Цыганок
Шрифт:
Он проглотил давящий ком в горле, сунул тюбетейку в карман и повернулся к друзьям. Постоял, глядя в землю. Неожиданно оживился. Глаза его возбужденно заблестели.
– Хлопцы! Слушай сюда! А один красноармеец удрал! Чтоб мне с этого места не сойти!
– Ага! От них удерешь!
– безнадежно махнул рукой Вася Матвеенко. Видел, какие овчарки? Хуже волков.
– Не верите?
– загорячился Ваня.
– Вань, а может, тебе показалось?
– деликатно спросил Гена Гуринок. Очень просто могло показаться...
–
– разозлился Ваня.
– Сейчас мы поищем его. Васька и Митька, вы стойте на страже. Если что свистите. А вы - за мной!
Они перебежали улицу и осторожно приблизились к разрушенной стене дома. Ваня взмахом руки остановил Гену и Гришу, стал внимательно присматриваться. Взгляд его остановился на небольшой дыре, наполовину прикрытой ржавой покоробленной жестью, "Наверно, здесь раньше был вход в подвал дома, отметил про себя Ваня.
– Сюда пленный и нырнул".
Он опустился на колени, просунул голову в дыру и присмотрелся. Щебенка, битый кирпич, куски грязной бумаги, консервные банки, осколки стекла. Дальше, в глубине - глухая темнота.
– Дядечка, где вы?
– тихо позвал Ваня.
– Не бойтесь, мы свои...
Ни звука в ответ.
От железнодорожной станции долетел тоскливый и протяжный гудок паровоза. Где-то прогремел выстрел.
В руинах, вздымая горькую пыль, гулял ветер. Тихонько поскрипывал загнутый вверх угол жести.
– Дядечка, чего вы там молчите?
– не унимался Ваня.
– Вылазьте, я же знаю, что вы тут. Идите сюда, мы вам помочь хотим, а?
– Дуришь ты нам голову!
– возмущенно сказал Гриша Голуб.
– Нет тут никого!
– Он же раненый и, может, лежит там без сознания, - даже не взглянув на него, ответил Ваня.
– Вы сидите здесь, а я вниз полезу.
– А если он тебе кирпичиной?
– испуганно вытаращил глаза Гриша. Трахнет - и будь здоров!
– Вань, а Вань. Давай вдвоем, - неуверенно предложил Гена Гуринок. Вдвоем совсем другое дело.
– Нет, лучше я один...
Едва только он собрался лезть в дыру, как где-то в ее глубине послышался стон. Забренчала консервная банка, зашуршала щебенка.
Ребята вскочили на ноги, невольно попятились.
Из дыры осторожно высунул голову изможденный, заросший рыжеватой щетиной человек.
– Так вот кто мне страху нагнал, - с облегчением вздохнул он, настороженно оглядываясь.
– Немцев нет?
– Нет, дядечка. Вообще-то они есть, но поблизости нет, - захлебнулся от волнения Ваня.
– Я как увидел, что вы к стене рванули, так и обмер! А тут еще овчарка вас учуяла. Ну, думаю, все!..
Ваня не договорил. С другой стороны улицы послышался тонкий протяжный свист.
– Что это?
– насторожился пленный.
– Наши хлопцы сигналят, - перешел на шепот Ваня.
– Видать, патруль
В вечерней тишине отчетливо послышались гулкие шаги, гортанная немецкая речь. Оживленно разговаривая, смеясь, гитлеровцы прошли мимо. Звуки их стали отдаляться и вскоре затихли.
– Пронесло!
– поднялся из-за своего укрытия Ваня.
– Вы, дядечка, не бойтесь. На той стороне улицы наши двое дежурят.
– Молодцы, - похвалил пленный.
– Да вы - как настоящие разведчики!
Он попробовал вылезть из дыры и застонал от боли. Левая рука его до локтя была забинтована. Сквозь грязный бинт проступало кровавое пятно.
Ваня с Гришей бросились ему на помощь.
Как только пленный оказался на поверхности, Ваня предложил отойти подальше от этого опасного места. Незнакомец шел с трудом. Его босые, разбитые в кровь ноги оставляли на обломках кирпича темные пятна.
Возле наполовину разрушенного дома они остановились и присели на уцелевших ступеньках. Здоровой рукой пленный поглаживал кровоточащие пальцы ног, и губы его дергались от боли.
– Скажите, пожалуйста, а как вас зовут?
– несмело спросил его Гена Гуринок.
– Звание у вас какое?
– Зовут меня...
– незнакомец, поморщившись, сделал паузу.
– Зовите просто дядей Игнатом.
– Беглец почесал небритую щеку.
– А звание? Гм-м... У всех нас одно звание - солдат.
"Командир, - определил Ваня, осматривая его.
– Вон на петличках гимнастерки следы остались от кубиков".
– Ребята, помогите мне...
– тихо сказал пленный, почему-то глядя только на одного Ваню.
– Мне обязательно нужна какая-нибудь одежонка. В этой - сами понимаете...
– Найдем, - вскочил Ваня.
– Гришка, ты посиди здесь, а мы с Генкой домой слетаем. Мы - мигом...
Они вернулись мокрые от пота. Гриша Голуб с командиром ожидали их на прежнем месте, Здесь же были Митя Тарас и Вася Матвеенко.
– Чуть на патруль не нарвались, - тяжела дыша, проговорил Ваня.
– Вот это, дядечка Игнат, брюки и рубашка, а это - портянки и галоши. Вот тут хлеб и табак.
– А вот вам пиджак, - подал свою ношу Гена Гуринок.
– Извините, если маловат будет.
– Не знаю, как вас и благодарить, мои вы дорогие, - расчувствовался пленный.
– Век не забуду. Останусь в живых - верну долг сполна.
Где-то в центре города разгорелась стрельба. Беглец, настороженно прислушиваясь, стал торопливо переодеваться. Ваня помог ему чистыми портянками забинтовать израненные ноги, надел на них галоши и перевязал Шпагатом.
– Оставаться мне здесь опасно, - жадно кусая хлеб, сказал пленный. Надо выбираться из города. Может, проведете меня до леса?
– Можно, - с готовностью согласился Ваня.
– Мы в этой стороне города все ходы и выходы назубок знаем.