Дело о злой собаке

Родда Эмили

— Мы позаботимся о нем, — сурово проговорила Тиффани. — Если он переступит черту, обещаю, он пожалеет.

Джейсон помрачнел.

— Спасибо большое, — проворчал он. — Я только хотел помочь.

Он нацепил наушники и ушел злиться в свою комнату. Папа широко улыбнулся Тифф.

— Ну, похоже, с этим покончено. — Он повернулся к маме. — Все в порядке, дорогая?

Мама вздохнула.

— Надеюсь, — нерешительно отозвалась она.

Мы с Тифф тоже вздохнули. С облегчением. Похоже, родительское путешествие все же состоится, как и планировалось.

Так что с воскресенья мы будем свободны. Целых две недели! Тем более в это же время начнутся школьные каникулы. Превосходно!

Я вернулась на кухню, чтобы позвонить Лиз. Я думала, что теперь мне нужна приятная, хорошо оплачиваемая работа во время каникул. Тогда все будет просто замечательно.

Набирая номер Лиз, в кухонное окно я увидела первую звезду. Так что я загадала желание и для верности скрестила пальцы.

Если бы я знала, что произойдет в дальнейшем, я бы предпочла подхватить грипп. Или даже ветрянку.

Две недели в постели избавили бы меня от кучи неприятностей и проблем.

Глава II

КАК ЗА КАМЕННОЙ СТЕНОЙ

Голос, ответивший на звонок, звучал невыразительно.

— О, Рищель, — произнесла Лиз так, словно с трудом вспомнила, кто я такая. — Я не могу говорить. Я смотрю потрясающую передачу о вымирающих видах животных.

Мы с Лиз считались лучшими подругами с детского сада. Но на самом деле теперь у нас мало общего. Пунктики Лиз доводят меня до слез, кроме того, она не имеет представления, как нужно одеваться, и, похоже, ей не понять, почему меня не волнует спасение мира.

— Ты тоже должна посмотреть это, Ришель, — говорила мне сейчас Лиз. — Ты не представляешь, как много австралийских животных оказалось на грани вымирания. Прекрасная программа.

Звучит впечатляюще, — вежливо сказала я, сознательно избегая этой темы. — Послушай, Лиз, я только хотела узнать, нет ли новостей для «Великолепной шестерки».

«Великолепная шестерка» была блестящей идеей Лиз, она проделала большую часть организационной работы, и номер ее телефона был указан в нашем объявлении. Мы придумали девиз: «Нам все по плечу» — и это соответствовало действительности. Наша компания бралась за любую работу — от прополки садов до рекламы новых баров-кондитерских на телевидении.

И, как я уже говорила, мы вечно попадали в разные переделки.

— Мне звонили сегодня днем, — сказала Лиз. — По поводу работы на следующей неделе. Завтра я собиралась всем об этом сказать.

— А сейчас не можешь? — спросила я. — Хотя бы сколько человек требуется?

Лиз колебалась.

— Я пока не вполне уверена, — начала она. — Может, по одному каждый день, а может, вся шестерка. Я… — она снова замолчала, и я услышала, как ее зовет мама. — Э-э, послушай, Ришель, мне надо идти, — пробормотала она. — Я перезвоню позже. Хотя нет, потом я буду делать уроки. Поговорим завтра. Ладно?

— Ну ладно, — буркнула я. — Пока, — и швырнула трубку, не дожидаясь ответа.

«Нет,

в самом деле, — думала я серди то, — иногда Лиз жутко раздражает. Какой смысл говорить, но ничего не сказать? Что она имела в виду: „Может, по одному каждый день, может, вся шестерка“?»

Мне захотелось высказать свое недовольство, и я отправилась на поиски кого-нибудь из нашей семейки.

Папа читал вечернюю газету, дверь в спальню Джейсона все еще была заперта, а Тифф в ванной испытывала на себе действие нового крема. Так что я поплелась искать маму.

Я была уверена, что она в спальне, но, войдя, не увидела ее. Потом, услышав странный шаркающий звук, огляделась еще раз.

Мама на четвереньках ползла по ковру, заглядывая под кровать.

— Что ты делаешь? — удивилась я.

Она вскрикнула и вскочила, схватившись за сердце.

— О, это ты, Ришель, — с трудом выговорила она через минуту.

— Конечно, я. А ты думала кто — грабитель?

К моему удивлению, мама явно смутилась.

— Не говори отцу, — прошептала она, — но я все-таки немного нервничаю из-за этих воров. Думаю, мне станет легче, если перед отъездом я спрячу свои украшения. Только вот никак не могу найти место, куда их положить.

Сначала я считала, что мама слишком носится с этими ворами, но теперь мое мнение изменилось. В конце концов, у мамы на самом деле были красивые кольца, броши, колье. И я так же, как и она, не хотела, чтобы их украли. Тем более что она обещала в один прекрасный день подарить мне некоторые из них.

— Я читала статью в одном журнале, — сказала я ей. — Там говорилось, что лучше всего прятать драгоценности в холодильнике. Завернуть и положить в морозильную камеру, и…

— Да, знаю, — перебила мама, — я тоже читала эту статью. Это слишком просто, готова поспорить, что все воры в городе тоже читали ее, и теперь любой уважающий себя вор в первую очередь проверит морозильную камеру.

— Ладно, тогда давай придумаем что-нибудь еще. Что-нибудь гениальное!

— Но не слишком гениальное, Ришель, — предостерегла мама. — Помнишь, как твой отец спрятал ключ от гаража в безопасное место? В конце концов нам пришлось покупать новый замок, потому что он так и не смог найти ключ. С тех пор мы его больше никогда не видели.

Я бродила по спальне, размышляя и присматриваясь. Распахнула дверцы гардероба, и неожиданно меня осенило.

— Я придумала, — объявила я. — Почему бы тебе не спрятать драгоценности в свои туфли?

— В туфли? — недоуменно переспросила мама, и я с готовностью подтвердила.

— Это сработает, клянусь. — Я вытащила первую попавшуюся туфлю. — Смотри, мама. Мы можем спрятать украшения в носки туфель, которые ты не берешь с собой. Потом набьем папиросной бумагой. Некоторые набивают носки обуви папиросной бумагой, чтобы они не теряли форму. Вор до такого не додумается. Ну, как тебе моя идея?

— Неплохо, — согласилась мама. — Думаю, это действительно великолепно. Ты умная девочка, дорогая. — Она мне нежно улыбнулась.