Даймон
Шрифт:
И отбивать не придётся, не у кого. Мать-одиночка, ребёнку три года, потому и в науку не пошла, аспирантуру бросила. Между прочим, занималась Джемина, тогда ещё не подпольщица, ни много, ни мало, теорией катастроф. Не шутка! С аспирантурой не вышло, с мужем тоже, родственников нет. Хоть в петлю, хоть на панель.
— Я попросила нашего… Нашего товарища, мы его «Хаки» зовём. Вы понимаете, Алексей Николаевич, «Хаки» — потому что хакер. Не настоящий хакер, но разбирается. Я его попросила, он порылся на сайтах института Монро, посмотрел,
Пропала бы катастрофичка, с обрыва — да в воду, но объявился неведомый благодетель. И работу предоставил, и платит щедро. Не просто работу — целую группу Джемине подчинил, таких же талантливых и неприкаянных.
Ай, молодца, Юрий Владимирович!
Так что при делах ныне девка, пальто модное носит, очки штучные. Самое время жизнь наладить. С супругом обожглась, нового пока не ищет, так почему бы с хорошим парнем ближе не сойтись?
На это и намекнула — когда в «Черчилле» за знакомство французского шампанского выпили.
— Вот список, но вы уже поняли, Алексей Николаевич. «Gateway Experience», «Sprirt’s Journey» и тому подобное. Путешествия вне тела, путешествия духа — то, что, по мнению официальной науки совершенно бесполезно, даже вредно. Нынешнее руководство института Монро заявило, что не разделает фантазии своего основателя. Так и написали — фантазия, fantasy…
Отчего не порезвиться с Джеминой-подпольщицей, не вышибить клин клином, чтобы о Варе вспоминалось пореже? Приятное с полезным, к тому же не выдаст, не станет сознательность проявлять. Вперёд, цыган, твоя добыча! Ягодки после будут, пока цветочек сорвать можно.
— Об этом я написала, пусть товарищ Север… Семён почитает. Я лучше о другом расскажу — Джеймсе Гранте, Джеймсе Фицджеральде Лафайете Гранте Третьем. Вначале думала, очередной поведённый, хиромант-гадалка. А он… Вы не догадаетесь, Алексей Николаевич, какую оборонную программу он возглавлял! Это даже не «only for eyes», не «люди в чёрном». Один его коллега случайно обмолвился, будто Гранта заставили прекратить некие исследования, и он попытался покончить с собой. Представляете? Я, конечно, решила узнать. «Некие» — какие именно?
Только вырос товарищ Север из цыганского возраста. То ли после Костомаровской, то ли после пуль, просвистевших над самым ухом. Повзрослел, поскучнел. Нет у него желания цветочки срывать. И с ягодками разобраться следует, какие полезные, от каких в Неотложку можно угодить. Извини, Джемина-подпольщица, придётся тебе одной поскучать, в подушку поплакать. Не встретился ещё твой парень!
И не встретится — пока дело не закончим. А с претендентами Иван Иванович разберётся. Вдруг ты, Джемина, во сне разговаривать привычна?
— Программы Гранта — его настоящие программы — мы попытаемся достать. Понадобятся деньги, больше, чем обычно. Нет-нет,
Улыбнулся Алёша, скользнул рукой по карману, где заначка от группы АГ-2 лежала. Именно что понадобятся. Подождут костюм и пальто вместе с туфлями. И — никаких ресторанов. Сегодня в случайное кафе заглянули, чтобы на холоде не болтать, но дальше…
Квартира в центре — обязательно! Не для себя, не для веселья — для встреч. И чтобы дверь стальная. А из мебели — два кресла и компьютер, новый, самый мощный.
И ещё — кофеварка.
— Алексей Николаевич, объясните. Получается, Семён нашу группу перенацеливает? Мы занимались аналитикой, политическими прогнозами, разрабатывали рекомендации, а теперь…
А теперь будешь выполнять мои приказы, баскетболистка! Мои — не Юго-Востока!..
— Ответить можно?
— Ой, Алексей Николаевич, извините. Я очень много говорю, это потому что почти всегда одна, только с дочкой…
— …N-связь — приступ к главному, Джемина — к хранилищу всего. Мы называем это все «Основной Информацией». Тут начинаются трудности. Мы с вами эти трудности должны преодолеть. Ясно? А политика… Точку возврата прошли, в апреле рванёт в любом случае, нам понадобятся солдаты, а не умницы и красавицы, как вы.
— Ну, Алексей Николаевич! Я не…
— Нет, и умница тоже, не скромничайте… Когда сможем приступить?
Дорожка 9 — «Яблочко»
Исполняют Дягель и «Монгол Шуудан».
Альбом «Рок фронт».
(3`13).
Из бесчисленных записей знаменитого «куды котисся»» приходится выбирать самые лучшие. Данный вариант соблазнил знакомством авторов с творчеством Бориса Штерна. «Едет Чёрный Барон — жопа белая» — определённо из романа «Эфиоп».
— Мама! Мама! Ты не должна такое терпеть. Разведись ты с ним, наконец!..
Выдохнул, закрыл на миг глаза. Сейчас начнётся… Зря про развод брякнул, у мамы пунктик, она его, видите ли, любит…
— Мама! Послушай меня, ни один человек не должен позволять, чтобы его оскорбляли. Не должен!.. Мама, я все понимаю…
Трубка возле уха стала горячей. Во рту то ли горько, то ли кисло, то ли все сразу.
— Мама, мама!..
Дослушал Алёша, оторвал трубку от виска, поглядел, губы кривя. Гудит, зараза!
Не стала мама слушать…
Повесил на рычаг, из кабины вышел, втянул голову в плечи. За окнами темно, в переговорном пункте — толпа, каждому к телефону охота. Весёлые, жизнью довольные…