Данфейт
Шрифт:
– Думала, что я запрыгаю от счастья, когда пойму, какую честь мне оказали, Айри? Я тебя не звала, так что...
– Не так быстро, Данфейт. Перед тем, как ты попадешь в мир, где тебя ничего хорошего не ждет, я хочу узнать, насколько далеко продвинулось твое обучение.
– Разве твоих способностей не достаточно для того, чтобы понять это с первого взгляда?
– Я не настолько развита как Орайя или Кимао, - покачала головой девушка.
– Я знаю тебя, как облупленную, так что не пой мне песни про свою заботу и желание помочь.
– О-о-о, вот теперь ты начинаешь показывать свое истинное лицо! Уже прогресс.
– Уходи, Айрин.
– Учитель просил тебе передать, что продлевает срок медитации на полтора часа. Это все, что я хотела тебе сказать. Так что, спокойной ночи, сестренка, - нежным голоском пролепетала Айрин и засмеялась.
Вот она - настоящая Айри. Всеобщая любимица с гадким нутром. Такой ее знала Данфейт. Только Данфейт, и никто больше.
Глава5
Кимао не мог уснуть. Тело начало гореть огнем еще несколько часов назад. Образы в голове слепили его разум, и эта борьба изматывала. Кимао метнул подушку в стену и зарычал. Будь ты проклят, Ри Сиа! Будь ты проклят!
Кимао сел в кровати и потер раскрасневшиеся глаза. Его спасет физическая нагрузка. Только так можно бороться с этим поганым наваждением. Дерева натянул на себя льняные штаны и вышел из комнаты. Три утра. Осталось продержаться часа два, не больше. Кимао спустился вниз и направился в тренировочную.
Данфейт проснулась, когда в очередной раз ударилась головой о потолок. Будь он неладен, этот фрирайн! Взглянув на часы, она поняла, что время медитации давно истекло. Она спрыгнула на пол и сняла с себя ненавистное устройство. Потирая глаза, она задумалась над тем, что именно ей снилось. Дани не смогла вспомнить содержание сна, но определенно после него все тело будто жгло огнем. И это желание, что пульсировало в ее животе... Противно даже. Она попыталась представить себе лицо Сайми, но не смогла. Черные глаза впились в сознание и поглотили все воспоминания. Мысли об этом человеке повергли ее в шок. Данфейт замерла посреди тренировочной комнаты. Определенно, с ней что-то было не так...
Дверь в зал распахнулась и на пороге возник Кимао. Удивление исказило его лицо, и он заметно напрягся.
– Я уже ухожу, - ответила Данфейт и направилась к двери.
– Что ты делаешь здесь в три утра?
– спросил дерева.
– Отбываю наказание.
– Сколько часов ты провела здесь?
Кимао в этот момент прищурился, и Данфейт поняла, что он не просто так спрашивает ее об этом.
– Шесть...
– прошептала Дани, останавливаясь рядом с ним.
– Почему шесть?
– Учитель поднял ставку на полтора часа, - тихо ответила Данфейт.
– Тебе об этом сестра сообщила?
– Да.
Кимао припал плечом к дверному косяку. Дани невольно опустила глаза и уставилась на развитые мышцы его груди.
– Нравится?
– вызывающе произнес дерева.
– Я полагала, что ты несколько другой.
Данфейт не успела среагировать. Вот она спокойно стояла рядом, а через долю секунды он прижимает ее к стене. Кимао склонил к ней голову, продолжая удерживать ее лицо своей рукой, и заглянул в широко распахнутые карие глаза.
– Похоть - это плохое чувство, девочка. Только грязь и зависимость таятся в нем.
Ноги Дани ослабели. О, Юга, как же хорошо она поняла его слова!
– Отпусти, немедленно, - прошипела Данфейт и схватила его рукой за волосы.
Дерева дернул головой и прижался носом к ее шее, вдыхая аромат ее кожи. В этот момент Данфейт ничуть не пожалела о том, что до сих пор не приняла душ.
– Нравится?
– тем же вызывающим тоном, что и он, произнесла Данфейт, посильнее сжав копну его волос в своей ладони.
– Беги, дура. Беги...
– прорычал дерева и рванулся от нее в сторону.
Он буквально выбежал из тренировочной, ускоряя свой шаг и пытаясь побыстрее вернуться в свою комнату.
Данфейт отклеилась от стены и побрела следом за ним. Приняв душ, она натянула на себя свою старую льняную рубаху и улеглась в постель. Живот сводило судорогой, а кожа на шее, где он прикоснулся к ней своим носом, до сих пор горела. Что же он сделал с ней, этот Амирский говнюк? Что?
Данфейт проснулась в семь утра. Подорвавшись с кровати, она тут же бросилась к умывальнику. Ее рвало. Так мерзко она давно себя не чувствовала. Странно, что ее не разбудили в пять утра. Проведя в согнутом положении около получаса, она поняла, что сегодня действительно не сможет покинуть свою комнату. Она упала на кровать и зарылась головой в подушки. Слабость. Она ненавидела это чувство, что настигало ее тело во время болезни или переутомления.
Дани вдохнула незнакомый аромат на наволочке и оцепенела. Поднявшись на колени, она поднесла подушку к носу и снова вдохнула. Девушка сползла с кровати и скинула одеяло на пол. Простынь измята, хотя чистое белье Ирия постелила только вчера... Данфейт зажмурилась и попыталась вспомнить хоть что-нибудь. Ничего. Пусто. Может, ей все это только кажется? Дани приподняла подол рубахи и прикоснулась пальцами к лону. Нет, истощение явно идет ей не на пользу. Дани собрала с пола подушки и снова легла. Наверное, Ирия сменила ополаскиватель. Приятный аромат. Дани вжалась носом в перину и закрыла глаза.
– Данфейт, имей совесть! Скоро ужинать!
Дани поднялась с кровати и осмотрелась. Ирия стояла в дверях и улыбалась.
– Который час?
– Семь вечера.
– О, Юга!
– Да. Ри просил тебя не беспокоить, но я настояла на том, что тебе стоит поесть. Завтра ты улетаешь.
– Так скоро?
– Да, - кивнула головой Ирия.
– Ладно, сейчас переоденусь.
– Я принесла тебе платье.
– Платье?
– расхохоталась Данфейт.
– Ну-ну...