Далет-эффект
Шрифт:
Марта знала, где найти офицера, командующего базой. Он был сама любезность.
– Конечно, миссис Хансен. Не вижу причин, почему бы нам не выполнить вашу просьбу. Мы обязательно отправим вам все личные вещи капитана Хансена. Но если вы хотите что-то взять с собой прямо сейчас…
– Нет, не в этом дело. Мне просто хочется посмотреть, где он жил тут на базе. Последний год я почти не видела его.
– Я понимаю. Если позволите, я проведу вас в его комнату.
Это была небольшая комната, без признаков роскоши, в одной из первых секций, построенных на Луне. Командующий оставил ее одну. Через слой краски
Даже не окно, а иллюминатор, один из остатков временно приспособленного морского снаряжения. Два обычных корабельных иллюминатора, приваренных друг к другу, чтобы получилась двойная рама. Она смотрела на ровную пустыню с четкими и резкими очертаниями гор вдали, не размытыми воздухом, и представляла, как он стоял здесь, глядя в окно. Запасные форменные костюмы были аккуратно развешаны в шкафу, и, боже, как ей не хватало его, как ей его не хватало! У нее еще оставались слезы, правда, немного, и она промокнула глаза платком. Не надо было приходить сюда. Он погиб, ушел навек, он никогда больше не вернется к ней. Пора идти.
Марта повернулась и увидела свою собственную фотографию в рамке на столике. Смеющаяся, в купальном костюме – маленький цветной снимок из счастливого прошлого. Ей почему-то не хотелось смотреть на эту фотографию. Теперь она знала, что Нильс всегда любил ее. Ей следовало понять это раньше. Несмотря ни на что.
Марта положила снимок в сумочку, но потом передумала, открыла верхний ящик шкафа и сунула ее под пижаму. Ее рука наткнулась на что-то твердое, и она вытащила книгу в мягком переплете. На обложке было написано: «Elementaer Vedligeholdelse og Drift at Daleth Maskin komponenter af Model IV». Она машинально листала страницы, пока переводила про себя сложные технические датские термины. Диаграммы, схемы, уравнения мелькали перед глазами, и наконец ей удалось перевести название. «Основные принципы технического обслуживания и эксплуатации далет-двигателя IV модели».
Он, должно быть, изучал эту инструкцию. Ему всегда хотелось досконально знать самолеты, на которых он летал. И новый корабль не был исключением. Он сунул книжку сюда и забыл об этом.
Люди шли на смерть, чтобы получить то, что она держала в руках. Другие отдали свою жизнь, чтобы не допустить этого.
Марта хотела положить книгу на место, потом заколебалась и снова посмотрела на нее.
Бакстер погиб на борту корабля, ей сообщили об этом. Его сменил другой сотрудник посольства, который уже неоднократно пытался связаться с ней. Где-то у нее было записано его имя.
Она может отдать им эту брошюру, и ее оставят в покое. Все проблемы будут решены раз и навсегда.
Марта уронила книгу в сумочку и щелкнула замком. Снаружи ничего не было заметно, никакой подозрительной выпуклости. Она задвинула ящик, еще раз оглядела комнату и вышла.
Когда она вернулась в гостиную, многие уже собирались уходить. Марта посмотрела по сторонам в поисках знакомого лица. И нашла – он стоял, прислонившись к стене, глядя в огромное окно.
– Герр Скоу, – сказала она, и он резко обернулся.
– А, миссис Хансен. Я видел вас, но
Его лицо осунулось, и она подумала, что он, вероятно, винит себя в том, что случилось.
– Вот, – сказала она, открыв сумочку и протягивая ему книгу. – Я нашла это среди вещей моего мужа. И подумала, что ей не стоит валяться без присмотра.
– Боже милостивый, не может этого быть! – воскликнул он, увидев название. – Благодарю вас, вы так помогли мне! Люди настолько легкомысленны. Это не облегчает мою работу, скажу я вам. Нумерованный экземпляр – мы были уверены, что он на борту «Хольгер Данске». Мне бы и в голову не пришло… – Он выпрямился и отвесил ей строгий официальный поклон. – Благодарю вас, фру Хансен. Вы даже не представляете, какую услугу вы нам оказали.
Марта улыбнулась:
– Я представляю, герр Скоу. Мой муж и многие другие пожертвовали жизнью, чтобы то, о чем написано в этой книге, не попало в чужие руки. Могла я поступить иначе? И вообще, на самом деле все наоборот. Я только теперь поняла, какую услугу вы – все вы – оказали мне.
Настало время возвращаться на Землю.
Глава 25
Резко затормозив, «Спрайт» завернул на подъездную дорожку и, дернувшись, остановился, скрипя покрышками. Ове Расмуссен перепрыгнул через дверцу машины, взбежал по ступенькам и с силой вдавил кнопку звонка. Он услышал, как в доме зазвенели мелодичные переливы, и, не дождавшись ответа, дернул за ручку. Дверь была не заперта, и Ове широко распахнул ее.
– Марта! Где ты? – закричал он. – Ты здесь?
Он закрыл за собой дверь и прислушался. В тишине раздавалось только тиканье часов. Потом до него донеслись сдавленные рыдания из гостиной. Она лежала, распростершись на диване ничком и содрогаясь всем телом от безнадежного, безудержного плача. Рядом на полу валялась газета.
– Улла позвонила мне. Я был в лаборатории всю ночь, – сказал он. – У тебя был такой голос по телефону, что она сама почти в истерике. Я сразу поехал к тебе. Что случилось?..
Тут его взгляд упал на первую страницу газеты, и он сразу все понял. Нагнувшись, Ове поднял ее и посмотрел на фотографию, занимавшую почти всю полосу. На ней был изображен яйцевидный аппарат размером с небольшой автомобиль, плывущий в нескольких метрах над головами пораженных зевак. Из маленькой кабины махала рукой улыбающаяся девушка, а впереди, между фарами, отчетливо виднелась надпись: «Хонда». На машине не было заметно никаких привычных внешних признаков летательных аппаратов. Над фотографией было написано: «Японцы демонстрируют гравитационный скутер», а чуть ниже: «Утверждают, что новый принцип произведет революцию в транспорте».
Марта села, вытирая глаза промокшим платком. Ее лицо покраснело и опухло от слез, волосы спутались.
– Я приняла снотворное, – всхлипнула она, задыхаясь. – Проспала двенадцать часов. Я не слышала радио, вообще ничего. Пока готовила завтрак, принесли газету. А там…
У нее перехватило дыхание, и она молча показала на фотографию. Ове устало кивнул и тяжело опустился в кресло.
– Это правда? – спросила она. – У японцев есть далет-двигатель?
Он снова кивнул. Закрыв лицо руками, впиваясь ногтями в кожу, она пронзительно выкрикивала слова: