Дельфин в стеарине
Шрифт:
Я мысленно поаплодировал Катиному чутью: дело отнюдь не предвещало слежки за неверными женами.
– Естественно, в обоих случаях, как и положено, было проведено дознание, но органы правопорядка пришли к выводу, что наши коллеги погибли в результате несчастного случая. Мне же представляется, что органы ошиблись.
– А у вас есть причины для подобного вывода? – быстро спросил я.
Он коротко мотнул головой:
– Нет, особых причин у меня нет. Считайте, просто нюх. У таких людей, как наши покойные коллеги, всегда имеются враги. Кроме того, один из погибших был моим другом,
Я кивнул:
– Понимаю… А что у вас за фирма?
– Фирма называется «Бешанзерсофт». Новые компьютерные технологии. Сетевые агенты… Эс-А «Полина» – слышали, небось?
Я снова кивнул.
Еще бы не слышать! Именно на «Полину» моя Катя и выкинула немалый кусок своих сбережений. Правда, в нашем хозяйстве «Полина» называлась «Полем»… Но я бы назвал программу Бесполем, а еще лучше Бесполезняком, потому что она пока не очень оправдывала вложенные в нее средства. С другой стороны, при слежке за женами-изменщицами такие программные ресурсы и не нужны, но Катя порой бывает слишком упряма, а у меня не хватает настойчивости, чтобы ее переубедить…
– Вам потребуется аванс, – сказал между тем Константинов. – Думаю, для начала такой суммы хватит? – Он назвал число с тремя нулями.
Я мысленно присвистнул – он неплохо ценил память о погибшем друге. В такие игры имеет смысл играть.
– Для начала хватит… Но вдруг окажется, что все-таки это были несчастные случаи?
– Не были это несчастные случаи! – В голос Константинова прорвалась ярость, но он тут же взял себя в руки. – В любом случае, если вы проведете следствие на должном уровне и представите результаты с достаточной доказательной базой, я заплачу вам за работу. Нам надо знать, кто… – Он замолчал, залпом опустошил чашку и поставил ее на стол. – Ваши расходы плюс… – Он назвал сумму вдвое больше аванса. – Годится такой расклад?
Я опять кивнул, изо всех сил стараясь, чтобы на физиономию не проскочила радость.
– Насколько открыто я могу вести следствие? – Голос мой даже и не дрогнул.
– Как можно менее открыто. – Константинов при каждом слове протыкал воздух указательным пальцем правой руки. – Я абсолютно уверен: если до преступника дойдет, что его ищут, могут появиться и другие жертвы. Наша компания наконец вышла на приличный уровень обеспечения заказами. Эти две смерти очень помешали работе, и если произойдет очередная… В общем, придумайте что-нибудь, не мне вас учить! – Он полез во внутренний карман пиджака и вытащил портмоне.
– Нет, – сказал я, вставая из-за стола. – Составление договора и все расчеты с Екатериной Евгеньевной, пожалуйста. У нас в агентстве финансовыми вопросами занимается она.
Тем не менее он открыл портмоне и положил на стол передо мной визитную карточку. И мне стало ясно: все это время он решал – тот ли я человек, который ему нужен? И, кажется, мне удалось доказать свою нужность.
– Значит, по-вашему, двое ушли из жизни не просто так. – Я снова сел за стол. – И мне следует либо доказать это, либо опровергнуть. Правильно ли я понял предмет нашего договора?
Он положил локти на подлокотники, сцепил пальцы рук и кивнул.
–
Он задумался, опустив глаза в пол. В этот момент в нем действительно проявилось что-то крысиное, на какую-то секундочку, почти неуловимо. И мне опять показалось, что где-то я его уже видел. Но вспомнить я не успел – он шумно вздохнул и снова вперил в мою физиономию пронзающий взор, словно подозревал и желал вывести на чистую воду именно меня.
– Никого я не подозреваю. Заинтересованных в смерти Петра и Василия было пруд пруди.
– Понимаю. Но ведь от какой-то печки я должен танцевать!
Он пожал плечами:
– Это ваши проблемы. Деньги, которые я плачу вам, должны быть заработаны, а не подарены.
Я давно уже научился не реагировать на подобные выходки. Клиентов, как и родителей с соседями, не выбирают.
– Могу я хотя бы появиться в офисе вашей компании и начать задавать необходимые вопросы?
– Без этого не обойтись. – Это был не вопрос, а утверждение. – Конечно, появляйтесь. Бюро пропусков нашей компании будут даны соответствующие распоряжения, и оно подготовит вам временный пропуск. Для начала сроком действия на неделю. Годится?
Я кивнул.
– Но я не хочу, чтобы сотрудники знали, что инициатива расследования исходит от меня. И ради бога… – Константинов, в отличие от меня, мог позволить себе поморщиться. – Поменьше шума, поменьше. Мне бы очень не хотелось, чтобы сотрудники оказались взбудораженными. Начнутся домыслы, сплетни. Это обычно отражается на работе самым отрицательным образом. Понимаете?
Это было уже слишком. Я все-таки частный детектив, а не шпион. Расследования без расспросов не бывает, а расспросы как правило сопровождаются домыслами и сплетнями.
– Понимаю, но… – Я развел руками и решил показать зубы. – Если «Макмез» берется за расследование, оно ведется самым тщательным образом. – В душе меня передернуло от этакого словесного оборота. – В таких условиях людям не накинешь платок на роток. Более того, домыслы и сплетни порой являются источниками полезной информации. Я буду вести расследование, как считаю нужным. Если вас это не устраивает, можете обратиться в другое детективное агентство.
Он снова вперил в меня сверлящий взор. А я едва дыхание не затаил от собственной наглости. Однако чуть подсказывало, что наглость моя вовсе не чрезмерна… В конце концов, Ниро Вульф, бывало, не раз вел себя с клиентами именно таким образом, и ему сходило с рук!
Сошло и мне…
– Ладно, – сказал Константинов. – Вы уверены в себе, это радует. Детектив без уверенности в себе – что пистолет без патронов. Тем не менее надеюсь, вы будете достаточно деликатны.
Это была победа. Я великодушно рассыпался в уверениях, что буду деликатен, как бабочка крылышками бяк-бяк-бяк-бяк. И добавил глубокомысленно, что криминальным журналистам, кстати, мы далеко не всякий раз сообщаем о наших клиентах. Тут я был не далек от истины: мое общение с прессой ограничивалось подпольными контактами с Сергеем Баклановым, из-за этих контактов и погибшим. И тогда же, около года назад, я дал себе зарок, что больше такого не повторится…