Дар Змеи
Шрифт:
Annotation
Книги Лине Кобербёль, известной датской писательницы, издаются в двенадцати странах. Киноконцерн «Уолт Дисней» недавно назвал Лине Кобербёль детским автором года.
Эта книга продолжает рассказ о приключениях Пробуждающей Совесть и ее детей в сказочной стране. Вы уже знакомы с ними по книге «Дина. Чудесный дар». И вот Мелуссине и ее семье снова грозит беда.
На страницах сказочной повести появляется новый герой — Сецуан. С удивлением и ужасом Дина узнает, что он ее отец и что он пришел за ней. Дело в том, что кроме материнского дара ясновидения у Дины может оказаться и жуткая отцовская способность овладевать душами людей, а ему того
А тут и новая беда — князь Дракан, давний враг Мелуссины, начинает войну. И снова дети Пробуждающей Совесть в центре событий.
Лине Кобербёль
Рассказывает Дина
Чужак
Герои и монстры
Пес подает голос
Туман
Страшила
Чернокнижник
Отъезд
Рассказывает Давин
Совята в ночи
Скайарк
Монстр Сажи
Мыши становятся бездомными
Бобы и буквы
Косые взгляды
Медянка
Факелы во мраке
Рассказывает Давин
Благотворительный Приют
Заросли тростника
Те, кто в черном
Доносчик
Судилище
Рассказывает Дина
Шесть лет
Обед на постоялом дворе «Золотой Лебедь»
Заключить сделку с дьяволом…
Звуки флейты
Сны
Тот, кто украл ослика
Рассказывает Давин
Морской Змей
Гладкий Хребет
Ключ к Вратам Мудрости
За княжьим столом
Зал Шептунов
Золотой кубок
Рассказывает Дина
Местер и Тень
Смерть человека
Ни один-единственный на свете…
Звуки в ночи
Наследие флейтиста
Дом Можжевеловый Ягодник
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
Лине Кобербёль
Дина
Дар змеи
Рассказывает Дина
I. Высокогорье
Чужак
Когда я впервые увидела этого чужака, я думать не думала, что встреча с ним изменит всю нашу жизнь. И земля не вздрогнула у меня под ногами. Я даже не почувствовала дуновения леденящего ветра или хоть бы самую малость — пусть бы мурашки пробежали по спине! Вовсе нет! Просто укол легкого беспокойства, который тут же и забылся. Я даже ни слова не сказала матушке. Может, надо было сказать? Не знаю! Не думаю, будто это что-либо изменило бы. С той минуты, когда он увидел меня, думай не думай — было уже слишком поздно.
Вообще-то я страшно радовалась тому дню. В Высокогорье открывалась ярмарка по случаю Иванова дня, и кланы Высокогорья явились
То была моя первая ярмарка на Иванов день в Высокогорье. Прошлым летом ярмарки по-настоящему не было — немирье постигло кланы: Кенси-клан, где жили мы, вступил в войну со Скайа-кланом. И только в последний миг нам удалось остановить кровавую битву в Скарадоле, не то кланы перебили бы друг друга [1]. А виноват во всем был Дракан — тот самый Дракан, что сидел в Низовье, в городе-крепости Дунарк, и величал себя Драконьим князем после того, как убил старого князя, владетеля замка [2]. Ну и хитер же был этот Дракан! Вместо того чтобы самому воевать с кланами, он обманом заставил их сражаться друг с другом. А когда Дракан убил князя Эбнецера, жену его покойного старшего сына и княжьего малолетнего внука, он обвинил в этих убийствах законного младшего сына князя — Никодемуса, вот и выходит, что лишь благодаря моей матери Нико, как звали его друзья, не был обезглавлен. А может, немножко и благодаря мне… С того дня Дракан стал нашим заклятым врагом. А про такого врага не забудешь!
Однако нынче об этом думать мне не хотелось. Или, лучше сказать, я думала об этом не больше, чем заставляла крайняя необходимость. Ведь нам по-прежнему нельзя было никуда пойти, если нас не сопровождал Каллан Кенси, рослый, спокойный, надежный Каллан, что вот уже два года был в телохранителях у матушки.
— Ну и толчея! — сказала мама и крепко натянула поводья, потому как Кречет, тянувший повозку, не привык к такому шуму. — Куда же править?
Я глянула поверх толпы. Сперва мне показалось, будто на ярмарке, как в муравейнике, ничего не разглядеть, хотя там и вправду были улицы, и площади, и базары, словно в настоящем городе, хотя вместо домов все было застроено лавками, заставлено повозками, фургонами и палатками.
— Может, там? — спросила я, указав на самый дальний конец ряда. — Там, пожалуй, найдется место и нам.
— Попытаемся, — согласилась матушка и подхлестнула Кречета.
Наш вороной опасливо двинулся на цепенеющих ногах вдоль одной из ярмарочных улиц.
— Медная посуда! — кричала одна из торговок. — Медная посуда! Краше некуда!
— Три скиллинга! — бурчал, уснащая свою речь непонятными словами, какой-то толстяк из Скайа-клана. — Не больно ли дорого за пару-то чулок?
— Колбасы из кабаньего мяса! Конченые ляжки косули! Подходи пробуй на вкус!
Кречет строптиво повел ушами, и, похоже, ноги у него совсем оцепенели. Ну а телега вообще едва двинулась с места.
— Тебе не заставить его идти быстрее? — спросила я маму. — Кончится тем, что кто-нибудь займет это место прежде, чем мы поспеем туда!
— Ему не по нраву этот шурум-бурум! — ответила мама. — Дина, веди-ка ты Кречета.
Соскочив с облучка, я схватила вороного под уздцы. Кречет пошел чуточку быстрее. И как раз когда мы подходили к облюбованному месту, с другой стороны подъехала повозка и завернула туда, куда думали встать мы.