Дарители
Шрифт:
— Мне все время кажется, что я мог бы что-то изменить, если бы еще тогда сообразил вытрясти из нее, что происходит, — пробормотал Слава. — Она вела себя так странно… Если б я знал раньше, то, возможно, смог бы их остановить.
— Вряд ли, — заметил Схимник, глядя на фотографию. — Да и без толку заниматься таким мазохизмом, Слава. О живых надо думать. А у тебя они есть.
Несколько минут они молчали. В городе мертвых равнодушно свистел холодный ветер, и надсадный, хриплый крик чаек над ним казался безжизненным.
— Думаешь, мне и сейчас уже ничего не исправить? — спросил, наконец,
— Я не знаю, откуда?.. Но почему-то мне кажется, что все идет к завершению. Скоро случится что-то…
— Что?!
— Что-то очень нехорошее. Видишь ли, в Зеленодольске я увидел в ней собственное отражение… только намного, намного хуже. Она уже далеко продвинулась и многому научилась. Теперь она будет учиться убивать — так мне кажется. Я тебе только одно могу сказать твердо, — Схимник сощурился, глядя на заходящее солнце, — когда это что-то произойдет, я бы хотел быть как можно дальше. После всего, что я узнал и увидел… да, я бы хотел быть как можно дальше.
— Лучше бы мы никогда н-не трогали Дорогу, — глухо сказал Слава. — Мы думали, что делаем что-то чертовски замечательное и нужное, но, оказывается, мы только сделали хуже.
— Это была дурацкая безвыборная альтернатива, Слава. И так, и так хреново, — Схимник посмотрел на часы. — Пошли отсюда. У нас у обоих мало времени.
Позже, когда «импреза» уже катила по улицам, он спросил:
— Где тебя высадить?
— Да я и сам не знаю, — ответил Слава, глядя в окно. — Давай в центре, у пристани.
Схимник молча кивнул, и вскоре машина, скользнув на кольцевую, свернула к стоянке и затихла.
— Охота пива, — буднично сказал Слава и открыл дверцу. — Успеем?
— Запросто, — Схимник вытащил ключи из замка зажигания и вылез из машины. — Сходи, а я пока спущусь к морю. Давно не был здесь в это время года. Славный город.
— Киевская дачка, — буркнул Слава с кривой усмешкой и ушел. Схимник хмыкнул и, закурив, направился к широкой лестнице. Спустившись, он остановился на краю деревянного настила и докурил сигарету, глядя, как стекает в море густо-розовый закат и гаснут пылающие края облаков. Через бухту лениво полз паром, распуская волны в темной маслянистой воде, чуть дальше деловито тарахтел катер. Из кафе возле лестницы тянуло шашлычным дымом, а со стороны морского вокзала долетали гудки и рабочая ругань. На краю дощатого настила сидел мальчишка лет четырех, наклонившись над водой.
— Нету рыбок, совсем нету, — обиженно сказал он, и стоявшая рядом мать засмеялась.
— Леш, откуда рыбки в этой помойке?! Здесь же мазут один. Рыбки дома, в аквариуме. Не перегибайся так.
Схимник отвернулся и начал подниматься по лестнице, но, уже дойдя до верхней ступеньки, обернулся и, глядя на море, сделал еще один шаг, и тотчас кто-то с размаху налетел на него сзади и громко чертыхнулся. Схимник резко обернулся, и, увидев его лицо, врезавшийся в Схимника человек уронил газету и застыл с полуоткрытым ртом. Текли минуты, люди поднимались и спускались, и некоторые с любопытством поглядывали на странную пару, вцепившуюся друг в друга ошарашенно-изумленными взглядами. Схимник молчал. Человек напротив несколько раз шевельнул губами, попытавшись что-то сказать,
— Когда же ты научишься смотреть, куда идешь? — наконец медленно произнес Схимник. — Уже третий раз ты чуть не сшибаешь меня с ног.
— Разве? — в смятении пробормотала Вита и неуверенно переступила с ноги на ногу. Одетая в джинсы и бледно-зеленую ажурную кофту, выглядевшая простенько по-летнему и уже успевшая загореть, она глядела на Схимника исподлобья и, казалось бы, должна была тут же пуститься наутек, пока есть возможность, но почему-то этого не делала. Ее лоб косо рассекала едва заметная царапина, еще одна, подлиннее, но тоже уже почти зажившая, была на левой скуле. — Я… А ты… М-да.
— Твой словарный запас просто поражает, — ехидно заметил он, достал новую сигарету, потом криво улыбнулся. — Да-а, девочка… Как ты меня, а!..
— Ты жив?! — ошеломленно отметила она, пропустив комплимент мимо ушей, подняла руку и потерла висок. При этом на ее лице появилась странная гримаса — то ли удовлетворения, то ли отвращения, то ли и то и другое вместе. — Так значит… ты жив.
— Ну да. А с чего бы мне быть мертвым? — недоуменно осведомился он.
— Я видела, как тебя увозили, — глухо сказала Вита. — Я видела, как этот… в очках тебе что-то вколол… Я думала, тебя убили.
Пальцы Схимника сжались и сломали сигарету, и он раздраженно отшвырнул ее в сторону, потом спокойно спросил:
— Что еще ты видела?
— Ничего, — Вита нервно дернула плечом, кофта сползла с него, и на золотистой коже, возле лямки лифчика, Схимник увидел четыре небольших полукруглых лунки — уже подживающие следы чьих-то острых, глубоко вонзившихся ногтей. Заметив его удивленный взгляд, Вита слегка покраснела и поправила кофту. — Я отбежала подальше от машины, спряталась за деревьями, думала переждать… а потом увидела, как ты идешь по дороге… и вдруг повернул и начал спускаться, сел на траву — точно напротив того места, где я пряталась. Иногда мне казалось, что ты смотришь точно мне в глаза, слышишь, как я дышу… Я так и не поняла тогдa, заметил ты меня или нет. Зачем ты ждал их, после того, что сделал… почему не ушел, когда мог?
Схимник повернул голову и рассеянно посмотрел на сонного мраморного льва далеко внизу, возле которого фотографировалась какая-то компания.
— Так было надо, — холодно сказал он, достал из кармана пиджака очки с прозрачными стеклами и шагнул в сторону, освобождая дорогу. — Ладно, все это, конечно, очень интересно и трогательно, но мне пора. Покривлю душой, если скажу, что не рад столь внезапному воскрешению. Сожалею, что разочаровал тебя собственным. Ты, кажется, вниз шла?
— Чего-чего? — ошеломленно произнесла Вита и быстро огляделась — много ли вокруг людей, потом добавила — уже скептически: — Хочешь сказать, что ты вот так вот запросто меня отпускаешь?!
— Я не могу отпустить того, кого не держу, — сказал Схимник и надел очки, настолько сразу же преобразившие его лицо, что Вита не удержалась от невольной улыбки.
— Ты похож на фээсбэшника-аналитика, — она спохватилась и убрала улыбку. — Если ты думаешь, что тебе и в этот раз удастся отследить меня до Чистовой, то должна…