Делирий
Шрифт:
— Ты понимаешь, что взял на себя ответственность?
Глаза мужчин встретились.
Роман сжал зубы, сказал твёрдо:
— Понимаю.
— Не хотелось бы предупреждать.
— Я люблю её!
Отец Юны усмехнулся, смерил Романа взглядом, положил ему руку на плечо.
— Не серчай, она моя единственная дочь. И хватит об этом. Как говорится, я сдал, ты принял. Береги её.
Легли поздно. А в шесть утра позвонил Афанасий.
— Рома, ты где?
— Сплю, — отозвался Роман сонным голосом.
— Извини, у нас
— Один?
— С группой. Попросить тебя хочу.
Роман посмотрел на заворочавшуюся рядом Юну.
— Подожди, я выйду на балкон, у нас шесть утра. — Он тихонько открыл балконную дверь, так же тихо закрыл её за собой. — Что случилось?
— Ты в курсе, что на дне Байкала нашли древний город?
— Нет.
— В принципе, это, возможно, и не город, но искусственное сооружение точно. Нам дали задание просканировать дно озера. и кое-что ещё.
— Догадываюсь.
— Объект мы обнаружили. Мои нюхачи уверяют, что ему миллионы лет. Он имеет форму многоступенчатой пирамиды, окружён кольцевой стеной и уходит очень глубоко в дно озера, чуть ли не на километр. Но это не главное. Ребята чуют негативные потоки. Мало того, что местная власть всё время находит причины приостановить исследовательские работы, а экологи устроили целый концерт, вопя, что грядёт катастрофа и лучше ничего на дне не трогать.
— Какие экологи?
— В Улан-Удэ прописалась общественная организация «Экологическое равновесие Байкала», она до какого-то момента воспринимала спуски «Миров» нормально, а потом как взбесилась!
— Понятно.
— Что тебе понятно?
— Байкалом заинтересовались «пастухи».
— С чего ты взял? На кой хрен им это?
— Чего ты хочешь?
Афоня замолчал на полминуты.
— Сможешь просканировать, кто тут командует парадом? Какая сволочь сидит у Байкала и не даёт работать подводникам?
Роман подумал.
— Отсюда вряд ли.
— Ты же нашёл в Москве террористку, сидя в Пскове.
— Байкал дальше и в разы больше Москвы.
— Ты где, в Пскове?
— В Выборге.
— Вот япона мать! Хотя какая разница? Попробуешь?
— Ладно, позвоню. Разговор закончился.
Скрипнула дверь, на балкон вышла закутавшаяся в простыню Юна.
— Кто звонил? Алтын?
— По работе. Идём, здесь ещё холодно.
Они вернулись в комнату, Юна села на диван, потом нырнула под одеяло.
— Можешь не говорить.
— Афоня звонил.
— Нужна твоя помощь?
— В общем, как тебе сказать.
— Куда лететь надо?
— На Байкал.
— Ой, здорово! — захлопала она в ладоши, сконфузилась под его красноречивым взглядом, прижала кулачок к губам. — Я ни разу не была на Байкале.
— Если я и полечу, то один.
— Никогда! — помотала она головой. — Куда ты, туда и я! И я не помешаю, ты знаешь.
— У нас должен быть свой угол, где ты будешь хозяйкой. Тогда и мне будет спокойнее.
—
Он посмотрел на подругу, понял, что отговорить её не удастся. Она действительно была готова лететь с ним хоть на край света.
— Ладно, ещё обсудим этот вопрос. Меня пока не отпустили начальники. Ложись, часок-два можно поспать.
Юна послушно устроилась под одеялом, потом сбросила его и в чём была — в лёгкой
спортивной маечке — прыгнула к нему на колени.
— Не оставляй меня одну! Я с ума сойду!
Потом он посидел на кухне с чашкой горячего чая в руке, размышляя о просьбе Афанасия. Подумал: не просканировать ли Байкал дистанционно, не откладывая дело в долгий ящик? Однако не хотелось торопиться, прежде надо было подготовиться к «интраскопированию», изучить место действия, установить расположение системы, заинтересованной находкой пирамиды на дне озера, а уж потом выходить в ментал. Но ещё раньше надо было испросить разрешение Олега Харитоновича на поездку к Байкалу. Он мог и не позволить «ценному сотруднику» «Триэн» мчаться к чёрту на кулички и рисковать жизнью.
Проспали до половины десятого, не проснувшись даже после того, как встали старшие Солнышкины.
— Чур, я стряпаю завтрак! — вскочила Юна.
— Лёгкий, — согласился он.
— Что значит в твоём понимании — лёгкий?
— Чай, кусочек сыра.
— И солнечная ванна, — фыркнула девушка. — Ты, случайно, солнечным светом не питаешься?
— Ещё не научился.
— Тогда я сделаю омлет с грибами. — Она убежала в ванную, а оттуда на кухню.
Он остался нежиться под простыней, улыбаясь и глядя на кусочек синего неба в окне. Было приятно ощущать себя человеком, за которым ухаживают, не требуя ничего взамен.
Пришла мысль позвонить Малахову. По-любому надо было советоваться с ним насчёт выхода в ментал. В силу обстоятельств Роман мог, конечно, отнестись к просьбе Афони отрицательно, и тогда можно было бы расслабиться, оставаясь в Выборге, но против этого протестовала совесть.
Что-то коснулось головы. Роман даже дотронулся до виска, подумав с удивлением: комар залетел, что ли? Но это был не комар. Новое прикосновение, на этот раз изнутри черепа заставило его сесть. Перед глазами соткался образ глубокого седого старика со знакомым ментальным «запахом».
«Олег Харитонович?» — неуверенно произнёс Волков, подключаясь к возникшему телепатическому каналу.
«Доброе утро, Роман Евлампиевич, — раздался в сознании ясный мыслеголос координатора. — Не разбудил?»
«Н-нет, я уже делаю зарядку. Подумывал звонить вам».
«Я почувствовал. Возникла надобность в походе на Байкал».
Роман невольно улыбнулся.
«Мне только что звонил Вьюгин по этому поводу, просил помочь идентифицировать объект, найденный учёными на дне озера. И определить конкретных носителей злобных замыслов».