Дамиан
Шрифт:
Интригует тот факт, что вокруг нет ни одной фотографии. Ни единой. Даже где изображались бы только родственники или она одна. В моём доме их тоже нет, но не потому что я не хочу, а потому что у меня из прошлого ничего не осталось, только воспоминания.
— Ты слушаешь много музыки, — отмечаю я, повышая голос, чтобы Бланка могла слышать меня из комнаты дальше по коридору.
— Да, — отвечает, пока возится с какими-то бутылочками.
Я пробегаю пальцами по коллекции дисков, а Бланка, приблизившись,
— Путешествие длинное, можно поставить вот этот, — говорит она, протягивая мне альбом Синатры.
Я смотрю на неё, Бланка мне улыбается, и я почти сожалею о том, что собираюсь ей сказать.
— У меня нет CD-плеера в машине, ты же помнишь, что мы в новом тысячелетии…
Она морщит нос, а затем пожимает плечами.
— Я бы на твоём месте не была таким хвастуном, если у тебя есть Camaro, это не значит, что ты Бог.
Она засовывает диск в сумочку, продолжая бормотать про себя, и берёт в руки спортивную сумку, которую упаковала.
— Не хотел тебя обидеть, я просто говорю… — она прерывает меня, жестом призывая замолчать, и на этом моя доброта иссякает.
— Сделай так ещё раз, и этот палец войдёт прямо в твою задницу.
От моего комментария Бланка выглядит шокированной и уже собирается ответить, но передумывает и закрывает рот, направляясь к двери.
— Мудак, — шипит себе под нос.
— Я слышал тебя.
— Пофиг, — кисло отвечает она, захлопывая дверь.
— Нам предстоит долгая дорога, я бы на твоём месте не умничал.
Она загружает в багажник спортивную сумку и садится на сиденье, захлопывая дверь.
«Ах так? Хорошо, я отучу тебя вести себя как гадюка».
Машина стартует с визгом шин, и я вижу с какой силой Бланка цепляется за сиденье, по мере увеличения скорости.
Сконцентрировавшись на дороге, я нажимаю кнопки на руле, пока не включается «Be Mine».
Поддерживаю ритм музыки пальцами и всё глубже вдавливаю педаль газа.
Я украдкой наблюдаю за тем, как Бланка продолжает сжимать руками край сиденья, и сдерживаю улыбку.
Она боится.
Когда поворачиваю налево, усиливается рёв двигателя, и оказавшись на прямом участке, я поворачиваюсь к ней.
— Тебе весело, Бланка?
Она смотрит мне в глаза, а затем переводит взгляд на дорогу.
— Если для тебя развлекаться означает рисковать жизнью, то скажу точно, — это не мой вид развлечений, — отвечает она, чувствуя себя неуютно.
— Мне очень весело.
— Дамиан, смотри, куда едешь.
Я продолжаю смотреть на неё, но краем глаза слежу за дорогой. Этот отрезок всегда свободен, но я не собираюсь говорить ей об этом.
Мне нравится видеть её испуг, это заставляет меня чувствовать себя сильным, хозяином её страха и радости.
— Дамиан, —
Я не слушаю её, продолжаю поддерживать обороты двигателя и мчусь по дороге как господин.
— Научись не отставать от меня, Бланка, и никогда не злоупотребляй моим терпением.
Она нежно гладит мою руку и опускает свою ладонь на мою, теперь уже на рычаге переключения передач, когда я начинаю менять передачи, чтобы замедлиться.
Бланка вздыхает, поглаживая мои пальцы большим пальцем.
— Почему ты так стараешься оттолкнуть меня? Неужели мысль о том, что я могу быть частью твоей жизни, кажется тебе такой ужасной? — спрашивает она, придвигаясь ещё ближе, пока не прижимается головой к моему плечу.
«Да, я считаю это ужасным, потому что знаю себя».
Бланка милая и верит всем тем клише, которые рисуют любовь как желанное чувство.
Я верю только в себя и мне нечего ей предложить.
— Проблема не в тебе, — отвечаю я, подыскивая подходящие слова.
— Ты просто трус, — сварливо огрызается она. Я резко торможу и съезжаю на обочину.
— Вылезай, — бросаю сердито.
Она смотрит на меня ошарашено и не двигается.
— Я сказал тебе выйти, Ahora (Немедленно).
Она хмурится и скрещивает руки на груди.
— Ни за что, ты не оставишь меня в глуши.
— Осторожнее, Бланка, сейчас я покажу тебе, как это возможно.
Я выхожу из машины и иду к пассажирской двери, но когда пытаюсь открыть, понимаю, что совершил огромную ошибку.
Девушка заперлась и теперь размахивает ключами перед лобовым стеклом, будто это трофей.
— Открой, — приказываю я, но Бланка, кажется, совсем не волнуется.
Она лукаво улыбается мне с лицом человека, который знает, — преимущество на его стороне.
«Как я мог так сглупить? Её никогда нельзя недооценивать».
Я упираюсь о крышу автомобиля и пристально смотрю на неё.
— Если ты быстро не откроешь, я разобью стекло и буду ещё злее.
Она прикусывает внутреннюю сторону щеки, не отводя взгляда.
— А если открою, что произойдёт?
— Не знаю, мне ещё не решил.
— Тогда я лучше останусь взаперти, пока ты не определишься.
«Дерьмо». Я оглядываюсь, дорога пустынна. Меня бесит, что придётся разбить стекло только ради того, чтобы услышать её крик.
Я беру достаточно большой камень и, удерживая на виду, подхожу с ним к окну. Хочу, чтобы она поняла, — я не шучу.
— Считаю до пяти, если не откроешь — грёбаные проблемы расхлёбывать будешь сама.