимаю, но рано или поздно нам придется сказать ей правду, – обратился к жене Стив, снимая плащ.

– Это будет таким стрессом для нее, – тяжело вздохнула Мэри.

Кэтрин забежала в прихожую и бросилась на шею маме:

– Мам, мам, я очень рада, что вы сегодня пораньше! Я так соскучилась! А бабушка скоро будет?

Мэри осторожно поставила ребенка на пол:

– Бабушка больше не придет. Она…

– Она поехала в деревню

отдохнуть? – спросила девочка.

– Она…

– Она умерла, – закончил за нее муж.

– Как это «умерла»? – непонимающе спросила Кэтрин. – Это надолго?

– Это навсегда, – ответил Стив.

– Она никогда не вернется?! – срывающимся голосом воскликнула девочка.

– Никогда.

Кэтрин заревела и побежала куда-то вглубь дома.

– Стив, можно же было как-то мягче, – укоризненно сказала Мэри.

– Как мягче? Бабушка умерла, и они никогда не вернется – что я мог еще сказать?

– Ну не так… – тихо ответила Мэри. – Зря мы положили ее в клинику.

– Она бы все равно умерла без этой операции, – возразил Стив.

– Может быть, еще прожила год-другой. У девочки трудный возраст и тут такой удар.

Когда супружеская чета села ужинать, наконец, прибежала Кэтрин.

– Мама, папа, – сказала она с порога, – я посоветовалась с друзьями, они говорят, что так не бывает, «раз и навсегда уйти». Все можно починить. Не может быть и все!

– Кто это из тебе сказал? – спросил Стив.

– Мурзик и Тотошка!

Муж и жена переглянулись.

– Видишь ли, дочка, когда человек умирает, это навсегда. Мы все смертны, – я, твоя мама, ты…

– Прекрати! – прервала его Мэри и взяла дочку на руки. – Когда нас призывает Бог, мы уходим в лучший Мир. Там мы встречаемся с теми, кто когда-то умер. Наше тело превратится в прах, но душа – бессмертна.

– Да! – воскликнула девочка. – Так мне Пух и сказал! Оболочка может сломаться, но программа всегда жива. Она дуб-ли-ру-ет-ся.

– У людей это не так, – печально ответила ей мама. – Мы не программы, нас никто не записывает. Мы живые.

– Я и хочу живую бабушку! – Кэтрин заревела, поняв, что взрослые почему-то не хотят возвратить ей родного человека. Она вырвалась из материнских объятий и убежала.

– Не знаю, что и делать, – вздохнула Мэри. – Как она теперь будет жить?

– Надеюсь, все забудется.

Но не завтра, ни через неделю, ни через месяц Кэрин не забыла бабушку. Она ждала ее так, как будто та вышла за покупками. Девочка оставляла ей записки, сочиняла для нее сказки, разговаривала с ней вслух в полной уверенности, что бабушка вернется. К тому же в условиях стресса она стала чаще болеть. Отчаявшись, родители посоветовались с детским психологом. После осмотра девочки и тестов он сказал:

– Ваша дочь живет в воображаемом мире, где все вещи – живые, и никто не умирает, а только включается и выключается. Ей обязательно нужен детский коллектив и родительская забота.

Когда психолог ушел, Мэри сказала мужу:

– Я читала в Сети статьи киберпсихолога Вячеслава Тронина. Он пишет,

что у детей, которые с детства живут в окружении псевдоживого, нет страха перед ним. Это хорошо. Но далее соглашается, что у таких детей могут быть проблемы с социализацией. Мы не можем пока отдать нашу дочь в детский сад, поэтому мне придется оставить работу и побыть с ней.

– Я не думаю, что это поможет, – ответил Стив. – Кэтрин была так привязана к бабушке, что теперь ее не скоро забудет. Она не понимает, что такое «смерть» и уверена, что бабушка обязательно вернется, если очень захотеть. Мы сами ее к этому приучили.

– Стив, – вздохнула Мэри, – я вот что думаю… Как ты думаешь, о моей маме много осталось сведений в Сети?

– Чего? Ты хочешь….

– А что остается делать?..

Через три дня в дом Джонсонов приехал курьер из CyberDolls. Он получил роспись о доставке и оставил ящик на пороге дома. Кэтрин выбежала в прихожую, чтобы узнать, кто приезжал, и замерла на пороге. Бабушка отряхнула остатки упаковки, улыбнулась и раскрыла объятия:

– Здравствуй, внучка! Я вернулась!

Слишком много любви

Рик Ретрик, финансовый аналитик крупного банка, только что вернулся с работы. Он бросил ключи от машины на тумбочку, аккуратно повесил верхнюю одежду и прошел на кухню. Настенный экран среагировал на присутствие человека и переключился на новостной канал. Прежде, чем Рик успел приготовить кофе, в дверь позвонили.

Джоан Линдси, давняя подруга Ретрика, проскользнула в дверь, обдав мужчину сложным коктейлем косметических ароматов. Как всегда, девушка была элегантно одета, энергична и жизнерадостна.

– Кофе уже приготовил? – спросила она, забегая на кухню. – У тебя есть что-нибудь перекусить? А то я прямо с работы… В городе пробки… Решила к тебе заехать… Ты что не рад? – Джоан с легкой тревогой посмотрела на хозяина квартиры.

Рик Ретрик считал себя состоявшимся мужчиной: хорошая должность в банке с приличным доходом, квартира в престижном районе – и все это в тридцать с небольшим лет. Единственное, что омрачало его существование, – отсутствие семьи. Любимая жена, Сара Ретрик, погибла несколько лет назад от нелепой случайности – упала в шахту лифта. С тех пор Рик не мог найти супруге замену. Джоан великолепна, но… с годами мужчина стал сомневаться в том, что кто-то когда-то сможет заменить его жену.

Линдси вытащила из холодильника клубные сэндвичи, пирожные, из бара коньяк, вместе с кофе поставила продукты на тележку и увезла в гостиную. В квартире Рика было много комнат, которые когда-то он собирался заполнить мебелью, безделушками и, конечно, детским смехом. А теперь Рику было наплевать, что в них находилось. Кроме как на кухню и в одну из спален, он практически никуда не заглядывал. Даже в комнате жены все оставалось почти так же, как было до ее смерти.

– Конечно, рад, – наконец, откликнулся Ретрик не очень уверенно, – просто я заказал доставку…