Давным–давно...Ходящая в тени
Шрифт:
Давным–давно, до начала времён, когда все земли были Едиными, жил на земле очень древний народ, называвший себя Первородными. И обладал он величайшими дарами. Одним из них была способность иметь две сущности и с лёгкостью превращаться по собственному желанию в любую из
Надо помнить, что в ответ на плохое всегда найдётся что–то хорошее, то самое "но", которое однажды непременно позволит разрушить злой рок или снять вековое проклятие. Из Тьмы родится Свет, у потомков Первородных снова будет свобода выбора. И вернутся на землю Другие Боги, и начнётся новая эпоха Созидания, а Свет и Тьма станут как две стороны одного целого, ибо нельзя делить неделимое.
*Книга Теней*. Пророчество Бессмертных. 3 и 4 глава.
Рутонская академия со всеми своими многочисленными корпусами и зданиями располагалась внутри города Рутона. Она уже больше полувека исправно выполняла свой долг перед жителями города, отправляя лучших своих студиозов в обязательное патрулирование близлежащих территорий для защиты от нежелательных элементов и зачистки от всякой нежити и нечисти в нежилых районах. Ночные патрули состояли из адептов последних курсов — выпускников факультета боевой магии. Таким образом академия вносила посильную лепту и оправдывала своё существование на средства, поступающие от покровителей, попутно оттачивая навыки и мастерство своих учеников в условиях, максимально приближённых к боевым. Учеба в ней всегда считалась престижной, а получение диплома — верхом мечтаний. И Джим была студиозом Рутонской академии. Мало того, выпускницей этого года. Пять лет изнурительных тренировок на фоне обучения другим предметам. Нет, не о том.
"Однажды я потерялась. Опять не так... Девятнадцать лет тому назад меня украли, лишив дома, семьи, имени. Своё детство я провела в приюте", — Джим грустно вздохнула. — "Сейчас у меня есть семья, друзья, имя, дом. Я знаю, когда родилась, и каждый год в этот день получаю замечательные подарки. А ещё я выпускница Рутонской Академии, у меня есть магический посох–жезл. И однажды я всё узнаю".
Джим стояла возле открытого окна в самой высокой башне корпуса "Б", с интересом наблюдая за юношами–первокурсниками, устроившими поединок на деревянных мечах прямо на поляне напротив. Двоих она узнала: отогорские оборотни, прибывшие на обучение вместе с ней в начале этого учебного года. Она улыбнулась: "Я бы с большим удовольствием сейчас оказалась там, чем здесь". В этом году за особые заслуги академии перед городом градоправитель выделил средства на проведение грандиозного мероприятия — бала выпускников.
В этот момент юноши исчезли из поля её зрения. Джим подалась вперёд и чуть ли не вся свесилась из окна. Ветер тут же растрепал причёску, и непослушные локоны закрыли обзор: "Вот досада!" Она втянула
"Какая же она красивая!"— Джим невольно залюбовалась подругой. За прошедшие четыре года девушка выросла и, как говорится, расцвела, стала настоящей красавицей. "Не то что я", — она хмыкнула, оглядывая себя в светло–голубом платье. Джим так и осталась невысокого роста. Возможно, она всё же за эти годы тоже немного подросла, однако на фоне Алисии смотрелась маленькой и излишне хрупкой, но это было лишь видимостью. Фигура Джим относилась, скорее, к спортивному типу телосложения. "Как там однажды сказал Диирде'Грамм?" — "М-да. Ежедневные физические тренировки наложили на твою фигуру определённый отпечаток. Пацанка — одним словом, — и так довольно–довольно прищурившись, — зато быстрая и ловкая пацанка!"— "И где такое слово нашёл?"
Джим решительным шагом прошла к зеркалу и придирчиво ещё раз осмотрела себя с головы до ног. Ухватилась двумя руками за верхний край лифа и с силой дёрнула вверх, чтобы хоть немного прикрыть приподнятые тугим корсетом платья округлости в декольте. Недовольно скривилась, прикидывая, чем бы прикрыть вырез, чтобы не так сильно бросалось в глаза это безобразие. В комнате стало подозрительно тихо. Джим посмотрела на Алисию — та перестала напевать и внимательно наблюдала за её действиями. "Плохая идея. Наверняка не позволит".
— Что теперь не так? — Алисия, подбоченившись, осуждающе разглядывала Джим.
— Лис, умоляю, верни мои штаны, — Джим скромно поводила носком своей туфельки, стараясь не встретиться с подругой взглядами. — Мне неудобно, и я чувствую себя голой.
— Я же тебе специально подобрала к платью прекраснейшие голубые панталоны, все сплошь в рюшах, — Алисия округлила глаза. Догадка пришла внезапно. Она подлетела к Джим, ухватилась за край её платья и потянула вверх. — Ты их что, не надела? — в ужасе спросила она, пытаясь хоть чуть–чуть приподнять подол.
— Ты что делаешь? — Джим, наоборот, вцепилась в кромку своего платья и тянула вниз. — Лис, прекрати. Я надела их. Мне просто в них некомфортно.
— Дай сама посмотрю, — настаивала девушка, упорно дёргая ткань. — Покажи краешек.
— Алисия, — голосила Джим, — верни штаны! Шагу не сделаю из этой комнаты. Я ведь простужусь.
— Кхм, — раздалось вежливое покашливание от двери.
Девушки одновременно повернули головы на звук.
На пороге комнаты стояли Виттор и Алиар, а за их спинами, в коридоре, маячили все родственники Алисии.
— Мы стучались, — быстро проговорил Виттор, указывая пальцем на открытую дверь позади себя.
— Алисия, а что ты делаешь? — Алиар не отводил глаз от слегка приподнятого края платья Джим, откуда выглядывала нижняя юбка.
Лис тут же отскочила от девушки, даже завела руки себе за спину, смущённо глянула на подругу и вспыхнула как маков цвет.
— Ничего, — строго посмотрела на Алиара. — Стучаться надо, между прочим.
— Так стучались ведь, — тот прищурил один глаз. — Не, правда, а чего ты там…
— Не начинай! — строго оборвала Алисия, не дав другу договорить, и принялась снова собирать вещи по комнате, чтобы как–то скрыть своё смущение. — Чего хотели?
— Так там всё уже начинается: вручение, поздравление, зачтение. Конечно, это формальности, ведь каждый уже знает, где будет проходить свою практику. Но Цитариус Инарион настаивал на том, что явка всех строго обязательна!
— Шагу не сделаю, пока штаны не отдашь, — Джим сложила руки на груди и для демонстрации своих серьёзных намерений сдвинула брови.