D?senchant?e: [D?]g?n?ration

Вурхисс Алекс

– Ядерные фугасы, – напомнил де Мистура. – Вам очень нужна собственная Фукусима?

– Может, Вы и правы, – Эрих скормил Софии-Шарлотте еще фрикадельку и взял свою рюмку. – Тогда давайте выпьем за мир и процветание niezalezna Polska.

– Хватит меня троллить, – буркнул де Мистура, беря в руки рюмку. – Когда последний раз Польша была незалежной, во времена Карла Великого?

– Немного позже, – улыбнулся Райхсфюрер, – но давно, Вы правы.

* * *

Эрих проводил де Мистуру, скормил Софии-Шарлотте фрикадельки, которые та

не успела своровать, вызвал Брунгильду и велел ей выгулять собаку, заодно уточнив, как идет подготовка дома Райхсмаршала к его прибытию. Райхсфюрер в любом случае собирался вызвать Конрада в Берлин, а теперь – тем более. Он вернулся в свой кабинет, провел переговоры с Райхсмаршалом, затем посидел, побарабанив пальцами по столешнице, и набрал следующий номер.

– Да, – ответил неприятный женский голос. Видеоканал собеседник блокировал.

– Lang lebe die Reinigung, – поздоровался Эрих.

– Lang lebe die Reinigung, – ответила невидимая собеседница Конрада. – Чем обязана, герр Райхсфюрер.

– Фроляйн Штадтфюрерин, – сказал Эрих, проигнорировав более высокий титул собеседницы – партайдиректор, – я бы хотел, чтобы Вы как-то повлияли на Вашего рейхсмаршала.

– Он такой же мой, как и Ваш, – без особой приязни ответила женщина. – Герр Гайзель получил свое звание решением съезда Партай…

– …и все мы хорошо знаем, кто продвигал его кандидатуру, – сказал Эрих.

– …потому, что надо хоть как-то разбавить твоих ставленников! – буквально рявкнула женщина. – Под тобой все наши силовики…

– Например? – холодно спросил Райхсфюрер.

– Флот ты подмял под себя, – сказала женщина.

– На кой тебе в Австрии флот? – спросил Райхсфюрер. – У вас появился выход к морю?

– Армия под твоим Конрадом…, – продолжила она.

– Конрад не мой, – ответил Эрих. – Он лоялен Нойерайху, но ничью сторону не держит, ты сама это знаешь.

– Откуда мне это знать? – спросила женщина.

– А кто прощупывал герра Райхсмаршала на предмет сотрудничества? – спросил Эрих.

– А он сразу побежал жаловаться папочке, – хмыкнула его собеседница. – И ты после этого говоришь, что он не твой. Дальше, Райхсполицай…

– А ты контролируешь Партайгешютце, – ответил Райхсфюрер. – Один-один.

– Вот и я о том же, – сказала женщина. – У тебя маршал, у меня маршал – справедливо?

– Было бы справедливо, – сказал Эрих, – если бы твой Гайзель хоть немного двигал жопой в нужном направлении!

– Я вообще не понимаю, о чем ты! – сказала женщина тоном оскорбленной невинности, плохо сочетавшимся с ее каркающим голосом.

– О том, что у Гайзеля авиационную поддержку приходится вымаливать! – сказал Райхсфюрер раздраженно. – Мы не для того даем Люфтваффе лучшие в мире самолеты, чтобы показывать их на парадах!

– Даете? – уточнила женщина. – Ты это называешь «даете»? Гайзелю не хватает матчасти даже для покрытия потерь!

– Карэн, – взорвался Эрих, – где я

тебе возьму больше, рожу?! Наши производственные мощности – не резиновые! Мы снабжаем армию…

– …твоего друга Конрада, – заметила Карэн. Эрих продолжал:

–…перевооружаем флот…

– Твой флот, – сказала Карэн. – Я, например, считаю, что флот – задача не первостепенная. На кой он нам?

– Мы осваиваем Арктику! – напомнил Эрих. – Арктика – единственный доступный для нас источник полезных ископаемых. Нам нужен сильный флот, без него нас из Арктики выпрут – не русские, так американцы.

– Лучше было бы с этими американцами договориться, – сказала Карэн. – После того, как мы вынесли пшеков, место главного антироссийского форпоста в Европе вакантно. Почему бы его не занять нам?

– По качану! – ответил Эрих грубо. – Я тысячу раз говорил, что не собираюсь втягивать Нойерайх в большой геополитический футбол. Ни на чьей стороне. Тем более – на американской. Американская помощь превратила нас в то посмешище, каким мы были до ЕА!

– Американцы вытащили нас из жопы, – сказала Карэн. – В которую Германию загнали ребята вроде тебя. Кончай ломать комедию, Штальманн, без Америки мы долго не протянем. Французы с англичанами сейчас разберутся со своими проблемами и совместно нам ввалят.

– Если мы подготовимся, то не ввалят, – ответил Райхсфюрер.

– Вот и я о том же, – сказала Карэн. – Нам надо на коленях умолять Вашингтон, чтобы они именно на нас сделали ставку. И если для этого потребуется…

– Карэн, ты меня видишь, кстати? – спокойно спросил Эрих.

– Вижу, – ответила та. – Я только видеопередачу блокировала, у меня не прибрано. Эти пронумерованные – такие лентяи! Я считаю, с ними надо пожестче…

– Это хорошо, что видишь, – спокойно сказал Райхсфюрер, а затем, скрутив фигу, ткнул ее прямо под видеокамеру компьютера:

– Собственно, это и по поводу американцев, и на тему унтергебен-менш. И передай Гайзелю, что ему придется исполнять Райхсприказы, даже если после этого у него не останется вообще ни одного целого самолета. Нойерайх выделяет Люфтваффе огромные средства не для того, чтобы дать возможность Гайзелю покрасоваться в форме перед камерами. Я все сказал. Lang lebe die Reinigung!

Не дожидаясь ответа собеседницы, Эрих выключился, после чего сказал лишь два слова, но оба они были непечатными.

София-Шарлотта, которую Брунгильда принесла в перерыве между звонками, и которая успела уже задремать, проснулась и навострила ушки.

– Это не про тебя, – сказал Райхсфюрер собаке. – Тьфу, конечно не про тебя, когда я тебя ругал? Ты у меня девочка умная – в отличие от этой fotze Карэн…

Он встал из-за стола и подошел к собачьему диванчику (пока Райхсфюрер обедал, Брунгильда отодвинула его от стола, чтобы собака приставаниями не мешала Эриху работать). Наклонился, и почесал макушку болонки: