Делирий
Шрифт:
Вспоминал Роман и детали схватки в Греции с командой Арчибальда.
Если бы не помощь Ылтыына Юри, Олега Харитоновича и его агентов, а также своевременное появление группы Вьюгина, всё закончилось бы печально. Однако комбинация, разработанная стратегами «Триэн», удалась, Роман смог включиться в пси-схватку, используя энергетическую подпитку «своих», и оператор «тёмного» эгрегора Феллер, получавший поддержку масонских лож Америки и Европы, опиравшийся на мощное пси-поле американской Ассоциации экстрасенсов «ИСРАЭЛ», проиграл.
Мало того, его удалось перекодировать, убедить в гибели Романа Волкова
Двадцать четвёртого июля Роман привычно позавтракал (готовил он сам, не ленился) и направился к автобусной остановке, собираясь ехать к тренеру, который жил на другом конце города.
Сначала это казалось экзотикой — отсутствие троллейбусов и трамваев, потом Роман привык. Свою машину пришлось оставить в Москве, согласно «легенде» о гибели, поэтому какое-то время Роман ощущал дискомфорт, оказавшись в неродном городе без средств передвижения. Афанасий предложил ему отечественную «Клюкву», как называли гибрид «Лады» и «Рено», от щедрот «конторы», но Роман отказался. Во-первых, не хотелось быть зависимым материально, а тем более от ФСБ. Во-вторых, отечественному автопрому он не доверял. К тому же разъезжать по Пскову особенно было некуда. Работал он дома, как целитель, с Олегом Харитоновичем тоже встречался дома. Оставалось только добираться до Вохиного «поместья» (жил он в частном секторе Пскова, на берегу реки Великой) — сорок минут на автобусе, да прогуливаться пешком до местного психоневрологического центра, где он изучал азы, а потом и более продвинутые практики альфа-гипноза под руководством доктора медицинских наук Играева Геннадия Евгеньевича, одного из руководителей «Триэн».
Народу на остановке было немного: двое мужчин, помоложе и постарше, три женщины разного возраста, два школьника, девочка с матерью и седой, с виду восьмидесятилетний старик. Часы показывали половину десятого утра, большинство жителей города уже работало. Улицы Пскова заполнили приезжие и те, кто никуда не спешил, или же их рабочий день начинался позже, в десять и в одиннадцать часов.
Подошла красивая девушка, фигурой которой Роман невольно залюбовался. Одета она была по причине хорошей летней погоды в лёгкий сарафан, не скрывающий длинных красивых ног, на свежем лице ни следа макияжа, на губах — ни капли помады. В руках — открытая книга.
Красота псковичанки подействовала и на других мужчин. И даже старикан обратил на неё внимание, что-то неодобрительно проворчавший в адрес девушки. Ничего вызывающего в ней не было, кроме разве что молодости, видимо, она и вызвала зависть у представителя старшего возраста.
Внезапно рядом с остановкой резко затормозил джип-паркетник «Рено» золотистого цвета. Опустилось окошко водителя, выглянул смуглолицый небритый молодой человек.
— Эй, красавица, садись, подвезу.
Девушка бросила на него равнодушный взгляд, отрицательно качнула головой, снова уткнулась в книгу.
— Садись, бесплатно довезу, — продолжал настаивать кавказец, помогая себе жестами; говорил он с отчётливым акцентом.
— Не надо, — тихо ответила девушка, отодвигаясь к стеклянной стеночке остановки.
Парень
Она оглянулась, вырвала локоть.
— Не трогайте меня!
Пассажиры, ожидавшие автобуса, начали переглядываться, но вмешиваться не спешили. Всем была известна наглость переселенцев с юга, везде устанавливающих свои порядки и уважающих только силу.
— Да чо ты боишься, я не обижу. Вишь, тачка какая?
— Я не поеду с вами, отойдите!
— Брось ломаться.
— Замри! — сказал Роман тихо, но с нажимом, берясь за локоть парня.
Тот вздрогнул, обернулся. Зрачки кавказца начали расширяться.
— Звон в ушах, приятная ломота в мышцах! — продолжал Роман раскачивать сознание молодого человека, как рекомендовала методика ФАГа. — Ты слышишь только меня, видишь только меня, подчиняешься только мне, и тебе приятно! Отпусти её. теперь иди за мной! Тебе очень хорошо! Ты ехал по делам, вспомни!
Роман вдруг заметил двух мужчин, с интересом наблюдавших за ним из кабины тёмно-фиолетового «Форда», но не придал их взглядам значения, повёл парня к джипу.
— Садись, всё нормально, тебя ждут дела! Уезжай!
Кавказец беспрекословно нырнул в кабину, повернул ключ зажигания. Глаза его посветлели, оделись флёром лёгкого безумия. Зрачки расширились настолько, что заполнили чуть ли не всю радужку. Какая-то странная искра проскочила в них. Роман даже почувствовал нечто вроде щелчка включения.
Дальнейшее произошло неожиданно, помимо его воли.
Кавказец выждал пару секунд, глядя на дорогу, и внезапно погнал машину через улицу, пересекая сплошную белую полосу. Ехавший навстречу фургон «Вольво» отвернуть не успел.
Раздался визг тормозов, удар, скрежет металла.
Джип не взорвался, но его смяло и перевернуло.
Закричали женщины.
— Что вы ему сказали?! — ошеломлённо спросила девушка с книгой.
— Да сказал — катись! — ответил не менее ошеломлённый Роман, оглянулся на «Форд».
Пассажир, сидевший рядом с водителем, тёмнолицый, со щёточкой усов, подмигнул ему, повернулся ко второму пассажиру, сидевшему на заднем сиденье.
Обострённым чутьём Роман скорее почуял, нежели услышал сказанное:
— Пусть теперь этот кретин думает, что это он виноват.
«Форд» сорвался с места, влился в поток автомобилей.
У попавших в ДТП машин начала собираться толпа.
Роман заколебался, не зная, что делать. Помочь кавказцу и водителю фургона он не мог, а отвечать на вопросы инспекторов ДПС не хотелось.
В этот момент подъехал автобус.
Пассажиры стали заходить в салон, незнакомка с книгой тоже вошла, нерешительно оглядываясь на разбитый джип. Рома занёс ногу на ступеньку, но в последний момент передумал.
Автобус закрыл дверцы, уехал.
На остановке остались пацаны, оживлённо переговариваясь (Ты видел?! — Нет, ты видел?!), и седой старик, рассматривающий дымящиеся автомобили из-под козырька руки.
Роман, так и не решив ничего, подошёл ближе к месту аварии. Виновным он себя не считал, так как не внушал кавказцу броситься под колёса большегрузного фургона. Да и услышанная им фраза подозрительного пассажира «Форда»: «Пусть теперь этот кретин думает, что это он виноват», — наводила на размышления.