Дашка
Шрифт:
– Ой, ладно, побегу дальше работать, пока не попала под горячую руку. Созвонимся позже.
Попрощалась и сбросила вызов. После разговора с ней меня не покидало дурное ощущение, словно я попала в клетку, и вот-вот в ней запрут решетку. Сбежать именно сейчас было бы логично, вот только в этот раз Череп поступил умнее – забрал с собой все ключи, а у него замок без них не открыть! Утром мне повезло больше…
Просидела в ожидании еще некоторое время, после чего устала и ушла в комнату, где ночевала. Улеглась на удобный диван, который вчера
Резко проснулась от громких голосов. Прислушавшись, поняла, что Череп и еще какой-то мужчина, даже, вроде, два, сидят на кухне. Блин! Который час? В комнате еще было достаточно светло, значит, не так уж и много я проспала.
Что делать? Подслушивать некрасиво, учитывая, что обо мне речи не идет. Череп рассказывал про мотоцикл, как не может найти на него деталь и бла-бла. Ну, конечно, кто же в своем уме станет разговаривать про девушку, когда она спит в соседней комнате? Он словно почувствовал, вошел в спальню и хмыкнул.
– Ну что, спящая красавица, проснулась? – кивнула, несмело улыбнулась ему.
Череп снял с лица бандану и повесил ее на шею, будто ему уже нечего было скрывать или же не перед кем, не важно. Тяжело сглотнула, разглядев в очередной раз увечье, но не скривилась. Конечно же, оно портило всю картину, но заявлять теперь, что он урод, как-то чересчур. Мужчина, судя по непострадавшей части лица, оказался очень даже ничего, но больше всего притягивали его искренние глаза. Добрые и честные, наверное, именно они и подкупали больше всего, я терялась, даже забывала дышать!
– Идем, поговорим.
Он вывел меня из «транса» и ушел, пришлось плестись следом. Вошла на кухню, и первое, что бросилось в глаза – они если кашу! Оу-у… Не знаю, почему, мгновенно ощутила, как запылали щеки, стало неловко под пристальным взглядом двух пар глаз. Череп встал сбоку, облокотился спиной о столешницу и скрестил руки на груди. Двое других мужчин с любопытством уставились на меня, раздражая еще больше. Неуютно стало, пришлось опустить глаза и нервно тереть пальцы на руке.
– Да ты присаживайся, в ногах правды нет, – заговорил один из них, и я, как покорная овечка, уселась сбоку на предложенный стул.
Пока что мое внимание привлек говоривший – лысый мужчина, примерно одного возраста с Черепом, он вроде и улыбался мне, но как-то… не располагал к себе. Мимолетом заметила, что и второй мужчина так же лысый. Эм-м… А уж когда обернулась к нему, ойкнула. Да они же близнецы! Даже одеты одинаково: белая безрукавка и в тон шорты. Разница между ними все же прослеживалась. Тот, что слева от меня, пытался хоть как-то улыбаться, а другой сидел с хмурой миной на лице и наверняка думал, какого он тут делает.
– Итак, знакомитесь, это Дашка. Ее замечательный, любящий братец задолжал Строителю бабла.
Я уловила сарказм про любящего и замечательного брата, закатила глаза. Прекрасное начало знакомства, ничего не скажешь. Только вот одного никак не могла
– Так вот ты какая, утренняя беглянка, – рассмеялся тот, что слева, а я уж думала, угрюмость с его лица ничем не стереть!
– Хмурый, давай без подколов, – попросил Череп.
– Так понимаю, – заговорил второй близнец, и я обернулась к нему, – брат оказался настолько любящим, что заботливо повесил должок на тебя?
– Ну, да… – неуверенно начала я, а потом вспомнила наш разговор с утра: – Видимо, Юрка «поймал белочку», так как утверждал сегодня, будто у меня припрятана стопка денег, которую я и должна отдать. Но у меня их нет! И быть не может… – обида отчетливо прозвучала в голосе, стало даже стыдно немного.
Ведь у меня могла быть совсем иная жизнь, отношения, семья, возможно, ребенок, если бы ни проблемы брата и постоянная головная боль, связанная с деньгами. В кафе брала почти все смены, праздники, лишь бы заработать больше… чтобы быстрее расплатиться. Почему я до сих пор делала это? Что мною двигало? Семейные ценности? Наверное, если бы их можно было монетизировать, я бы уже разбогатела.
Ощутив, как по щеке скатилась одинокая слезинка, мигом смахнула ее и проморгалась. Кому нужная моя рефлексия? Вот именно – никому. Мужчины молчали, а я отказывалась говорить дальше. Унизительно. Если Череп хотел таким образом показать мою глупость, у него получилось. Только проблемы это никак не решает, к сожалению. Не могла же я прийти к тем бандитам и заявить, что все осознала и отказываюсь в дальнейшем нести ответственность за долг Юрки. Или могла? Блин, о чем я только думала!
– Так-то все понятно, проблема серьезная… – начал говорить тот, что справа от меня.
Я повернулась к нему лицом и затаила дыхание. Неужели помогут? Господи, хоть раз сделай так, чтобы мне повезло, заслуживаю ведь за столько лет!
– Но, Череп, при всем моем уважении, пацаны задаром с лавочки не поднимутся, даже если чисто ради тебя.
– Значит, поднимешь, что за цирк? – внезапно возмутился его брат Хмурый.
Вроде так его назвал Череп. Я переводила взгляд с одного на другого мужчину и совсем не понимала, что происходит. Между ними, словно велась молчаливая беседа, причем на повышенных тонах. Уж очень злым оказался взгляд Хмурого, в то время как его близнец все больше и больше «сдавался».
Я старалась помалкивать, все равно не понимала, каким образом они могут сделать так, чтобы долг Юрки растворился в воздухе. Разве что скинуться и заплатить, но это уже из области фантастки. Я им никто, даже Черепу, а пятьдесят тысяч на дороге не валяются.
– Так, ладно, – Череп внезапно двинулся в нашу сторону.
Встал около меня, оперся ладонями о стол и чуть нагнулся вперед. От его близости у меня по коже поползли мурашки, я совершенно не понимала, почему так остро реагирую. Есть в нем что-то такое, что не давало покоя.