ДЕМГОРОДОК
Шрифт:
– Пахну я, наверное, черт-те чем, – вздохнул Мишка.
– Дурачок ты! – снова засмеялась она и сильно потерлась щекой о его спецовку.
Мишка поцеловал ее в смеющиеся губы, поцеловал так, как целуют только близких, уже изведанных женщин. При этом он ухитрился глянуть в окно – между занавесками виднелись калитка и часть посыпанной красноватым песком дорожки.
– Ми-ишка, я так соскучилась! – вздохнула Лена.
– Я тоже…
– Ми-ишка, пойдем в спальню, – попросила она.
– Нельзя – могут подкрасться. Ты пойми!
– Ну пожалуйста!
– Нельзя,
– Я понимаю…
Она подошла к крану, выключила воду и медленно начала расстегивать металлические пуговицы, на которых был выдавлен все тот же орел с подружившимися головами.
– Я думала, мы вечером увидимся…
– Сегодня фильма не будет, – не сразу отозвался Мишка.
У него всегда перехватывало дыхание, когда он видел, как она, заведя руки за спину и изогнувшись, расстегивает лифчик.
– Почему? – спросила Лена.
– Подарок вам к празднику.
– К какому празднику?
– Ко дню рождения И. О.
– А-а-а… Понятно.
Сняв с себя все, она обернулась к Курылеву и стояла перед ним, одной рукой стараясь прикрыть грудь, а другой темный ухоженный треугольничек.
– Похожа я на боттичеллиевскую Венеру? – с неловкой игривостью спросила она и покраснела.
– Есть немного… – ответил Мишка, подходя к ней вплотную. – Но у тебя фигура лучше!
Теперь, после шершавой казенной «джинсы», ее тело показалось Курылеву таким бесплотно-нежным и шелковистым, что даже пальцы занемели. Мишка обнял Лену сзади, бережно подтолкнул к окну и ласково заставил опереться руками о подоконник.
– Тебе сегодня можно? – шепотом спросил он.
– Конечно! – тоже шепотом ответила она и, оглянувшись, поцеловала его в шею. – Конечно, можно! Не думай об этом… Боже мой, Ми-ишка!..
– Тише! – Не отводя глаз от окна, Мишка закрыл ей рот ладонью. – Только тише!..
…Потом, уже сев в машину и положив еще не успокоившиеся руки на баранку, Курылев заметил возле большого пальца два красных, вдавленных в кожу полукружья – следы от ее зубов, похожие на две скобочки. И он почему-то вспомнил, как по правилам школьной математики сначала нужно выполнить действия с числами, заключенными в скобки, а потом уже все остальное…
2
В четырех километрах от деревни Алешкино, если идти через лес, любознательный путник еще пяток лет назад мог обнаружить поросший березняками торфяник, который местные жители называли Змеиным болотом. Раньше там и в самом деле было болото, но потом его осушили, намереваясь отдать землю под садово-огородное товарищество Союзу советских писателей. Но когда начальствующие литераторы приехали осматривать место, то обнаружили почти на каждой кочке по свернувшейся кренделем гадюке. Оценив обстановку, они заявили, что им, кроме этого Змеиного болота, хватает и своих, во многом похожих, внутриписательских проблем. Тогда райисполком решил попридержать участок, чтобы со временем рвануть за него в городе у какой-нибудь более заинтересованной организации несколько приличных квартир. Так оно и случилось бы, но негоция, как это часто бывает, подзатянулась, а потом разразилась
Через неделю, после того как адмирал Рык объявил по телевидению, что все имевшие отношение к низвергнутому режиму врагоугодников и отчизнопродавцев понесут неотвратимое наказание, – на Змеином болоте приземлился вертолет. Пригибаясь и придерживая руками головные уборы, из него вылезли человек в штатском, генерал и куча суетливых полковников.
– Сколько отсюда до ближайшего населенного пункта? – спросил штатский, внимательно ковыряя мыском ботинка торфяную почву, похожую на отработанный «экспрессом» кофейный жмых.
– Четыре километра, господарищ первый заместитель! – отчеканил совсем еще молоденький полковничек. В синих петлицах его шинели золотились маленькие двуглавые орлы, держащие в лапках щит и меч.
– Близковато, – покачал головой штатский. – А до станции?
– Тридцать один километр, господарищ первый заместитель! – доложил другой полковник.
– Далековато… А как называется это место?
– Змеиное болото, Петр Петрович, – усмехнувшись, сообщил генерал.
– Да ты, Калманов, смеешься надо мной!
– Ей-богу, Петр Петрович!
– Ну, если и вправду Змеиное болото, тогда подойдет! – захохотал штатский. – Доложу И. О. – не поверит!..
Вертолет поднялся в воздух и, чуть заваливаясь на бок, скрылся из виду. А через два дня целая колонна выкрашенных в защитный цвет КрАЗов привезла на торфяник военных строителей. Они разбили большие, похожие на шатры походные палатки и приступили к работе. Гадюк убивали саперными лопатками и подвешивали к ветвям большой березы, которая в конце концов стала походить на некое культовое дерево каких-нибудь там друидов.
Почти ежедневно на Змеином болоте появлялся уже знакомый нам генерал. Он хозяйственным шагом обходил строительную зону и придирчиво следил за тем, как солдатики размечают колышками территорию, как наскоро из широких бетонных плит мостится дорога, как экскаваторы начинают рыть траншеи под фундаменты.
– Господарищ генерал, а не жирно им будет по шесть соток-то? – как-то раз обиженно спросил его по пояс вымазанный в торфяной жиже командир стройвзвода.
– По мне, поручик, для них и двух квадратов достаточно… Но это приказ адмирала Рыка!
Поначалу алешкинцы оторопело приглядывались к созидательному авралу, закипевшему рядом с их деревенькой. К тому же за годы Демократической Смуты от всяких видов строительства, за исключением трехэтажных особняков, принадлежавших новым хозяевам жизни, народ сильно поотвык. А тут такое дело! Но потом они сначала робко, а затем посмелей начали приставать к солдатам и офицерам с просьбами продать кирпич, цемент, доски, шифер и прочие строительные чудеса, столь необходимые в сельском домовладении. Однако служивые резко отказывались от заманчивых предложений и посылали алешкинцев назад, в деревню. Не удалось даже заманить экскаватор, дабы углубить и расширить придорожный кювет, прилично замусорившийся за последние двадцать лет. И это было уж совсем странно!