Да или нет?
Шрифт:
Барни выслушал историю, не перебивая. Когда она закончила, он откинулся на спинку стула и положил на стол очки.
– Ты красивая женщина, Фрэнни. Ни один мужчина не может устоять перед тобой. Даже монах.
Это было неожиданно.
– Спасибо за комплимент, Барни. Но ты должен признать, что это странная ситуация.
– Ты имеешь в виду монаха, который хочет вернуться в мир? Он не первый и не последний, кто раскаялся в принятом решении и хочет все изменить. Знаешь, о чем я думаю?
– О чем?
– Я думаю, что
– Я не влюбилась в него, Барни!
– Ну, ладно. Это выражение, которое мы использовали в молодости, – пошутил он. – Так или иначе, он не мог оторвать от тебя глаз.
Барни замечал все.
– Я чувствовала себя полной идиоткой.
– Обнаружила, что уязвима перед мужчинами? Лично я только рад видеть это.
Он начал говорить, как ее мать.
– Я лучше пойду работать.
– Давай. И, если тебе захочется поговорить, ты знаешь, где меня найти.
Андре по-немецки написал:
Дорогая Герда!
Из всех людей, которые были на концерте хора в Лос-Анджелесе, женщина-журналист из «Бихайв мэгэзин» (Солт-Лэйк) – ты говорила с ней после концерта – выбрала твою фотографию, чтобы поместить на обложку. Она также рассказала твою историю в передовой статье.
Сегодня я был в редакции и попросил ее подписать эти журналы для тебя. Я уверен, что тебе и твоей семье они понравятся так же, как и мне. Статья очень интересная.
Завтра уезжаю на Аляску и не знаю, сколько там пробуду. Если я тебе понадоблюсь, ты можешь писать мне на адрес монастыря: Перувиан Драйв, Солт-Лейк-Сити, Юта, 84999.
Береги себя и до встречи.
Любящий тебя Андре.
Положив письмо поверх журналов, он закрыл коробку и протянул почтовому служащему. Теперь он мог отправляться в аэропорт, радуясь тому, что смог хоть немного отблагодарить Герду за помощь, которую она оказала ему в Швейцарии, когда у него были большие трудности.
Что касается Франчески Мэллори, то он уже понял, что даже путешествие на другой конец света не сотрет ее образ из его памяти. С самой их первой встречи пребывание на море, когда он не мог видеть ее, не мог слышать ее голос, стало мучительным.
Может быть, на этот раз ему удастся забыть ее и не мучиться больше?
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Пастор Баркер имел обыкновение оставаться в фойе после церковной службы и разговаривать с прихожанами.
Фрэн не присутствовала на службе несколько недель, может быть, потому,
Она не видела его с тех пор, как он приходил в редакцию. Ей следовало бы радоваться. Странно, прошло восемь недель со дня их последней встречи, но она не переставала о нем думать. Он всегда был в ее мыслях, что бы она ни делала, а когда она засыпала, то видела его и во сне. В двух шагах от Фрэн стояла Эмили Уилкокс и разговаривала с пастором. Она работала психиатром в университетской больнице. Последние несколько недель Фрэн подумывала, не записаться ли к ней на прием. Но пока колебалась. Что она скажет ей?
«Доктор, я не могу избавиться от навязчивых мыслей о монахе, который возбуждает и раздражает меня одновременно. Мужчина, которого я, возможно, никогда больше не увижу.»
Фрэн потрясла головой, злясь на саму себя.
– Рад тебя видеть, Фрэн. Как дела?
– Пастор Баркер… Я в порядке. Мне очень понравилась ваша проповедь.
– Спасибо на добром слове. Рад, что ты пришла. Люсиль и я устраиваем сегодня вечер в честь нашего сына Говарда. Мы приглашаем тебя, ждем в семь или когда сможешь.
Фрэн не могла удержаться и не подумать, остался ли Говард таким же самовлюбленным, каким был раньше. У нее было ощущение, что ее собственный отец начинал так же – тщеславным и самовлюбленным дон-жуаном. Вот почему все эти годы, посещая церковь и разные общественные мероприятия, она старалась держаться подальше от сынка Баркеров.
Конечно, Говард довольно долго пробыл в медицинском колледже. Может быть, самостоятельная жизнь сделала его более сносным.
– Мама сказала мне, что он теперь настоящий врач.
Лицо пастора расцвело.
– Да. Ничто не делает нас такими счастливыми, как то, что он вернулся домой.
– Это чудесно, вы, наверно, гордитесь им. Спасибо за приглашение, я обязательно приду.
По ее мнению, докторская степень могла сделать Говарда только еще более заносчивым и высокомерным.
– Прекрасно, тогда увидимся вечером.
Для нее не играло никакой роли, куда идти вечером. В последнее время все потеряло для нее былую привлекательность. И эте начинало тревожить ее.
Фрэн отправилась домой в своей потрепанной дешевой машине. Дома ее ждала целая куча дел, но она слишком расслабилась в последнее время и многое позволяла себе. В числе прочего – перестала уделять внимание работе. Может быть, ей лучше проехаться на машине и развеяться? Да, это именно то, что ей нужно.
Мрачный ноябрьский полдень как нельзя лучше подходил к ее хмурому настроению. Она проехала каньон. Окруженное обнаженными черными деревьями озеро Солт-Лейк выглядело не особенно привлекательно.