Дар
Шрифт:
Слова Алии еще бредовее, чем в начале нашей беседы. Ничего не понимая, принимаюсь разворачивать бумажку. Сама же девушка даже не пытается унять слезы, то и дело, растирая их ладошками по щекам. Отмечаю про себя, что ей это не идет - фарфоровые куклы, как я полагала, менее эмоциональны.
Несколько движений пальцев и-и-и… Пришла моя очередь не верить собственным глазам.
Сердце упало в пятки. Фантомные крылья яростно затрепетали. Дыхание остановилось.
Заголовок, в самом верху глянцевой страницы гласит:
«ЧУДЕСА
Дальше серия моих снимков «до», «за несколько минут», «после». До - три фотографии меня, сделанные доктором Шульцем в его кабинете, те самые, которые он так любезно демонстрировал мне, пытаясь уговорить отказаться от операции. За несколько минут - я лежу на операционном столе, уже под наркозом, таких фотографий тоже три, при этом кто-то вместо меня управляет все еще МОИМИ крыльями, будто тряпками какими, то расправляя их, то складывая, то просто поднимая вверх. После - мое тело по-прежнему обездвижено, но вместо двух красивых, хоть и посторонних конечностей, два ужасных воспаленных шрама. Подобное фото одно, второе - снятые отдельно от меня МОИ ампутированные конечности. ОНИ на несколько тонов темнее и больше не переливаются, в них больше нет никакого величия - ОНИ мертвы.
Слишком резко меня прибивает неподъемный груз предательства и непонимания.
Из контекста в целую страницу сенсационной статьи, мозг вырывает только самые звонкие цитаты:
«Звезда спорта обратилась в клинику пластической хирургии вовсе не за четвертым размером груди…»
«Месяц назад Сара Лиса покинула спорт по непонятным причинам, о которых нам стало известно только сейчас и мы вынуждены изменить предыдущую трактовку на «по невероятным причинам»…»
«Девушка-мутант, возможно ли подобное?»
«Посланница Дьявола или Бога? Кто лежит на этом операционном столе и есть ли подобному феномену логическое объяснение?»
«Готово ли наше общество к подобным сюрпризам и сколько еще крылатых людей проживает на планете Земля?»
«Возможно то, что произошло с Сарой Лисой первое неоспоримое доказательство того, что пришельцы существуют и ее крылья это всего лишь импланты?»…
Тело дрожит и опускается на пол. Воздуха катастрофически не достает, я начинаю дышать слишком часто, но это не спасает. Листок свободно выпадает из разжатой руки. Ничего подобного мне в своей жизни испытывать еще не приходилось. Я даже не подозревала, на сколько люди могут быть жестоки и беспощадны, а выражение «словом можно и убить» обрело для меня новый смысл.
– За что?
– шепчу опустошенно на столько, что черные дыры с их мощью по сравнению с моим голосом детские сказки.
– За что со мной так?
– Сара… я говорила ему, что так нельзя, я просила… - я
– Мир как будто сошел с ума. Только на выходе из нашей клиники дежурит не меньше двадцати человек из различных издательств и телеканалов. Не говорю уже о том, что за нашими пределами, стоят десятки автомобилей, в которых затаилось еще большее количество желающих взять интервью у звезды спорта.
– Сомневаюсь, что они хотят получить интервью у той, кем я была раньше. Скорее, им интересно пообщаться с жертвой генетического сбоя, а еще лучше, чтоб я оказалась посланнице Господа. Представляю, как вырастут их тиражи! Интересно, в какую сумму оценил подобную сенсацию мой доктор?
Резко оборачиваюсь к Алие, чуть ли не зацепив ее нос собственным. Она больше не прячет взгляд.
– Не… не… не знаю… - она заикается так, будто страдает этим дефектом с рождения.
– А мне очень даже хочется знать - сколько стоит его слово?
Глава 27
Быстро поднимаюсь с пола. Не забываю прихватить с собой и сенсационную страницу. Уверенно и смело покидаю палату. Физическая боль отступила, я больше не несчастная муха, скорее, разъяренная орлица, которой отрезали крылья, но это никому не дает права приравнивать ее к безмозглым мухам.
– Доктор занят! Он не может вас принять!
– отчаянно кричал клон Алии исполняющий обязанности личного секретаря моего доктора, когда я молнией пронеслась мимо нее и целенаправленно приближалась к нужному кабинету.
– Не беспокойтесь, я не отниму у вашего доктора много времени, - бросаю я не глядя и толкаю дверь.
– День добрый, доктор. Как ваше ничего?
Иронично улыбаюсь и громко ударяю ладонью с зажатым в ней листом о его стол. Опираюсь обеими руками о кусок дерева. Перегибаюсь практически через всю белую поверхность, свисая над сидящим в кресле оторопевшим мужчиной.
Доктор моментально заканчивает телефонный разговор. Отодвигает в сторону свой гаджет и тут же принимает оборонительную позу.
– Добрый, Сара. Рад вас видеть. Если вы в самом деле интересуетесь моим как вы выразились «ничего» - у меня все в порядке. А как ваши дела?
Доктор улыбается, но мне его улыбка больше не кажется милой, скорее скользкой, а голос из сладкого шоколада превратился в самый горький, какой только возможно и в нем много-много чили.
Подвигаю вырванную из журнала страницу к нему поближе, удерживая ее одним только указательным пальцем.
– Хотите верьте, хотите нет, но я знала, что моей тайне не суждено умереть вместе со мной, но наивно полагала, что у меня есть сорок дней. Я просила у вас несчастных сорок дней! Неужели так тяжело оставаться порядочным человеком хотя бы на протяжении сорока долбаных дней?!