Дар
Шрифт:
– Вы были совершенно правы, мистер Джимбо, – промолвила она хриплым шепотом, столкнувшись с матросом на пути к ступенькам. – Натан – безумец.
Моряк не успел ей ничего ответить. Леди Сары уже не было.
Сара шла спокойным шагом, пока не приблизилась к помещению офицерской кают-компании. Потом она подобрала свои юбки и помчалась как молния. Ни на минуту не задерживаясь у двери в свою каюту, она сразу устремилась в дальний конец коридора, где располагались апартаменты тетушки Норы.
Несмотря на свою
– Леди Сара, я надеюсь, вы не будете беспокоить дорогую нашу Нору сейчас, – услышала она чей-то голос.
Приближения человека Сара не слышала. Она издала испуганный возглас и обернулась.
– Вы напугали меня, – начала она. – Вы так больше н" к кому не подкрадывайтесь, сэр. Как вас зовут?
– Мэтью.
– Очень приятно с вами познакомиться, – сказала Сара. – Что касается моей тетушки, я просто хотела взглянуть на нее.
– Я присматриваю за вашей теткой, – произнес Мэтью. – Сегодня она еще не в состоянии принимать посетителей. Она еще слишком слаба.
Сара сразу почувствовала себя виноватой. Она хотела излить ей свое сердце и просить помощи в деле с Натаном. Но ее собственные проблемы были такими пустяковыми.
– Нора не слишком больна? – спросила она с неподдельной тревогой. – Я видела на ней синяки, но я думала…
– Она быстро поправится, – сказал Мэтью. Ему понравилось искреннее участие со стороны Сары. – Нора очень нуждается в полноценном отдыхе. Ей не следует много двигаться, у нее сломаны ребра…
– О Боже, я и не подозревала.
– Ну-ну, не нужно плакать, – взмолился Мэтью. Но глаза Сары уже наполнились слезами. Он не представлял, что будет делать, если она разрыдается. От мысли, что ему придется успокаивать жену капитана, у него засосало под ложечкой. – Все не так уж скверно, – говорил он, для большей убедительности покачивая головой. – Я крепко перевязал ей грудь. Единственное, в чем она сейчас нуждается, это отдых. И не надо се ничем волновать, – добавил он, немного помолчав, и посмотрел на Сару.
Сара тотчас поняла, что, по всей видимости, он догадывался, зачем она пришла. С выражением искреннего раскаяния на лице, она проговорила:
– Я собиралась посвятить ее в одно деликатное дело. Но теперь я ее, конечно, не стану тревожить. Я ничем не хочу ее обеспокоить. Когда она проснется, не будете ли вы так любезны передать ей, что я зайду, как только она пожелает?
Мэтью кивнул. Сара схватила его руку. Такое проявление чувств тронуло его.
– Большое вам спасибо за Нору. У нее такое доброе сердце. Ей пришлось много страдать, и все из-за меня.
Боже, она опять была готова разрыдаться.
– Ну-ну, вы не причинили никакого горя своей тетушке, – произнес Мэтью. – Это ведь не вы сломали ей ребра. Мне говорили, что за всем
– За этим вероломным деянием стоит дядя Генри, – уточнила она. – Но и на мне лежит часть ответственности за происшедшее. Если бы я не настояла на том, чтобы Нора вернулась со мной в Англию…
Она не стала больше ничего объяснять, просто еще раз энергично пожала ему руку.
Мэтью удивленно улыбнулся, когда она сделала ему реверанс и еще раз выразила благодарность и признательность за его помощь.
Наблюдая, как она удаляется в сторону своей каюты, Мэтью озадаченно почесал бровь. Он еще поворчал немного над нелепостью ситуации, чувствуя себя не в своей тарелке из-за того, что Сара ушла, готовая расплакаться. И все же, шагая прочь, он улыбался.
Мысли о Норе не оставляли Сару, пока она не открыла дверь своей комнаты. Но как только она увидела большую кровать, последний разговор с Натаном всплыл в ее памяти.
Больше она не могла терять ни минуты. Она захлопнула дверь и закрыла ее на задвижку, потом подтащила туда свой дорожный сундук, изо всех сил налегая на него спиной.
Она подлетела к столу, надеясь с его помощью укрепить свою баррикаду, взгромоздив его поверх сундука.
Но сколько бы усилий она ни прилагала, она не смогла даже на дюйм сдвинуть стол. Наконец ей удалось выяснить причину: стол не двигался, потому что его ножки были привинчены к полу.
– Но зачем кому-то понадобилось это делать? – бормотала она про себя.
Она хотела подвинуть бюро, но оно тоже оказалось прибитым к полу. К счастью, стулья передвигать было можно. Но они тоже оказались довольно тяжелыми. Она подтащила один к сундуку и потратила несколько дорогих минут на борьбу с ним, увенчавшуюся водружением этого неуклюжего предмета обстановки на желаемое место.
Она отступила назад, чтобы полюбоваться на свою работу. В пояснице внезапно почувствовалась острая боль, и, чтобы избавиться от нее, Сара потерла больное место руками. Она прекрасно понимала, что ее баррикада – всего лишь временная мера. Тем не менее, она гордилась проявленной мудростью. Но это чувство тут же прошло, когда она осознала, что ведет себя как ребенок.
Да, безусловно, ее поведение было детским, но что тогда можно сказать о поведении Натана, утешала себя Сара. Если он не собирается вести себя разумно, то почему она должна? Возможно, с наступлением ночи к ее Викингу вернется разум и он осознает, что в ее просьбе имеется здравый смысл. А если этот упрямец будет стоять на своем, она полна решимости оставаться внутри, пока он не сдастся. И если ей придется умирать с голода, она все равно не отступит.
– Раньше мне нравилось больше.
Сара вскочила на ноги и, быстро оглянувшись, обнаружила Натана. Удобно расположившись на углу бюро, он улыбнулся ей.