Дама Пик
Шрифт:
– Не беспокойся, слышал.
– Вот и хорошо. Ты, дерьмо собачье, используешь в своих целях высокие человеческие качества других людей, которых у тебя самого и в помине нет. А теперь представь себе, что я напрочь потерял былое благородство и говорю тебе: да делай ты с ней все, что твоей ничтожной душе угодно. Ну как? Нравится? Я-то переживу, если ты ее убьешь. Помучаюсь, но переживу. Между прочим, у меня теперь два Корана, и я скоро доберусь до сокровищ мурзы. А ты останешься с мертвой девушкой в
– Я убью девушку, – проскрежетал Надиршах, – клянусь!
Знахарь засмеялся.
– В Библии сказано: «Не клянись». Коран, между прочим, написан позже… Ты случайно не помнишь, там ничего об этом не написано?
– Ты не веришь мне?
– Отчего же… Верю, конечно. И я, конечно же, куплю у тебя эту девушку после того, как доберусь до клада.
– Нет, Знахарь, – интонации Надир-шаха стали жесткими и неприятными, – мы пойдем туда вместе. А чтобы ты не думал, что я играю пустыми словами, – слушай!
В трубке раздались шорох и стук, будто ее положили на стол.
Потом послышались гортанные мужские голоса, звучавшие с угрожающими интонациями, и Знахарь услышал голос Алены:
– Отпусти меня, нехристь! Что ты делаешь! А-а-а…
Раздался вскрик, и потом Алена заплакала.
Знахарь услышал грубый смех нескольких мужчин, и Надир-шах, снова взяв трубку, с усмешкой произнес:
– Сейчас она скажет тебе несколько слов.
В трубке зашуршало, и Знахарь услышал прерывающийся от слез голос Алены:
– Костенька, милый, забери меня отсюда! Мне страшно!
Знахарь почувствовал, как все у него внутри сплелось в тугой яростный узел. С трудом сдерживая себя и уже видя открывшееся на миг будущее, в котором Надир-шах останется один на один с собственной трусливой жестокостью, он сказал:
– Не бойся, Аленушка. Конечно, я тебя заберу. Что они с тобой сделали?
– Они отрубили мне палец. Больно… – ответила Алена и горько заплакала.
– Не бойся, – повторил Знахарь, – я все сделаю. Дай ему трубку.
После небольшой паузы в трубке прозвучал торжествующий голос Надир-шаха:
– У меня только что появилась свежая идея. Я не буду убивать эту девку. Начиная с сегодняшнего дня я буду отрубать ей по одному пальцу, а когда они закончатся и на руках и на ногах, отрублю ей ступни и кисти. Потом – руки до локтей, а ноги – до колен. Все будет происходить под присмотром врача, так что она будет жить. А потом ты получишь этот обрубок на память и сможешь любоваться на нее всю оставшуюся жизнь. Да, чуть не забыл – еще глаза, уши и нос. Они ей совершенно ни к чему. Ну, что скажешь?
Знахарь неожиданно почувствовал себя совершенно успокоившимся и ровным голосом ответил:
– Можешь не трудиться. Я согласен. Когда мы разберемся с шифром, я тебе позвоню.
И, не
Это произошло две недели назад в ресторане «Княжна». Знахарь ничего не сказал, но проницательная Наташа, заметив, как изменилось его лицо после телефонного разговора, выбрала подходящую минуту и, взяв Знахаря за галстук, зажала в угол и вытрясла из него все.
Понятное дело, она не сказала Алеше ничего, но для себя уже решила, что сделает с Надиршахом. Она так и сказала тогда Знахарю:
– Когда мы получим Надир-шаха, он – мой. У меня к нему свои женские счеты. Я ему, гниде, покажу, как девочкам пальцы отрубать.
Знахарь, увидев в ее глазах нехорошие огоньки, предпочел не возражать и ответил:
– Конечно-конечно! Как скажешь.
И, опасливо оглядываясь на Наташу, вернулся к столу, где Бурлак, энергично жестикулируя, рассказывал Алеше какую-то лихую байку. Алеша смеялся и недоверчиво отмахивался. Бурлак наседал, Алеша соглашался, в общем, вечеринка шла как надо.
– Ну что, подруга боевая, а не пора ли позвонить нашему дорогому Надир-шаху и сказать ему, что мы готовы? – поинтересовался Знахарь, налив себе бокал «Мерло».
– Если ты считаешь, что мы готовы, – звони, – ответила Наташа.
– Да, мы готовы, – твердо ответил Знахарь и, быстро взглянув исподлобья на Алешу, хмуро уставившегося в телевизор, взял со стола трубку.
Набрав нужный номер, он несколько секунд собирался с духом, затем глубоко вздохнул и нажал кнопку вызова.
Надир-шах отозвался сразу же.
– Слушаю тебя, Знахарь, – сказал он, откровенно копируя начало прошлого неприятного разговора.
– Мы готовы, – сказал Знахарь. – Когда вы сможете быть в Казани?
– А мы уже здесь, – засмеялся Надир-шах. – Что, ты удивлен?
– Нет, не удивлен, но не ожидал. Не поделишься секретом, как это вам удалось узнать, куда нужно ехать?
– Никакого секрета здесь нет, – хвастливо сказал Надир-шах, – мы уже давно нашли вставку в той книге, которая все это время была у нас. Но без второго Корана понятным в ней было только упоминание о Казани. И только последний ишак не понял бы, что клад где-то рядом с ней.
– Ясно, – ответил Знахарь. – Сейчас я подробно объясню тебе, где мы будем встречаться. Но прежде я хочу узнать, что с Аленой.
– Что с Аленой? – переспросил Надир-шах. – Она рядом со мной. Хочешь поговорить?
– Нет, – сказал Знахарь, – я тебе верю.
– Это хорошо, – согласился Надир-шах, – но только не забывай о том, что прошло четырнадцать дней, и мне все труднее удерживать моего верного слугу Рашида. Если я не смогу справиться с ним, он отрубит девчонке еще четырнадцать пальцев. Ну, а дальше – как и было сказано. Ты меня понимаешь?