Дело чести
Шрифт:
У входа в горловину ущелья нас ожидали Барин, Сало и Мент. Я давно привык к кошачьим повадкам своих боевых братьев — сам натаскивал их долгими часами изнурительных тренировок, — но все же вздрогнул от неожиданности, когда из кустов на опушке неслышно, как призраки, возникли трое размалеванных в боевую раскраску мужиков с автоматами и направились к нам.
— Как? — лаконично поинтересовался Мент, с любопытством заглядывая в повозку.
— Норма, — в тон ему ответил Джо. — Грузитесь, времени в обрез.
Ребятишки попрыгали на повозку, и мы неспешно двинулись вглубь леса, прочь от входа в ущелье.
У
Прибыв на место, мы произвели боевой расчет, замаскировали повозку в глубине леса и распределились по обеим сторонам еле просматривавшейся в густой траве грунтовой дороги, выписывавшей замысловатые повороты в мрачной чащобе. Это единственная дорога здесь, по которой можно пробраться через лес ко входу в ущелье. Ошибиться невозможно — кто бы ни поперся через ЗОНУ, он обязательно пройдет мимо нас. Остается только дождаться.
Вскоре моя радиостанция выдала три длинных тона: подал сигнал Джо, расположившийся в двухстах метрах правее основной группы и выполнявший функции разведдозора.
— Идут, — негромко сообщил я по цепи и еще раз прикинул, верно ли распределены сектора огня. Ребятишки мои несколько секунд повозились в кустах, поудобнее изготавливаясь к бою, и стихли: ни один признак не указывал на присутствие у дороги каких-либо форм жизни. Молодцы — моя школа.
В нашей команде никто не ест даром свой кусок хлеба с черной икрой — непрофессионалам у нас не место.
Спустя минуту из глубины леса слышится негромкий звук работающих двигателей — на дороге появляются три джипа: два «Лендровера» и «Чероки». Замыкает колонну микроавтобус «Форд». Так-так, что там у нас? Ага, в каждой машине по два человечка. С места моего лежания салон «Форда» не просматривается, но вряд ли там кто-то есть: ребятишки ведь собираются возвращаться обратно, а путешествовать на «форде» более чем в восемь рыл очень неудобно, да еще учитывая груз, который они предполагают получить. Ну что ж: очень недурственно. Джипы в Ичкерии котируются весьма высоко. Дороги там, знаете ли, не того, да еще горная местность — только на джипах и рассекать. Интересно, а каков будет эквивалент? По сколько стволов за тачку? Впрочем, это праздный вопрос — скоро сами все увидим. А пока время работать.
Словив в прорезь прицела водилу головной машины, я плавно жму на спусковой крючок. Пук-с! — негромко делает мой автомат с ПББС: голова водилы теряет первоначальную конфигурацию, стекла машины мгновенно тонируются красным, кроме лобового. На лобовом маленькая дырочка с расходящимися паутинкой трещинами и несколько капель крови — голову сидящего рядом с водилой напарника видно прекрасно. Пук-с! — делает еще раз мой
Справа «пукают» соратники — не очень долго и очень продуктивно. Машины бьют друг друга в зад и застревают на месте — у всех стекла окрашены в нехороший цвет. По моторам никто не попал — моторы мы бережем. Нам еще предстоит транспортировать эти загаженные тачки в одно славное местечко — в полутора километрах от точки боестолкновения. А тащить их по буреломам толкачом — весьма неблагодарное занятие: пару раз в жизни приходилось развлекаться оным. Оп-па! А это еще что за чудо? Ай-я-яй — недоглядели! Из «Форда» выскакивает мужик и, держась за правое плечо, аки заяц, скачками мчится по дороге назад.
Пять метров до поворота — еще рывок, и уйдет! Это он так думает. Пук! Пук! — раздается с той стороны — мужика отбрасывает назад. Тело его падает навзничь в траву и застывает без движения. Чудак ты, мужик, там же Джо! Мы ж не банда какая неорганизованная — у нас все операции обставлены с тщательным соблюдением основных тактических принципов: авангард — основные силы — арьергард. Впрочем, тебе уже все равно: надо было раньше постигать прописные истины разработки спецопераций. А то ходят тут всякие, на халяву надеются срубить «капустки» по-легкому…
Осмотрев трупы, я на полминуты впал в прострацию: метко стреляют мои боевые братья! Практически у всех «автолюбителей» черепа были размозжены настолько, что определить, кто из них проводник, представлялось весьма затруднительным.
— Ну вот и приплыли, — пробормотал я, лихорадочно подыскивая наиболее оптимальный вариант действий в создавшейся ситуации. — Так-так…
— При чем здесь «приплыли»? — невозмутимо заметил Джо, обнаружив, что я пребываю в затруднении. — Забыл, как на войне делали? Снимем у них штаны и посмотрим. А ну, пацаны, раз-два — взяли!
Как и предполагалось, проводников было двое: крайняя плоть на членах отсутствовала у одного трупа в головной машине и у того, что три минуты назад пытался удрать из замыкающего колонну «Форда».
— Значит, остальные — славяне, — подытожил я. — Прав был Шведов…
Замаскировав трупы проводников в кустах, мы перетащили водилу «Форда» в «Лендровер», затем я, Лось и Сало оседлали обгаженные джипы и аккуратно покатили через заросли подлеска, следуя за Джо, который шел впереди, указывая направление движения. Барин и Мент остались на месте происшествия — им предстояло тщательно уничтожить следы съезда с дороги и подготовить «Форд» для завершающего этапа операции.
Если бы не феноменальная способность Джо безошибочно ориентироваться в любых условиях, я сам ни за что в жизни не добрался бы до этого чертова провала. Перед операцией мы с неделю прочесывали окрестности в поисках подходящего местечка для предстоящей «упаковки» «груза» и случайно обнаружили у подошвы горной гряды здоровенную дыру, настолько хорошо замаскированную растущими по краям кустами, что Мент чуть не свалился в нее — не заметил, бедолага, в двух шагах! Мы с полчаса развлекались у этой скважины, бросая вниз камни и от души радуясь, что природа гор пошла нам навстречу в этом рискованном предприятии.