Daddy Issues

Лионкурт Алира

Капли воды, стекавшие по разгоряченной коже, казались обжигающе горячими. Санса не сдержала немного нервного вздоха, вырвавшегося из груди, когда губы Петира проходились по ее коже, а руки обвивали тело, притягивая ближе к себе. Но она не сопротивлялась, желая растянуть эти мгновения как можно дольше. Где-то на краю сознания билась мысль, что она, быть может, совершает необдуманный шаг, но тут же исчезала, стоило мужчине пройтись по ее телу мочалкой, оставляя на нем ароматную пену. Девушка с едва заметной улыбкой оперлась спиной о его грудь, позволяя себе немного расслабиться.

Уже в спальне, прижимаясь всем телом к лежавшему рядом Петиру,

Санса в полудреме едва заметно улыбалась, ловя себя на мысли, что ничуть не жалеет о произошедшем. Единственным, от чего ей было несколько обидно, являлось то, что ее мать никогда не рассказывала насколько болезненным будет его первое проникновение, вынудившее ее дыхание сбиться. Она с долей легкой грусти думала о том, что ее мать никогда не рассказывала каким сладким будет избавление, когда каждая клеточка ее тела сожмется в предвкушении, а потом тело выгнется, заставляя ее закричать. О том, что она забудет, как дышать, когда будет ощущать его тело и слышать его хриплые стоны, чувствуя, как он заполняет ее глубоко внутри. Мать, воспитанная в строгости, всегда старательно избегала подобных разговоров, тут же переключаясь на другие темы, в результате чего Старк выросла игнорирующей эту часть жизни.

Санса зажмурилась, когда солнечные лучи, пробившиеся сквозь низкие тучи, повисшие над городом, упали ей на лицо. Она потянулась, пытаясь сложить яркие вспышки, мелькающие перед глазами в единое целое. Всплывающие воспоминания заставили ее невольно вспыхнуть от смущения и тут же закусить губу. Открывая глаза, рыжеволосая практически не надеялась на то, что рядом никого не будет. Поэтому тут же облегченно выдохнула, не обнаружив мужчины в комнате. Проводя ладонью по смятой простыни, девушка отметила, что та еще теплая.

– И что ты творишь, Санса Старк? – едва слышно пробормотала.

Но к собственному удивлению она не испытывала ни малейшего укола совести от осознания произошедшего прошлой ночью. Напротив, от воспоминаний о том, как по телу скользили руки ее шефа, как его губы оставляли на коже отметины, внутри вновь разливалось тепло, вызывая легкую дрожь.

Лишь выбравшись из душа, она поняла, что вся ее одежда так и осталась внизу.

– Черт! – тихо выругалась синеглазая.

Плотней оборачивая вокруг тела огромное махровое полотенце, Санса бесшумно выскользнула из комнаты. Спускаясь по ступеням она надеялась, что не сразу столкнется с Петиром.

Но все ее надежды рухнули, стоило девушке сделать первые шаги по лестнице, ведущей вниз. Она на несколько секунд замерла под взглядом мужчины, расслабленно сидевшего в кресле и словно поджидавшего ее появления. Рыжеволосая чувствовала, как от усмешки, тронувшей его губы, от заплясавших в глубине серо-зеленых глаз лукавых огоньков, она буквально вспыхивает, заливаясь предательским румянцем. Смущенно улыбнувшись, она старалась не думать о желании вновь ощутить на своем теле его пальцы, от одного прикосновения которых кожа покрывается мурашками. Почти наваждением было вновь хотеть почувствовать его губы, сминающие ее в жадном поцелуе, когда его язык скользит по небу, сплетаясь в безумном танце с ее языком. Рыжеволосая судорожно сглотнула, стараясь отогнать от себя это наваждение, которому была не в силах больше противостоять.

– Доброе утро, – едва слышно произнесла она.

Еще несколько мгновений Санса нерешительно стояла в самом начале лестницы, борясь с желанием развернуться и скрыться в комнате. Но, в конце концов, отогнала прочь все нелепые мысли и спустилась,

чтобы практически сразу оказаться в кольце его рук.

Стоило пальцам Петира скользнуть по щеке, тут же запутаться в рыжих прядях, притягивая ближе, чтобы практически сразу нетерпеливо поцеловать, как все сомнения и неуверенность куда-то испарились, словно их и не было. Едва слышно постанывая, когда он второй рукой мягко скользил по спине, Санса запустила пальцы в его волосы, отвечая на поцелуй и чувствуя, как по телу вновь расходится жар желания.

Но тут же с ее губ слетел тихий вздох разочарования, когда мужчина разорвал поцелуй и хрипло шепнул:

– У тебя пять минут, иначе останешься без завтрака.

Рыжеволосая резко выдохнула, готовясь выплеснуть на него свое изумление, но все слова так и остались невысказанными, стоило ей заметить лукавые огоньки в его глазах. Тут же срываясь с места, она прятала лукавую улыбку, когда тянулась за аккуратно сложенной одеждой. Девушка ловила себя на том, что ей начинает нравиться его своеобразное проявление заботы.

Просыпаться в собственной кровати с тихо сопящей девушкой под боком было более чем непривычно. Бейлиш едва сдержался, чтобы не провести кончиками пальцев по белоснежной коже ее плеча, не поправить огненные локоны, в беспорядке спадавшие на ее лицо. Проведя ладонями по лицу и отгоняя тем самым остатки сна, он тихо выпутался из одеяла, стараясь не разбудить Сансу.

Через десять минут, вполне хвативших для принятия душа, он спустился вниз, дабы начать возиться с завтраком. Ловя себя на том, что старается поменьше шуметь, когда достает тарелки и включает кофеварку, мужчина едва заметно усмехнулся тому, как быстро рыжеволосой пташке удалось изменить его такой привычный и отлаженный ритм жизни. Пускай даже и в таких мелочах. Неожиданно для него самого, он нашел это приятным.

Сквозь шум закипавшей воды он слышал отголосок легких шагов, доносивший со второго этажа и дающий понять, что Старк уже встала. Прихватывая с собой чашку, над которой тонкими струйками поднимался ароматный пар, Петир устроился в кресле прямо напротив лестницы, твердо решив получить удовольствие от того, как синеглазая, спустившись за оставленной внизу одеждой, смущенно вспыхнет, закусывая губу.

Вскоре легкие шаги стихли, заставляя его невольно насторожиться и начиная подозревать, что пташка решила упорхнуть. Губы Бейлиша невольно растянулись в лукавую усмешку, когда он заметил, как Санса замерла на первых ступенях, решая – спускаться вниз или нет, а потом, замечая его, сильней укуталась в огромное полотенце и залилась румянцем. Улыбка становилась шире, и он едва сдерживал себя, когда Старк отвела взгляд и, пытаясь справиться с собой, негромко пожелала доброго утра. На языке крутились вопросы, которые так и остались до поры до времени не заданными.

– Доброе утро, Санса. – Негромко произнес вместо них мужчина.

Он с интересом наблюдал за тем, как рыжеволосая борется с соблазном вернуться назад и скрыться в комнате, где может быть «в безопасности». Прекрасно понимая, что лучше не стоило бы торопить события, он все же был готов в любой момент покинуть столь удобную позицию для наблюдения, чтобы помочь пташке справиться с охватившими ее сомнениями. Стараясь ничем не выдать своего нетерпения, Петир лишь скользил взглядом по фигуре синеглазой, задерживаясь то на стройных ножках, то на груди, то на огненном водопаде ее волос, струившихся по белоснежной коже спины и плечам.