Дан
Шрифт:
— Хорошо. — Согласилась Донь.
— Я пойду, освобожу Сверса. — Встал я со скамьи. — Я ему объясню, что решил покинуть остров, и что вы остаетесь. Думаю, будет разумно, если вы будете присутствовать при моем с ним разговоре.
— Мы знакомы с ним. Дан, не переживай, у нас с ним проблем не будет. — Улыбнулась мне Зари.
Я сходил на край поляны и, вызвав Сверса, освободил его от клятвы раба, объяснив, что решил покинуть остров, а девушки остаются.
— «Ты был не плохим хозяином. При тебе я не чувствовал, что был рабом». — Посмотрев на меня, вдруг сказал Сверс.
— «Ты теперь свободен, Сверс. Присмотри
— «Дан, конечно, присмотрю». — Обещал мне Сверс.
Попрощавшись с духом, я вернулся в зимовье и собрал вещи в заплечный ранец. Весь золотой песок и самородки Зари положила в один мешочек. Золото из ларца Матвея, почти пять тысяч золотых, разделив на две части, я сложил на дно ранца. Подарив по хорошему перстню каждой из девушек на память, я сложил золотые вещицы в мешочек и тоже положил на дно ранца. Дальше последовали три книги, написанные на рунном языке и «Энциклопедия» в двух томах, доставшаяся мне от Матвея. Походное имущество, два плаща и сменная одежда, которую я сохранил с капсулы, завершили мой сбор заплечного ранца.
Из оружия я взял два меча из сундука Матвея в заплечных ножнах, последнее время я тренировался с двумя мечами и понял, что это мое. Сложнейшие каты с двумя мечами учились легко и быстро, словно я всю жизнь только ими и махал. Лук и два колчана стрел, положив их в боковые карманы ранца с левой стороны, таким образом, я мог выдергивать стрелы из-за левого плеча. Сорок стрел, в двух колчанах, на мой взгляд, был приличным запасом. На пояс я повешал свой нож, с которым вышел из капсулы и два кинжала из сундука Матвея, так как они были качественнее, чем те, которыми я пользовался повседневно. Лазерный пистолет с шестью зарядами и запасную обойму к нему, с десятью зарядами, я пристроил в правый боковой карман ранца. Его можно было быстро выхватить оттуда на ходу, в случае серьезной опасности, это был мой самый большой аргумент, с помощью которого можно было решить любые проблемы. На этом мои сборы были окончены.
— Может, ты все-таки передумаешь? — Спросила меня Зари, когда я закончил сборы.
Я отрицательно покачал головой.
— Без тебя будет скучно. Мы так привыкли к тебе. — Весь мой сбор происходил в полном молчании, девушки не одобряли мой отъезд.
— Может, выпьем вина? — Предложил я, что бы разрядить обстановку. — За мой отъезд.
— Давай. — Донь согласно кивнула…
Глава двадцать первая
Поселок преобразился. Вокруг него раскинулись шатры и палатки. Купцы прибыли на двенадцати больших баркасах, не менее сорока-пятидесяти тонн каждый. В поселок они заходить не стали, развернули свой лагерь около поселковского частокола, поставив свои корабли рядом. Со всей округи съехались желающие поторговать, поэтому вокруг поселка было развернуто еще несколько лагерей с соседних поселков и окрестностей.
Как объяснила мне Донь, в период торговли запрещались любые военные действия, поселок объявлялся мирной территорией. Гарантией этого служил сам караван, вернее его охрана из сотни раутов. Рауты имели четыре руки и славились как лучшие воины-наемники на континенте. Закованные в тяжелые доспехи, рауты, тем не менее, были очень подвижны и быстры.
Был известен случай, когда один из местных главарей повел себя не правильно с раутами. Не смотря на то, что у него в банде состояло больше пяти сотен человек, рауты его зарезали, как барана, вместе с охраной. Бандиты не рискнули с ними связываться, увидев, как трое раутов убили двадцать человек охраны главаря и его самого. По свидетельствам очевидцев, за тридцать секунд от двадцати человек остались одни кровавые ошметки, ни кто просто не успел понять, настолько быстра и кровава была расправа.
Нас как обычно встретил Кун и Адди. Донь в этот раз отторговалась мясом очень быстро, получив за него чуть больше сотни золотых, мясо поднялось в цене почти в два раза. Трактирщик довольно потирал руки:
— Сейчас это мясо очень нужно, у меня все просто разлетается. Прибыло много народа, все хотят кушать.
— Кун. — Обратился я к трактирщику. — Мы продадим купцам наш товар, дальше будешь вести дела не со мной, а с девушками, Донь и Зари. Я хочу уехать с караваном. С кем посоветуешь переговорить по этому поводу?
— С Даситом. Он в караване старший. Его шатер у частокола, ты его узнаешь по нарисованной на нем голове «жирана». Переговори с ним. Кстати, он основной покупатель мехов и шкур. — Кун показал в направлении лагеря купцов. — Вон он, видишь мужчину в сиреневой шапке, это он.
— Спасибо Кун. — Я с Донь отправились к указанному нам человеку, бурно ругающемуся с работниками.
Зари осталась охранять ладью.
— Приветствую тебя славный купец Дасит. — Начал я, когда мы подошли к невысокому толстячку.
— Эко как завернул! — Купец заулыбался. — Ты кто такой, раньше я тебя не видел?
— Дан, охотник. Я по делу.
— Понятно. Шкуры, рога, клыки? — Купец сразу перечислил наш товар.
— Да, что еще может быть у простого охотника? Посмотришь? — Хватка купца мне нравилась. Донь протянула ему список нашей охотничьей добычи.
Дасит быстро его просмотрел.
— Неплохо! Я все возьму. Вот только качество надо глянуть. — Купец заинтересованно смотрел на нас с Донь. — Это ваша ладья недавно подошла? — Увидев мой кивок головой, распорядился. — Тогда подгоняйте к самому крайнему баркасу, я посмотрю.
— Будем минут через пять.
Когда ладья пристала к большому баркасу, нас уже ждали. В ладью спустился купец и придирчиво осмотрел наш товар.
— Понятно. Цены мои знаете? — Спросил купец.
— Знаем уважаемый, но у нас товар не средний, качество отменное. — Донь начала торг. — Такие шкуры не могут быть проданы так дешево! В этом году в поселке мало охотников и вы явно купите меньше, чем ожидаете! Мы не спешим с продажей, под конец ярмарки все подскочит в цене! Любой купец нам предложит больше.
Купец засмеялся.
— Я не думаю, что вы продадите дороже. В караване только я и Сивер в этом году будет брать меха и шкуры. Так что под конец ярмарки обычного повышения цен не будет.
Купец с Донь подсчитали ориентировочную цену за весь товар. Купец хотел заплатить за все шестьсот монет, Донь хотела тысячу двести.
— Уважаемый, но вы посмотрите на выделку шкур. Вам что не видно, что они выделаны сиварским методом. В поселке так выделывают шкуры только два семейства, кроме нас. — Не уступала девушка.