Дехраит
Шрифт:
— Ты болен, ты знаешь?
Йер усмехнулся и вновь протянул мне найгрис.
— Иначе я не выдам тебе то, что знаю.
Я с сомнением смотрела на банку со странной смазкой. Сколько живу, такого ещё не пробовала. А ведь меня сложно удивить. Значит, нужно пробовать.
— Что мазать? — Поначалу я приготовилась брезгливо повести носом, но вещество пахло смесью цветов манго и лимона. Запах моего детства, сада, где я выросла в своё самое первое воплощение. Из тех, что я начала помнить. Мне понравилось.
— Найгрис пахнет для каждого человека по-разному,
Кажется, я сейчас расстрогаюсь.
Я намазала руки и живот. Йер не отрываясь следил за моими руками. Я, не глядя, вернула ему банку и шагнула с лестницы.
Основной зал клуба был почти полностью затемнён. Играла тихая музыка. Её низкие вибрации заглушали все вздохи, стоны и звуки трущихся друг о друга тел. В основном гарайцы были спортивны и подтянуты. На их тела приятно было смотреть. Я ходила по залу, но пока не ощущала в теле ничего для себя нового, кроме того, что никак не могла определиться, кажется ли мне увиденное тошнотворным или же прекрасным.
Йер в каком-то напряженном предвкушении смотрел на меня. «Ты самое странное существо из всех, кого я знаю!» Подумала я для него. Иногда мне нравилось, что при общении с ним можно было не напрягаться, чтобы разговаривать. «Благодарю за комплимент!» Послал мне Йер ответную мысль.
Со временем меня странно заворожило зрелище множества тел, перемазанных странным снадобьем. В наиболее тёмных местах микроводоросли светились хрустальной волшебной пылью, делая всё происходящее ещё более сюрреалистичным. Хотя куда уж больше.
Люди приходили сюда в очень простой холщовой одежде, которую не жалко было испачкать. Зачастую это были просто шорты и короткие топы с оголенными животами. Я много бродила среди диванов и кресел. Кто-то тянул ко мне руки, но я деликатно их убирала, не желая никого обидеть. Для меня это было странно, я давно научилась не обращать внимания на чувства других людей, чтобы не обращать внимания на свои собственные.
Но здесь, все эти тела были подобны моллюскам без раковин. Все, кто в реальной жизни был силён духом, скован в эмоциях, заперт в своём одиночестве, все эти люди не побоялись придти сюда, оставив свою эмоциональную клетку за дверями. Все они настолько открылись друг другу, и именно в этой силе, а не в той, что в повседневной жизни скрывала их ранимость, именно в этой силе они были абсолютно прекрасны.
Мой взгляд упёрся в диван, на котором друг на друге лежали два человека. Их тела были полностью покрыты блестящим в темноте найгрисом. Один лежал на спине другого, вцепившись в него словно утопающий в последнюю проплывающую мимо соломинку, и дрожал, хотя в зале было почти что жарко. Лицо второго, лежащего на животе, было не менее эмоционально. Никакого секса. Чистые эмоции, обмен жизнью, обмен телом. Казалось, они хотели навсегда впечататься друг в друга. Я долго стояла, полностью игнорируемая ими, без сопротивления погружаясь в этот чувственный водоворот.
Через продолжительное время всё моё тело насквозь пробила странная дрожь, и где-то в груди словно щёлкнул предохранитель, сдерживающий
Внезапно на мои глаза легла повязка. Кто-то мягко и нежно набросил её на меня сзади. Я захотела было вырваться, но расслабляюще действие найгриса уже возымело свой эффект.
— Тссс… просто расслабься. — Прошелестел голос айгента у меня в голове.
— Что ты вытворяешь? Мы так не договаривались!
— Просто хочу, чтобы ты расслабилась. Не так, как это делает с тобой твой любовник. Я хочу чтобы ты сбросила себя все то, о чем наговорила мне только что в офисе. Все воспоминания. — Он покачивался сам и тянул меня за собой. — Все свои страдания. Всю боль.
Я пыталась было снять повязку, но он нежно отвёл мои руки вниз.
«Нет.» Прошелестел он у меня в голове.
Он поглаживал мои руки, прижав меня спиной к себе.
«Я думаю, здесь ты действительно не найдёшь никого, кто мог бы помочь тебе лучше, чем я».
Внезапно, музыка этого зала стиха и порыв ветра подсказал мне, что мы куда-то перенеслись. Я стала выдираться, но он буквально проник в мою голову и велел мне не шевелится. Как они все смеют использовать на мне свои способности, зная, что я не могу ответить тем же?
Он поднял мои руки вверх, и провел по ним своими сверху и до моей талии.
— Даже не думай, — прошептала я, ужасно на него злясь.
— О, моя дорогая, и думаю совсем не об этом. — На это раз он нежно шептал мне на ухо. — Моя маленькая пошлая девочка. Сегодня ты этого от меня не дождёшься. А вот кое что другое…
Здесь пахло какими-то специями и играла далекая чувственная музыка. Женский голос протяжно и красиво напевал какие-то звуки, которые вы бы узнали как на напевы древней Индии.
Внезапно я почувствовала его поглаживания не просто кожей. Они как будто переместились под неё. Словно миллионы иголок энергии бегали от макушки до пят и обратно под моей кожей, по моим мышцам, венам, глазам. Движение, бег энергии увеличивались, и я забыла обо всём на свете. Это не был массаж, это не был секс, это уже не были поглаживания или вибрации. Это была радость, расслабление, кайф, нирвана, — все эти ощущения волнами омывали меня, подобно морю, подчиняясь движению рук Ийеррэйто.
Кажется я застонала, потому что его смех мягко прошелестел меня в голове.
«Просто умничка. Забудь вообще обо всём. Подумай только о том, что ты бесстрастный, вечный разум.
Что нет никого, кроме тебя и пространства, которое убаюкивают тебя, как собственного ребёнка. Ты в безопасности, ты в пустоте, и ты в наполненности всем, чем только можешь пожелать, тебе ничего не нужно делать, всё делается само.
Всё происходит так, как должно происходить, так, чтобы доставить тебе удовольствие и радость».
Ритм энергии, прибегающей по моему телу только ускорялся. Я откинула голову назад, и облокотилась на него, а он прижал меня к себе ещё сильнее. Я не помнила больше ничего, я была лишь в этой одной точке, и я была везде. Я чувствовала каждого человека в соседнем зале, каждого человека в Нитер-Рая, я была ими всеми одновременно.