Дельфины
Шрифт:
Если мать и детеныш в Марин Стьюдиос оказались случайно разлученными (например, воротами, которыми запирают канал, соединяющий два бассейна), они начинают пересвистываться друг с другом под водой. Однажды, когда так случилось, мать продолжала плавать вокруг того места, где до этого с ней был ее детеныш, и свистела, не переставая, пока они снова не оказались вместе. В другом случае малыш оставался все время на одном месте и свистел, пока мать не смогла присоединиться к нему.
В часы кормежки в Марин Стьюдиос дельфины издают самые разнообразные мяукающие и скрежещущие звуки. В обед иногда слышится громкое щелканье челюстями, по звуку немного похожее на хлопанье в ладоши. Им часто пользуются самцы с властным, деспотическим характером,
Все звуки, о которых я говорил до сих пор, можно назвать коммуникационными. Это звуки, которые издают дельфины, чтобы найти друг друга, общаться между собой или просто выразить свои ощущения. Некоторые из них - «языковые звуки» в том смысле, в каком рычание собаки является ее «языком», и предполагается, что все они являются средством общения одного дельфина с другим или целой группой. Однако, помимо обычных способов и органов, которые позволяют дельфину «говорить» и «слушать», существует особая система передачи и приема звуков очень высокой частоты, с помощью которой дельфины могут определять местоположение предметов, даже если сами предметы звуков не издают.
Как теперь хорошо известно, летучие мыши обладают системой эхолокации, которая работает на том же принципе, что и радар, до используют звуковые, а не радиоволны. Органами эхолокации мышей являются их уши, но по своему действию они настолько же отличаются от обычных, насколько радар отличается от радио. До изобретения радара знали, что летучие мыши «видят» в темноте, излучая звуковые колебания и принимая эхо, отраженное предметами, встретившимися на их пути. В последние годы было доказано, что это справедливо и для дельфинов-афалин.
Я упомянул именно Tursiops, а не дельфинов вообще, потому что существование системы эхолокации не обязательно для других видов живущих в открытом море; по крайней мере, оно не доказано. Афалины же все время живут в прибрежных водах, которые значительно темнее, чем открытое море, и в которых встречается гораздо больше препятствий, поэтому слух как замена зрения гораздо нужнее афалинам, чем дельфинам, живущим в открытом море.
В Марин Стьюдиос также заметили, что пятнистый дельфин, или Stenella plagiodon - пелагическая разновидность дельфинов - издает звуки гораздо реже, чем Tursiops. (У него и репертуар меньше; записаны только два типа звуков, издаваемых дельфином Stenella.) Питающиеся планктоном киты как будто тоже достаточно молчаливы; вообще похоже, что эхолокационная способность развивалась только у зубатых (Odontoceti), которым она необходима.
Предположение о том, что афалины обладают эхолокационной способностью, было высказано несколько лет назад. Один из рыбаков в Марин Стьюдиос заметил, что если для ловли кефали или другой мелкой рыбы он пользовался обычной мелкоячеистой сетью, то находившиеся поблизости дельфины никогда в нее не попадали; они перепрыгивали через трос, на котором была укреплена сеть и удирали, причем проделывали это даже ночью в темной воде. Если же сеть была с большими ячейками, примерно 25X25 см, дельфины непременно попадали в нее, казалось, будто они мелкую сетку могут «видеть» в воде, а крупную нет. Однако в действительности видеть ни ту, ни другую сеть они не могли. Единственный раз дельфин выпрыгнул из сети с крупными ячейками. Это случилось, когда остальные дельфины наткнулись на нее и заставили на какое-то время трос опустится под воду.
Мистер Мак Брайд писал, что когда так случается, дельфин, ранее не попадавший в сеть, замечает, что в сплошном до этого барьере теперь появилась дыра. Он проворно перекатывается через
В 1955 г. двое ученых из Массачусетского океанографического института смогли, наконец, доказать это.
Как действует система эхолокации? Если вас запереть в темноте, когда ничего не видно, вы можете крикнуть и таким образом узнать, хотя бы, велико или мало помещение, в котором вы сидите. Звуки расскажут вам далеко ли стены, и, если они очень далеко, вы сможете услышать эхо. У дельфина эта способность очень развилась, обострилась и превратилась в точный инструмент. Издавая звук, дельфин может определить, на какое расстояние он распространился, прежде чем отразился от препятствия и начал возвращаться обратно.
Одновременно с этим дельфины издают также звуки, которые могут слышать люди, но эти звуки - лишь случайные среди ультразвуковых колебаний, которые фактически выполняют всю работу; частота этих колебаний очень высока и находится за пределами слышимости человека.
Эта подводная система действует, даже когда она сталкивается с такой «прозрачной» вещью, как рыбачья сеть, если только ячейки ее не очень велики и в ней достаточно нитей, чтобы изменить направление звуковых волн на обратное.
Способность дельфинов к эхолокации была доказана следующим образом: в водоем, достаточно изолированный от подводных шумов, экспериментаторы поместили старого самца дельфина Tursiops, которого перевезли на самолете из Марин Стьюдиос. Длина водоема была около ста ярдов и от моря его отделяла полоса каменистого побережья шириной тоже примерно в сто ярдов. Ничего съедобного для дельфина в водоеме не было, и он очень скоро усвоил, что одновременно с определенными звуковыми сигналами он получает рыбку (мертвую, конечно). Наблюдая за дельфинами и «слушая» их с помощью погруженных в море микрофонов, исследователи обнаружили, что они определяют местоположение рыбы, опущенной под воду. Неожиданным дополнительным доказательством этого явился эксперимент с дельфином, который в результате несчастного случая ослеп на правый глаз. Создавалось впечатление, что дельфин «видел» рыбу, которую ему предлагали, хотя она находилась со стороны его слепого глаза.
Как призыв к кормежке дельфины лучше всего воспринимают шлепанье по воде, безразлично ладонью или рыбой. Этот звук очень похож на тот, который производит кефаль, выпрыгивая из воды.
У диких дельфинов этот звук ассоциируется с пищей, поэтому экспериментаторы в Вудс Хоул начали с того, что стали призывать дельфина именно таким способом. Они отметили, что где бы ни был дельфин в этот момент, он всегда точно, до нескольких дюймов (с расстояния 60 футов), определял, откуда раздается звук, и мчался прямо к этому месту. Это свидетельствовало о том, что в дополнение к обычной способности хорошо слышать шум, производимый в воде другими предметами, дельфин обладает особо острым чувством направления и частоты звука. Экспериментаторов не интересовал слух дельфина; они хотели узнать, как он находит предметы, которые не издают никаких звуков. Прежде всего, исследователи научили дельфина откликаться на два разных сигнала, раздававшихся на некотором расстоянии от плотика, с которого кормили животное. Одним сигналом был удар по железной трубе, висящей в воде, другим - звук очень высокой частоты от электронного вибратора. Дельфин скоро «понял», что любой из этих сигналов означает, что сейчас в воде, вероятней всего возле плотика, ему дадут рыбу.