Далила-web
Шрифт:
— Здравствуйте! Скажите, пожалуйста…
Позади затрещали ветви. Оглянувшись на бегу через плечо, девушка успела заметить, как бьётся в кустах рухнувший коптер. Но разбираться с причудами вертолёта некогда было, всё равно ведь от него не добьёшься ответа на вопрос, как пройти к мосту через канал.
— А! Так вы… договорились… с секретарём? — непонятно спросил, не снижая темпа, парень. — Что вы… хотели… спросить?
«С каким ещё секретарём? — подумала сбитая с толку девушка. — Что спросить?»
В голове сумбур, а кроме того, на бегу не получалось
— Что, чёрт возьми, едят в этом парке белки, если здесь не продают солёных орешков?
— Орешков?! — Парень споткнулся на ровном месте и остановился, изумлённо разглядывая Нику. — Вы… с канала «Природа»? Что-то не припомню, чтобы я… Фу-у, жарко сегодня… Чтобы я давал согласие… Хотя… Ладно. Что вы там хотели спросить?
Он пошёл по тропинке шагом, должно быть, чтобы выровнять дыхание. Ника шла рядом, пытаясь разобраться в логике происходящего. Какое-то недоразумение. При чём, скажите, здесь канал «Природа»?
— На самом деле я хотела спросить, как пройти к мосту через канал.
— Мне кажется, вы что-то говорили о белках, — напомнил парень, отирая лоб рукой.
«Наверное, ему наскучило бегать», — заметила про себя Ника, а вслух проговорила:
— Просто пришло в голову. Подумала, — чем, интересно, в этом парке питаются белки, если на входе не продаются солёные орешки?
Живая изгородь кончилась, тропка вывела Нику и её собеседника к огромной клумбе. «Вот, значит, откуда запах!» — сообразила мимоходом девушка, украдкой рассматривая спортсмена. Красавчик, но выражение лица неприятное. И брезгливые складки у носа. Глаза пустенькие. Сколько ему лет — не понять. Может, двадцать пять, а может, и все сорок пять.
— Чем питаются? Белки? — бормотал он себе под нос. — А здесь есть белки? Не замечал. Чем? Ну, я не знаю, может быть…
«Шах!» — вспышка. Из-за кустов на дорожку выскочили какие-то проворные граждане. Двое. «Ша-шах!» — ещё две вспышки подряд. Парень поднял растопыренную пятерню и схватил Нику за руку. «Шах!» — ещё вспышка.
— Я не давал разрешения на съёмку! — выкрикнул парень, всё ещё прикрывая лицо ладонью.
«Да это просто фотографы. Папарацци», — сообразила Ника, пытаясь высвободить руку, но её не отпустили. Когда откуда-то сзади набежали ещё несколько человек, горе-спортсмен притянул девушку ближе, словно защищаясь от нападения. К нему со всех сторон лезли с микрофонами, голося:
— Господин Серов, для «Дольче вита», всего лишь пару слов!
— Для «Обсёрвера»! Каково ваше мнение…
— Кто эта девушка, господин Серов? Правда ли…
— Зрители канала «Дольче вита» хотели бы знать…
Затравленно озираясь, парень потащил Нику за собой сквозь толпу, крича: «Охрана!» Но никто на его отчаянный призыв не явился, только ещё с полдесятка корреспондентов набежало. Похоже, что из окружения не выбраться, разве что через клумбу. «Дармоеды!» — негодовал атакуемый со всех сторон господин Серов. Ника, чтобы помочь ему, отпихнула кого-то особенно настырного, но это только раззадорило остальных.
— Скажите,
— Мы встретились… Я просто спросила его о белках.
— Белках? — опешила «Дольче вита», но её оттеснил респектабельный «Обсёрвер».
— Вы спрашивали господина Серова о белках? — спросил он хорошо поставленным голосом. — Повторите ваш вопрос для зрителей нашего канала.
— Но я просто спросила его, чем питаются белки в этом парке, если на входе не продают солёных орешков.
— Надо ли понимать ваш вопрос так, что… — Но тут «Обсёрвер» получил внушительный пинок от «Дольче виты» и на некоторое время исчез вместе с микрофоном.
— Господин Серов, что вы ответили вашей возлюбленной на вопрос о белках? — сладкоголосо пропела «Дольче вита», вцепившись крашеными когтями в рукав спортивного костюма господина Серова. Правой рукой она пихала ему в рот микрофон. «Ша-ша-шах» — обстреливали господина Серова фотографы, досталось от них и Нике Нэйм — какой-то предприимчивый папарацци забрался для этой цели в клумбу.
— Но она не моя… — начал оправдываться несчастный господин Серов. В это время кто-то толкнул Нику в плечо и она, чтобы не упасть, ухватилась за первое, что попалось под руку. И на некоторое время ослепла от фотографических блицев.
— Когда будет объявлено о вашей помолвке? — слегка задыхаясь, спросила «Дольче вита». Ей каким-то непостижимым образом удалось ввинтить микрофон между господином Серовым и висевшей на нём Никой.
— Никогда! — возмущённо завопила мисс Нэйм и, оттолкнув своего предполагаемого жениха, полезла через толпу, усиленно работая локтями.
— Господин Серов, как зовут вашу невесту? — услышала она позади.
— Девушка, представьтесь, пожалуйста, — попросил её вынырнувший откуда-то слева «Обсёрвер». От его респектабельности мало что осталось: рубашка растерзана, галстук съехал на сторону.
— Меня зовут Ника Нэйм, мы с господином Серовым… А, вот же мост! Вот он!
Выбравшись из толпы, она увидела то, что искала. Короткая аллея вела к небольшому горбатому мостику через канал.
— Оператор! Вася, быстрее! — заорали сзади, но Ника не стала дожидаться, пока её поймают. На мосту она оглянулась. Три или четыре журналиста мучились вопросом: догонять её или остаться с господином Серовым.
— Подожди! — крикнул ей затёртый в толпе бегун. Ника увидела над головами его руку, но только отмахнулась с досадой. Надо было бежать, пока не опомнились папарацци. За каналом — ограда парка. Наружу! Что-то огромное, красное надвинулось справа. Автобус? Ника не стала искать подземный переход, проскочила прямо перед автобусом, кинулась через шоссе, пробежала по узкому тротуару до угла, но всё-таки оглянулась, прежде чем свернуть в боковую узкую улочку между небоскрёбами. И увидела, как автобус, обламывая ветки кустов, прижимался вплотную к ограде. Он полностью перегородил выход из парка.